«У меня жесткая позиция — учителям надо платить от 350 тысяч». Бывшая учительница — о проблемах наших школ

Евгения Погорелова проработала учителем начальных классов 15 лет, а потом ушла и решила не отдавать в школу своего сына. Мы уже говорили с ней как с мамой, организовавшей ребенку семейное обучение. А теперь — как с бывшей учительницей, которая знает, какие проблемы современных школ мешают и ученикам, и педагогам.

Школьная система остается закрытой к детям

Помню свой первый урок — он прошел на одном дыхании. За мной наблюдали учителя и мои одногруппницы, все они тогда сказали: «Женя, ты прирожденный учитель. Это твое. Ты просто расцвела». Но призвание — это только начало. Перед тем как взять свой первый класс, мне нужно было научиться: правильно стоять у доски, поддерживать зрительный контакт с детьми, держать осанку (после работы в школе я сидела и ходила исключительно ровно), говорить так, чтобы голос не садился до хрипоты уже после третьего урока.

Первое время я настолько уставала, что приходила домой и сразу засыпала. Потом уже привыкла — контроль тела перестал забирать столько сил. И вот мне дали мой первый класс. Это были уже совсем не те привыкшие к школе дети, у которых я вела уроки на практике под присмотром старшей коллеги. Они могли материться, плакать, закатывать истерики и чуть ли не биться головой о парту, им было трудно высидеть урок. И нужно найти подход к каждому ребенку. Обычно эти особенности поведения пропадают ко второму классу, но поначалу всё равно непросто.

Работа учителя — это не только уроки. Для младших школьников очень важен эмоциональный контакт, им нужно найти взрослого, с которым безопасно. Представьте: в школе у ребенка, например, воспалится аппендицит, а его учительница холодная, недоступная или вообще брезгливая. Так можно и остаться где-нибудь в туалетной кабинке из-за страха попросить о помощи.

Проблема в том, что на творчество профессии и внимательность к детям у учителя не всегда остаются время и силы. Отсюда-то все беды

Я вот приходила на работу в 7 утра, иногда только в 7 вечера оттуда выходила. Так что учителя действительно загружены ставками, отчетностью, голосованиями, общественными мероприятиями и репетиторством (зарплаты-то маленькие). Вот и выходит, что реальная работа учителей подменена бюрократическими формальностями — они просто оторваны от детей. Как помочь разрешить школьные конфликты, если учитель банально не знает, кто все эти дети? На это просто нет времени.

По моим наблюдениям, именно в школе у детей и начинаются проблемы с социализацией. Несмотря на то что они проводят здесь большую часть дня, времени на искреннее общение ни с учителями, ни друг с другом у них нет.

Система остается закрытой к детям: их личностью и переживаниями, к сожалению, мало кто интересуется. Все заняты отчетами, проектами, другой «важной» активностью. А до проблем и сомнений ребенка дела никому нет. Вот он и справляется сам, пользуясь теми инструментами, которые подглядел на улице, из медиа или общения с другими сверстниками.

Чем грамотнее учитель оформил всё на бумаге, тем лучше он справился со своей работой

Когда происходит конфликт, в нем пытаются обвинить учителя. Пример: играют дети вместе, в процессе один другому случайно заехал в ухо или в нос. Началась драка. Что часто следует за ней: учитель долго составляет карту бесед с семьями, заполняет протоколы и, конечно же, просто злится, что этот конфликт вообще произошел.

Обычно это всё носит очень формальный характер — чем грамотнее будет оформлено на бумаге, тем более качественной будет считаться проделанная работа. В школе вообще работают в основном только со следствием, а не с причиной.

Чтобы решить конфликт, а не просто его запротоколировать, идти нужно от корней: проводить воспитательную работу, объяснять детям нормы и правила. У всех ведь разные условия в семье. Для одних норма, что им могут подзатыльник дать, а для других не норма, что на них слегка голос повышают. И только в школьной среде у детей есть возможность побыть в какой-то нормальности, где к ним всегда относятся с уважением и пониманием.

