4 монолога отцов особенных детей — о принятии, косых взглядах и любви

Не так давно на «Меле» вышел текст, в котором мама ребенка с РАС, которую бросил муж, не знала, как ей быть. И такие истории, увы, не редкость. Но есть и другие отцы — те, что не только не бросили особенного ребенка, но и стали для него опорой во всем. С такими папами поговорила блогер «Мела» Юлия Руденко.
Когда в семье появляется особенный ребенок, мир переворачивается с ног на голову. Как правило, внимание и поддержка достаются маме и ребенку, а отцы остаются в тени со своими переживаниями, страхами и вопросами. Но именно они становятся тем самым молчаливым фундаментом, на котором держится семья.
Четыре отца подопечных фонда «Другое детство» поделились своими историями, которые, возможно, помогут отцам особенных детей принять своего ребенка.
«Принятия, мне кажется, нет до сих пор»
Иван Маргаритов, папа Марии
Маше 9 лет, и у нее детский церебральный паралич. Но это не делает ее особенной. Маша — очень открытая и добрая, обожает старшую сестру и заботится о младшем брате.

Меня всегда поражает, что утром она всегда просыпается с улыбкой, радостная. Она всегда и во всем видит только хорошее.
Принятия, мне кажется, нет до сих пор. Но для меня она самая лучшая на свете. Каждый день учит меня добру, радоваться простым вещам, улыбаться и просто жить в своем мире.
Вместе мы любим гулять или просто валяться и смотреть любимый фильм дочери. Только со мной Маша может так беситься, хохотать до икоты и визжать от восторга.

«Может прочитать лекцию длиной в час»
Максим Земляков, папа Вадима
Вадиму сейчас 16 лет, и у него расстройство аутистического спектра. Он научил нас воспринимать мир таким, каким мы его до этого не видели. Он может смотреть на поле с цветами и любоваться не пейзажем в целом, а букашкой, которая резвится на цветочке в двух метрах от нас.

У сына есть уникальный талант — потрясающая память. Он может вспомнить дату, время и место какого-то яркого события в своей жизни. Если его что-то сильно увлекает, он может изучить объект своего интереса досконально и воспроизвести информацию с энциклопедической точностью.
Как-то после поездки на море Вадим долго изучал флору и фауну места путешествия в книгах, энциклопедиях, видеообзорах и просто в интернете. А еще он может прочитать интереснейшую лекцию длиной в час окружающим, в школе и просто знакомым.
Принятие, что Вадим особенный, пришло не сразу, примерно на четвертом году жизни сына. Когда это произошло, стало намного легче жить.

Мне нравится проводить время вместе. Что может сделать папа для сына — насадить червя на крючок, а мама потом вместе с Вадимом готовит пойманную рыбу.
Часто в обществе пугаются таких детей. Я бы хотел сказать всем людям, что особенные дети не заразны, это не передается воздушно-капельным путем, они такие же, как мы, только воспринимают наш мир по-своему.
Родителям, которые находятся в начале пути, я бы посоветовал изучить как можно больше информации о диагнозе ребенка.
«Мы дважды стали родителями особенных детей»
Иван Яшкин, папа Ульяны и Анастасии
У меня две особенные девочки. Ульяне 15 лет, у нее синдром Дауна. Младшей Анастасии 8 лет, и у нее детский церебральный паралич.

Старшая любит заниматься спортом. У нее много медалей по лыжным гонкам и бегу. Младшая любит читать книги.
Когда родилась Ульяна, было очень тяжело морально всё это принять, но у нас не было ни минуты сомнения, что это самый любимый ребенок. Спустя семь лет у нас родилась младшая дочь. Мы ждали здорового ребенка, но дважды стали родителями особенных детей.

Дочери научили меня быть мудрее и взрослее. Только папа может высоко поднять на руки дочерей, а сколько эмоций и восторга от этого! Мама учит готовить вкусные пироги и торты, а потом все вместе мы пьем чай из самовара в беседке.
«Мы включились в его ритм жизни»
Сергей Блинов, папа Влада
Моему сыну 11 лет, и у него детский аутизм. Он третий ребенок в семье, у него есть две старшие заботливые сестры, которые его любят и во всем поддерживают.

