Заставили называть черное белым. Эксперименты на детях и студентах, которые проводили в СССР
Заставили называть черное белым. Эксперименты на детях и студентах, которые проводили в СССР
Заставили называть черное белым. Эксперименты на детях и студентах, которые проводили в СССР

Заставили называть черное белым. Эксперименты на детях и студентах, которые проводили в СССР

Екатерина Красоткина

29.03.2022

Изображение на обложке: кадр из научно-популярного фильма «Я и другие». «Киевнаучфильм». 1971 год

Может ли ребёнок сказать, что солёная каша — сладкая, если так говорят другие дети? А назвать чёрное — белым? Эксперименты, которые советская исследовательница Валерия Мухина проводила для научно-популярного фильма «Я и другие», показали: да, может. Причем не только ребенок, но и взрослый. Рассказываем о том, как психологи измеряли конформизм в СССР.

Повторил трижды: «Обе белые»

Семеро молодых людей сидят полукругом. Перед ними чёрная и белая пирамидки. Эксперимент проводит кандидат психологических наук Валерия Мухина — женщина средних лет с аккуратной стрижкой и приятным голосом. Она спрашивает всех, какого цвета пирамидки. Шесть человек, один за другим, отвечают: «Обе белые».

Все эти люди «подсадные утки», их задача — говорить то, что очевидно противоречит реальности. Мухина вспоминает, как во время тренировок они то и дело смеялись, чуть ли не падая со стульев. Зато теперь говорят заученные фразы без тени сомнения. На монтаже их ответы специально выделяют эхом, чтобы создать эффект, будто они звучат в голове последнего, седьмого испытуемого.

Очередь отвечать доходит и до него — этот юноша не подозревает об эксперименте и не знаком с остальными шестью «испытуемыми». Молодой человек в чёрной водолазке смотрит на пирамидки грустно, почти страдальчески. Уголок его рта чуть дрожит, он говорит:

— Белые.

— Обе белые?

— Да.

— А если серьёзно?

— Обе белые.

— Убеждены?

— Я убеждён.

— Спасибо большое.

Впоследствии он будет объяснять, что пошёл на поводу у группы, потому что «так устроен человек», что для него это решение не имело большого значения, а в ситуации принципиального выбора он стоял бы на своём. Когда у него спросили о цвете пирамидок, он был несогласен с теми, кто отвечал до него — но только в душе, вслух говорить об этом не стал.

Такой результат шокировал самих организаторов эксперимента: режиссёра-документалиста Феликса Соболева, научного консультанта картины — академика АПН СССР Артура Петровского и его ученицу Валерию Мухину.

Вообще, изначально участниками этого эксперимента были дети. Часть из них повторяли за «подставными»: «Обе белые». Но когда Мухина попросила одну из девочек, которые так говорили, взять чёрную пирамидку — та смогла выполнить ее просьбу. На вопрос, почему она только что называла эту пирамидку белой, девочка ответила, что так говорили другие.

Тогда съёмочная группа решила провести тот же эксперимент с участием студентов. «Ситуация казалась абсурдной, — вспоминает Мухина. — Никто не мог представить, что взрослые люди пойдут на поводу у группы. Однако уже первый испытуемый молодой человек вслед за группой сказал про белую и черную пирамидки: «Обе белые». Он повторил эти слова трижды.

«Приезжайте! Вам будет интересно!»

В 1961 году у автора эксперимента, психолога Валерии Мухиной родились мальчики-близнецы — Кирюша и Андрюша. Мама вела дневник наблюдений за детьми, который потом опубликовала с профессиональными комментариями в книге «Таинство детства».

То, как близнецы рассматривают свои ручки, реагируют на интонацию взрослых, бормочут первые слова, играют с бумажками и солнечными зайчиками живо интересовало специалиста по возрастной психологии. Внимательный взгляд мамы не упускал ни одного изменения в их жизни.

«Кирюша сделал открытие: обнаружил, что у него есть руки. Оба брата стали чётко фиксировать взглядом предметы.

Перестали быть бесстрастными существами. Улыбаются наклонившимся над ними взрослым.