Что по факту должно быть в приоритете? Заполнить протоколы, пройти голосование, посмотреть курс или все-таки в приоритете дети, ради которых школу и создавали? Про это все забыли

В любой системе важнее всего человек. Учитель как регулятор этой системы, как лицо, которое создает ее настроение, может многое. Обратил внимание, что ребенок плачет, что его кто-то дразнит — уже на этом этапе в большинстве случаев даже травля себя изживает. Дети понимают, что их действия заметили, их намерения видны и ясны взрослому. Известно ведь, что самые ужасные вещи происходят с нашего молчаливого согласия. Так что наиболее серьезными становятся конфликты, о которых учитель (зачастую в силу своей нагрузки) просто вовремя не узнал.

Работа в школе идет в ущерб семье

Я проработала в школе много лет. А потом у меня появился ребенок — нужно было посвятить время ему. Все-таки, работая в школе, ты уходишь туда с головой. Ну по-другому правда не получается.

Когда я работала учителем, я покупала себе много книг, но успевала читать только программу, которую проходят дети. На свои хотелки времени уже не оставалось. Конечно, это неправильно. Когда появилась возможность читать что-то свое, я поняла, насколько изголодалась.

Что уж говорить о семейной жизни. У тебя в приоритете школьные дети, а не твои, ведь с ними ты проводишь больше времени. Почти никогда не можешь взять больничный, когда твой ребенок заболел, потому что заменять некому — коллеги просто не вывезут. Опять же, приходишь домой, работа продолжается: приготовить конспект на завтра, проверить тетради. Кто-то, как это было у меня, приходит домой и рано засыпает, потому что за день уже наговорился да и голова болит. И это тоже в ущерб семье.

Я решила сделать выбор пользу моего ребенка. А школа — это все-таки то, что сильно затягивает. Без меня хуже не будет — не пропадут без одного учителя. А вот моему ребенку нужна только я.

Учитель не может давать ученикам духовную пищу, потому что остается без нее сам

У меня есть жесткая позиция — учителям надо платить от 350 тысяч рублей в месяц. Да, самым обычным, которые звезд с неба не хватают, а просто работают и делают это честно. Ты рискуешь многими жизнями здесь и сейчас: любое неправильное слово, оценка может глубоко запасть в сердце и дать о себе знать через годы. Ведь очень многое, что происходит с нами именно в начальной школе, помнится потом всю жизнь.

Чтобы учитель справлялся со всем этим, начинать нужно с приземленного — достойной оплаты труда. Опять же, если мы хотим, чтобы учитель давал ученикам духовную пищу, нужно, чтобы у него у самого она была. Дайте учителям возможность путешествовать, развиваться, посещать выставки. Не просто каталог Эрмитажа посмотреть через интернет, а приехать туда и посмотреть всё. И не один раз, а столько, сколько будет нужно.

Если сейчас наше общество уважает людей за количество заработанных денег, то учитель, конечно же, не заслуживает никакого уважения

Что такое даже 100 тысяч в месяц, если подумать? Хватит этого, чтобы поддерживать свое здоровье, позволить себе качественное питание, хобби? У учителей, между прочим, тоже бывают увлечения. Это почти всегда очень разносторонние люди: они могут шить, вязать, выкладывать мозаику, быть архитекторами, дизайнерами, кондитерами и музыкантами по выходным. Но на всё это нужны деньги. Многие учителя — семейные люди. И их дети тоже должны быть одеты, накормлены, должны ходить на кружки.

Несмотря на всё это, я с большой любовью и удовольствием проводила каждый час, проработанный в школе. Я вкалывала сутками, но никогда не жаловалась на зарплату, которую получала. Как-то так вышло, что у меня всегда была энергия, я не чувствовала себя обделенным человеком, хотя работала непосильно много для той зарплаты, которую получала.

Я проработала в этой системе много лет, но мне всё равно удалось выйти оттуда с большой любовью к профессии. Надеюсь, если я и вернусь через какое-то время, то такой же.

В школе правда много хорошего: и дети, и коллеги, которые работают по любви. Ученики, конечно, бывают разные. Есть такие, про которых сначала думаешь: «Ну как можно полюбить этого человека? Мы же друг друга раздражаем». Но потом всё равно на принятии и желании поделиться лучшим, что есть в тебе, учишься любить. И вот это уже, думаю, именно тот шаг, который нужен, чтобы бороться с ненавистью и агрессией — и в школе, и в обществе в целом.

Обложка: коллаж «Мела». Фото: личный архив Евгении Погореловой; PavelChigir, Oleksandra Klestova / Shutterstock / Fotodom