«Мужчина превращается в финансового донора»: отец четверых детей — об отношениях после развода

Многим из нас знакома история: после развода отец не общается с ребенком, вообще исчезает из его жизни, и часто женщина никак не может повлиять на ситуацию. Но бывают и другие сценарии. Блогер «Мела», отец четверых подростков Александр Арсланов считает, что иногда мужчины пропадают просто потому, что им не позволяют быть рядом. Тема дискуссионная, согласны: можете поспорить с автором, тоже заведя блог на «Меле».

В этом тексте я хочу поговорить о том, что давно болит, — о системном обесценивании роли отца после развода. Мне важно было сказать о том, как суды и общество по умолчанию ставят мать выше, не давая отцу шанса остаться полноценной частью жизни ребенка. Забота отца часто считается второстепенной, а его чувства — несущественными. Но страдают от этого не только мужчины, но и дети, которые теряют одного из самых близких людей.

Этот текст — мой личный призыв к равноправному родительству, к справедливости и к тому, чтобы мы начали слышать и отцов тоже.

Почему забота отца считается вторичной, а его боль — несущественной?

В своей социальной практике я часто замечал подобные случаи. Развод — это не просто расставание двух взрослых. Это всегда судьба ребенка. И вот тут начинается самое тяжелое: отец часто теряет не только жену, но и участие в жизни своего ребенка.

Суды по умолчанию оставляют детей с матерью. Даже не рассматривая глубоко, что у отца может быть не меньшая, а иногда и большая эмоциональная связь с ребенком. Забота отца почему-то считается чем-то второстепенным, несущественным. Как будто любовь и привязанность мужчины — это не любовь, а опция.

Мужчина после развода превращается в финансового донора. Он должен платить, обеспечивать, передавать подарки, но не имеет реальных прав на участие в воспитании.

Их устанавливает мать: когда, где и можно ли вообще общаться. А если мужчина начинает отстаивать свое право быть рядом с ребенком, он сразу становится «токсичным», «давящим», «агрессивным». Его обвиняют в манипуляциях, даже если он просто хочет поговорить с сыном или дочерью.

Его не пускают на школьные утренники. Не ставят в известность о болезни ребенка. Могут без согласования сменить школу, адрес, окружение. Всё это — под предлогом «я мать, я знаю лучше».

А ведь он просто хочет быть отцом. Он не враг. Не абьюзер. Не угроза. Он просто отец, который любит.

Он пишет письма. Ждет у ворот школы. Передает подарки. Он не бросил — его отодвинули.

И что самое страшное — его начинают убеждать, что он действительно не нужен. Что с ним ребенку будет только хуже. Его боль — игнорируют. Его эмоции — обесценивают. Он должен доказывать, что имеет право быть отцом, как будто это что-то, что надо заслужить.

Хуже всего детям

Вы думаете, что мстите мужчине? Что наказываете его? Но хуже всего не отцу. Хуже всего детям.

Это дети живут с пустотой. Это дети растут с убеждением, что папа их не любит, потому что им так сказали. Это они теряют половину своей идентичности.

Вы не изолируете абьюзера. Вы калечите детство. Вы воспитываете поколение, которое не верит в равенство, любовь и семью. Потому что одному родителю было запрещено любить.

Справедливость — это не формальность на бумаге. Справедливость — это когда оба родителя имеют равные права и равную ответственность. Это когда ребенок не делится между взрослыми. Когда отец — это не кошелек и не чужой. А настоящий, живой, включенный родитель. И пока система будет молча поддерживать одностороннее право, мы будем терять тысячи детей. Не физически. Но эмоционально, нравственно, глубоко.

Равноправное отцовство — это не привилегия. Это базовое право. Любовь мужчины к ребенку ничуть не менее значима, чем материнская. Пора перестать делить родителей на «главного» и «второстепенного».

Фото: © Soloviova Liudmyla / Shutterstock / Fotodom