«Я плоская, с мерзкими волосами». Синдром поликистозных яичников — что это такое и как его теперь будут лечить

«На уровне ДНК мой организм прошит иначе». Актриса Ирина Горбачева — о бесплодии, РПП и о принятии себя

«Хочу донести до людей, что я неопасная»: история Тиши, которая в 33 года узнала, что у нее аутизм

«Авторы не понимают, что такое аутизм»: что снова не так с клиническими рекомендациями по РАС

«Довести до готовности в печке»: как русские крестьяне лечили детей

«Перед парнями ноги раздвигаешь, а у врача вдруг больно?»: почему мы до сих пор боимся гинекологов

«Мама дает мне телефончик, и я работаю»: история 22-летней Насти, которая ведет блог, почти не двигаясь

«На самом деле они очень хотят общаться»: как видят и познают мир люди с РАС

10 тысяч шагов, 8 часов сна, 21 день для привычки — правда ли это поможет нам быть здоровее

Так рождаются заблуждения: 13 мифов о бесплодии и ЭКО, которые пора забыть

«Когда прививаете девочку, спасаете одного человека, когда мальчика — 10». Онколог Григорий Чиж — о вакцине против ВПЧ

Не только тревога и грусть: какой может быть послеродовая депрессия

«Бесило, что мама теперь вечно плачет и шепчет молитвы». Редактор «Мела» — о том, как в 14 лет она лечилась от рака

«Я буду, как папа, в гонках участвовать! Я папу обгоню!». История отца и сына с инвалидностью, которая вас поразит

Чекап для вашего возраста: какие анализы сдавать каждый год, чтобы не пропустить инфаркт и рак