От перочинного ножика до электронного дневника: краткая история школы
Отрывок из книги «История школы. Про парты, перья и тетрадки» Елены Литвяк

Чаще всего мы публикуем отрывки из книг для подростков и взрослых, но в этот раз решили подумать о будущих первоклассниках. Иллюстрированная книга Елены Литвяк, которая вышла в издательстве «Настя и Никита», доступным языком рассказывает о том, как появились школы и как они менялись. А если вас интересуют более практические вопросы о подготовке — подписывайтесь на нашу рассылку «Всё о дошколке».
Средневековье: школьный звонок, перочинный ножик и деньги на розги
В Средние века школы обычно располагались при христианских храмах или монастырях, потому что в это время единственными грамотными людьми были священники и монахи, которые должны были читать книги, чтобы совершать богослужение. Жизнь такой школы проходила под звон церковного колокола. Может быть, именно поэтому в конце концов и появился звонок на урок. Сначала для этого служил большой колокол, потом маленький колокольчик, а теперь — электрический звонок.
У средневековых школьников появились небольшие столы со слегка наклонной столешницей, чтобы удобнее было писать. Подобные были и у монахов — переписчиков книг. Именно такие столы можно считать «предками» школьной парты. Круг предметов школьного обучения был тот же, что в Древней Греции и Риме, но исчезли, к сожалению, гимнастика и борьба. Зато дети очень много пели в церковном хоре.
В Средневековье для письма стали использовать птичьи перья — гусиные, вороньи и павлиньи. Они без конца ломались, и перед письмом их приходилось затачивать. Чтобы подготовить птичье перо к работе, край его трубчатого стержня аккуратно обрезали ножиком под определённым углом. Затем надрезали кончик, чтобы при нажиме он раздваивался, давая толстую линию. Именно благодаря этому в наш язык вошло словосочетание «перочинный ножик».
Книги уже были похожи на те, которыми пользуемся мы. В них были страницы под обложкой, только вместо бумаги использовалась особо обработанная кожа — пергамент, поэтому книги были редки и очень дороги. Основными учебными книгами были те, которые использовались на богослужении, из-за чего учение тоже воспринималось как священное дело.
Ученики брали книгу в руки, только тщательно их вымыв, а те, кто видели книгу впервые, даже целовали её
Сначала дети одолевали по слогам азбуку, потом читали церковные книги: Часослов, Псалтирь, Апостол и Евангелие, в год по одной книге. А тех, кто ленился или плохо соображал, ждали розги. В некоторых школах родители даже специально сдавали на них деньги в особую кружку.
У нас на Руси был такой обычай: когда ученики заканчивали очередную книгу, их матери варили особую сладкую кашу, которую все должны были съесть из одного горшка. Отсюда и пришло в русский язык слово «однокашники», то есть те, кто вместе учились. А потом на дворе все кидали в пустой горшок ложки и разбивали его, обозначая таким образом конец очередного этапа учения.
Эпоха Просвещения и XIX век: классическая гимназия
Время шло. Менялись границы и правители. Люди изобрели очки и компас. Догадались, как строить огромные парусные корабли и делать книги из бумаги. Почти 600 лет назад Иоганн Гуттенберг научил весь мир печатать книги, а не переписывать их от руки. И книги буквально наводнили Европу, а потом и Россию.
В огромном количестве появились печатные учебники, которые могли купить для своих детей за небольшие деньги даже не очень богатые люди. Люди жаждали знаний. Недаром время с середины XVIII века назвали эпохой Просвещения. Тогда-то и появились специальные здания для школ — с просторными классами, партами напротив школьной доски, глобусами, картами. Наступила пора классических гимназий, гимназистов и гимназисток.
Классическая гимназия — это школа, куда принимали с девяти-десяти лет и где главными учебными предметами в течение восьми лет обучения были история, литература и древние языки: латынь (язык древних римлян) и древнегреческий. Гимназия возникла в Германии, но быстро прижилась у нас в России. Самая первая русская гимназия открылась при Академии наук в Санкт-Петербурге в 1726 году, а во второй половине XVIII века появилась ещё одна — при Московском университете.
Обеими гимназиями заведовал замечательный русский учёный Михаил Васильевич Ломоносов, который сам был «ходячим университетом»: учёным, поэтом и художником. Постепенно в каждом большом городе появилась хотя бы одна мужская и одна женская гимназия, а в Москве и Петербурге — по пять-шесть. И в каждом классе теперь было столько учеников, сколько в древние времена во всей школе — по двадцать-тридцать человек.
У мальчиков-гимназистов была особая форма, по которой их было легко узнать: синие брюки, мундир с серебряными пуговицами и высоким воротником, синяя фуражка с серебряным гербом над козырьком. А девочкам-гимназисткам полагались шёлковая лента в косу, коричневое платьице и фартук. В обычные дни он был чёрный, а в праздничные — белый.
В гимназию ходили с ранцем, который напоминал солдатский, был таким же прочным и удобным. А старшеклассники имели привычку носить книги не в ранце, а «в ремешках». Стопку книг оборачивали от дождя клеёнкой и перетягивали крест-накрест кожаными ремешками.
Век двадцатый: шариковые ручки
В XX веке школа у нас в стране претерпела множество самых разных преобразований. Сразу после Октябрьской революции 1917 года решили отменить все уроки, домашние задания, отметки, дневники и форму. Пусть в новой стране будет новая школа! Дети, конечно, очень обрадовались, но учиться перестали совершенно. Пришлось возвращать обратно строгий школьный распорядок.