Сын обожает слушать музыку и рисовать. У него отлично получаются творческие работы: герои из мультиков, сказок и животные.
Мы с Владом любим заниматься хозяйством: пилить дрова на даче, забивать гвозди и руководить поливом грядок. А с мамой он делает уроки, ходит в театры.
Сын открыл для нас совершенно другой мир. Мы включились в его ритм жизни. Он любит все виды транспорта: самолет, поезд и автомобиль, с его 6 месяцев мы активно путешествуем. И ему это нравится.

Могу сказать, что родительская любовь творит чудеса. Семья — это твоя маленькая планета, в которой ребенок, как Маленький принц, исследует этот космос и учится справляться со всеми трудностями.
Семьям, в которых родился особенный ребенок, я бы посоветовал не бояться пробовать новое. Не тратьте время на размышления о будущем. Пополняйте запасы энергии и двигайтесь только вперед вместе со своим ребенком.
Вы находитесь в разделе «Блоги». Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.
Фото: © личные архивы героев материала
Популярные комментарии
Евгения СамотохинаТо что отрицательные оценки нужны — я согласна, но здесь должен быть ряд факторов: 1) как по мне текущая система оценки (пятибалльная, а по факту четырехбальная) — не то чтобы объективная. Особенно чувствуется на объемных заданиях в старших классах, когда в тексте на 2 страницы допустил 2-3 ошибки и пооучаешь тройку. Как по мне система должна иметь разбивку хотя бы в 10 баллов. 2) Часто каждый учитель сам определяет как оценивать ученика. Если с точными науками и каким-нибудь диктантом ещё более-менее понятно, то с более творческими заданиями, пересказами вообще непонятно — у одного учителя ты получаешь 5 у другого за пересказ того же качества — 3.
«Двойка должна жить». Учитель — о том, почему плохие оценки нужны детям
АнастасияДа уж… Уважительное общение не включено в общеобразовательные стандарты и экзаменационные вопросы. Можно иметь аттестат и даже не один диплом, но при этом оставаться полнейшим хамом. Системный кризис.
«Короче, училка, варежку свою закрой». Топ-20 цитат из переписок родителей с учителями, от которых волосы встают дыбом
Виктория ИльинаА может, пора честно посмотреть на проблему не только глазами учителя? Учитель жалуется: слишком много часов, слишком много отчётности, слишком много требований сверху. И с этим трудно спорить. Но есть один неудобный вопрос: а не является ли сама школа частью проблемы, которую она годами создаёт? Попробуйте хотя бы на минуту посмотреть на ситуацию глазами ученика. Этот ребёнок, которого сегодня заставляют заучивать километры информации «для галочки», завтра станет взрослым человеком. Возможно, чиновником, руководителем, тем самым человеком, который будет писать новые стандарты, программы и инструкции для школ. Не удивительно ли, что система воспроизводит сама себя? Главная ошибка многих педагогов — не в любви к знаниям. Знания нужны. Ошибка в другом: в убеждении, что ребёнку обязательно нужно загрузить весь огромный школьный багаж, не задумываясь, что из этого действительно пригодится именно ему. И когда обществу годами пытаются доказать ценность каждого килограмма ненужной информации, неудивительно, что эта работа перестаёт восприниматься как источник реальной пользы. Может быть, выход проще? Не превращать каждый предмет в борьбу за выживание. Не ломать детей и не выгорать самим. Если ребёнку ваш предмет объективно мешает сосредоточиться на тех знаниях, которые нужны ему для будущего, — поставьте законную тройку и дайте ему возможность развиваться дальше. Иногда настоящая педагогика — это не заставить выучить всё. А понять, что именно действительно стоит учить.
«Мы согласились со своим бесправием». Учительница – о том, почему ее коллеги терпят унижения