Мальчики пошли. Кирилл идёт, раскинув широко ручки, держа туловище наклонно вперёд. Лицо радостное. Иногда радость столь сильна, что что Кирюша, стоя, принимается неистово размахивать руками и, конечно, шлёпается.

Мальчики любят играть в кубики. Накладывают их горкой или кладут один на другой. Подобные нагромождения называют «дом».

Дети стали часто осмысливать спонтанно возникающие из-под их рук каракули. «Это пальки. Это босии, это маленькие пальки» (Это палки. Это большие, это маленькие палки)»

Из книги «Таинство детства» Валерии Мухиной

Когда мальчикам был год, Мухина поступила в аспирантуру и стала преподавать на кафедре психологии в Московском педагогическом институте. В 1964 году она защитила кандидатскую диссертацию о детском рисовании и о его связи с тем, как ребёнок воспринимает мир.

  • Фрагмент из книги Валерии Мухиной «Таинство детства». Издательство «У-Фактория». 2005 год
  • Фрагмент из книги Валерии Мухиной «Таинство детства». Издательство «У-Фактория». 2005 год
  • Фрагмент из книги Валерии Мухиной «Таинство детства». Издательство «У-Фактория». 2005 год
  • Фрагмент из книги Валерии Мухиной «Таинство детства». Издательство «У-Фактория». 2005 год
Фрагмент из книги Валерии Мухиной «Таинство детства». Издательство «У-Фактория». 2005 год

Когда в 1967 году мальчики пошли в первый класс, Мухина провела с их одноклассниками эксперимент: подговорила детей из подставной группы неправильно определять цвет и форму фигур. Другие дети стали повторять за ними.

В начале 1970-х годов Мухина уже числилась в докторантуре. Раздался звонок. Говорил её наставник Артур Петровский: «Лерочка! Помнится мне, что Вы когда-то огорчались о том, что не работали вместе с Феликсом Соболевым. Так вот, завтра он со своей командой у меня дома. Приезжайте! Вам будет интересно». Исследовательница и правда была в восторге от первых фильмов Соболева — «Язык животных», «Думают ли животные». Она не задумываясь согласилась ставить эксперименты в его новой документальной картине «Я и другие»: сначала только в эпизодах с детьми, а потом, по просьбе режиссера, и во всём фильме.

Зависит ли советский человек от коллектива?

В те годы в СССР говорили об экспериментах польского и американского исследователя Соломона Аша. В 1951 году он предлагал студентам поучаствовать в «проверке зрения» и сравнить на глаз длину нарисованных отрезков. Одного из испытуемых помещали в подставную группу, все участники которой давали неверные показания.

В результате, 75% испытуемых как минимум один раз присоединились к ошибочному ответу большинства. В общей сумме доля ошибочных ответов составила 37% от общего количества. При этом в контрольной группе только один человек из 35 дал один неправильный ответ на предлагавшиеся ему вопросы.

Коллеги Аша из СССР хотели показать, что советские люди «не такие» — что они способны принимать решения самостоятельно, вопреки давлению группы. Благодаря этой идее и покровительству Петровского стали возможны съёмки аналогичного эксперимента для советского фильма по социальной психологии.

Фильм снимали на киевской студии научно-популярных фильмов. Слухи о невероятных экспериментах распространились и по другим площадкам. К Соболеву и его команде приходили режиссеры, операторы, их ассистенты — узнать, что происходит.

«Мы тяжело работали, — вспоминает Мухина. — Норма труда — ненормированный день (обычный парадокс в творчестве). Изо дня в день Феликс страстно призывал всех к тому, чтобы мы физически, психически и нравственно были включены в процесс работы над будущим фильмом. Его энтузиазм в вербальном выражении: „Ведь это наше общее дело!“».

«Я знаю всё, но только не себя»

Валерии Мухиной поручили спрогнозировать, кто из приглашённых испытуемых будет с наибольшей вероятностью вести себя конформно под влиянием подставной группы. Эту группу она собрала на свой вкус — выбрала шесть энергичных и весёлых молодых людей и одну девушку. Психолог верила в силу коллективного воздействия, но всё равно волновалась: ведь раньше она проводила эксперименты только с детьми.