Ещё удивительнее было то, что мальчики и девочки учились сначала вместе, затем в разных школах, как в гимназические времена, а потом опять вместе. Но непроливайки, промокашки и металлические перья были неизменны. Они прожили долгую школьную жизнь: ими пользовалась ещё твоя бабушка в конце пятидесятых годов прошлого, XX века. И только после того, как Юрий Гагарин слетал в космос, в шестидесятые-семидесятые годы школьный класс стал таким, каким мы видим его сейчас: яркие учебники и тетради, парты, больше похожие на столы, на партах — шариковые ручки.
С этими ручками в нашей стране произошла интересная история: в некоторых школах они долгие годы были под запретом. Изобретены такие ручки были ещё перед Второй мировой войной, и первыми обзавелись ими английские военные лётчики. Маленький шарик, вставленный в конец тонкого стержня, наполненного густыми чернилами, потихоньку двигался и оставлял красивую линию. Чернила не вытекали на бумагу от давления на большой высоте и не пачкали рук. Это было очень удобно, так что в конце сороковых годов производство шариковых ручек наладили по всей Европе.
У нас новые ручки были большой редкостью, за сменными стержнями выстраивались длинные очереди в магазинах. А школьникам младших классов учителя строго-настрого запрещали их использовать. Считалось, что шариковая ручка портит почерк, поскольку теперь можно было писать быстро, не нажимая на кончик пера, как раньше. И ученики перестали старательно выводить букву за буквой. Но всё-таки к концу шестидесятых годов шариковые ручки победили, и даже самые строгие учителя стали писать ими.
Новый век: электронные пятёрки
XXI век тоже внёс изменения в школьную жизнь. В классах всё больше техники — электронные учебники и интерактивные доски на стенах, цифровые видеопроекторы, планшеты, ноутбуки… Даже дневники и классные журналы стали электронными. Давно уже на уроках дети не только слушают учителя и записывают за ним. Они смотрят и обсуждают на уроках фильмы, рисуют и делают значительную часть домашней работы на компьютере. И вообще, теперь можно учиться, совсем не выходя из дома, а общаясь с преподавателями через интернет, используя ресурсы разных образовательных порталов и сайтов. Но как бы ни менялось время, что бы ни придумывали люди, ученику всегда в первую очередь будут нужны терпение и старательность, любознательность и дружелюбие, умная голова и доброе сердце. И пусть в твоём дневнике всегда будут пятёрки!
Популярные комментарии
Евгения СамотохинаТо что отрицательные оценки нужны — я согласна, но здесь должен быть ряд факторов: 1) как по мне текущая система оценки (пятибалльная, а по факту четырехбальная) — не то чтобы объективная. Особенно чувствуется на объемных заданиях в старших классах, когда в тексте на 2 страницы допустил 2-3 ошибки и пооучаешь тройку. Как по мне система должна иметь разбивку хотя бы в 10 баллов. 2) Часто каждый учитель сам определяет как оценивать ученика. Если с точными науками и каким-нибудь диктантом ещё более-менее понятно, то с более творческими заданиями, пересказами вообще непонятно — у одного учителя ты получаешь 5 у другого за пересказ того же качества — 3.
«Двойка должна жить». Учитель — о том, почему плохие оценки нужны детям
АнастасияДа уж… Уважительное общение не включено в общеобразовательные стандарты и экзаменационные вопросы. Можно иметь аттестат и даже не один диплом, но при этом оставаться полнейшим хамом. Системный кризис.
«Короче, училка, варежку свою закрой». Топ-20 цитат из переписок родителей с учителями, от которых волосы встают дыбом
Виктория ИльинаА может, пора честно посмотреть на проблему не только глазами учителя? Учитель жалуется: слишком много часов, слишком много отчётности, слишком много требований сверху. И с этим трудно спорить. Но есть один неудобный вопрос: а не является ли сама школа частью проблемы, которую она годами создаёт? Попробуйте хотя бы на минуту посмотреть на ситуацию глазами ученика. Этот ребёнок, которого сегодня заставляют заучивать километры информации «для галочки», завтра станет взрослым человеком. Возможно, чиновником, руководителем, тем самым человеком, который будет писать новые стандарты, программы и инструкции для школ. Не удивительно ли, что система воспроизводит сама себя? Главная ошибка многих педагогов — не в любви к знаниям. Знания нужны. Ошибка в другом: в убеждении, что ребёнку обязательно нужно загрузить весь огромный школьный багаж, не задумываясь, что из этого действительно пригодится именно ему. И когда обществу годами пытаются доказать ценность каждого килограмма ненужной информации, неудивительно, что эта работа перестаёт восприниматься как источник реальной пользы. Может быть, выход проще? Не превращать каждый предмет в борьбу за выживание. Не ломать детей и не выгорать самим. Если ребёнку ваш предмет объективно мешает сосредоточиться на тех знаниях, которые нужны ему для будущего, — поставьте законную тройку и дайте ему возможность развиваться дальше. Иногда настоящая педагогика — это не заставить выучить всё. А понять, что именно действительно стоит учить.
«Мы согласились со своим бесправием». Учительница – о том, почему ее коллеги терпят унижения