«Сначала я выбирала девушек, преимущественно хрупких, имеющих довольно неуверенный вид. И у нас пошло дело! Все они давали конформные реакции! Потом я стала выбирать бойких на вид девушек и юношей с большими вариациями во внешней самопрезентации, в поведении и манере общения. Даже сильные и уверенные в себе спортсмены и умники по большей части давали конформные реакции», — отмечает Мухина.

Удивляясь конформной реакции большинства, создатели фильма продолжали снимать, чтобы удостовериться в том, что дело не в индивидуальных особенностях конкретной выборки студентов. В итоговую версию картины помимо эпизодов с пирамидками вошли ещё несколько экспериментов:

  • На студенческой лекции профессор рассказывает студентам о том, что свидетельские показания бывают очень разными, поэтому им не всегда стоит безоговорочно доверять. Внезапно на сцену выбегает группа людей — одни стреляют в воздух, другие забирают профессора со сцены. Затем профессор возвращается невредимым и просит студентов назвать количество нападавших, описать их внешний вид и то, как исчез сам профессор. Показания студентов получались самыми разными.
  • Студентам по одному демонстрируют портрет мужчины (на самом деле это актёр) и просят дать ему характеристики. Одним говорят, что это — известный учёный, другим — что это опасный преступник. В зависимости от полученной установки испытуемые описывали мужчину совершенно по-разному: часть из них нашла в его внешности приятные черты и приписала ему доброту и мудрость, другие заподозрили его в хитрости и склонности к насилию.
  • Нескольких детей кормят кашей из одной тарелки — вся каша сладкая, кроме одного участка, который щедро посыпан солью. Три ребёнка пробуют кашу и говорят, что она вкусная. Последнему достаётся ложка пересоленной каши. Часть испытуемых после этого всё равно говорит, что каша сладкая. Некоторые отказываются есть кашу дальше, не называя настоящей причины.
  • Перед студентами — пять портретов разных пожилых людей. Подставная группа аргументированно рассуждает, почему какая-то пара снимков — портреты одного и того же человека (возможно, с разницей во времени, при разном освещении, в разных образах). Многие испытуемые меняет своё мнение под давлением группы, а один молодой человек даже соглашается с наличием мнимых сходств на фотографиях мужчины и женщины.

Результаты экспериментов со взрослыми огорчали экспериментаторов. В фильм вошли кадры, где Валерия Мухина не могла сдержать удивления и раздражения после конформных ответов испытуемых. Единственный эксперимент, который немного успокоил создателей картины и дал им надежду на то, что фильм выйдет в прокат, несмотря на отклонение от первоначальной идеи о присущей советским людям свободе мышления — эксперимент с тиром.

Школьников приглашают в импровизированный тир, где есть две мишени. Если испытуемый стреляет в левую, он получает рубль, на который может что-то купить. Если в правую, тот же рубль идёт на нужды класса. При этом светящимися точками показано, куда якобы стреляли предыдущие участники — намного больше точек на левой мишени. И всё-таки большинство школьников стреляли в правую мишень — в пользу класса.

«Я многое поняла о нас, — говорит Мухина. — Я увидела, как легко мы выражаем готовность принимать предлагаемые нам значения слов, как легко мы готовы следовать за суждениями и высказываниями других».

Изначально сценарист фильма Юрий Аликов предложил для него эпиграф из Шекспира: «Весь мир — театр…». Но за время работы весь текст сценария кардинально изменился, и Валерия Мухина заменила эпиграф на другую цитату.

Я знаю, как на мёд садятся мухи,

Я знаю смерть, что рыщет, все губя,

Я знаю книги, истины и слухи,

Я знаю всё, но только не себя.

Франсуа Вийон

«Что вы хотите сказать этим фильмом?»

Эпиграфом и закадровыми комментариями зрителя приглашают поразмышлять над собственной сущностью, посмотреть на себя со стороны. Режиссёр и автор экспериментов хотели предостеречь людей от манипуляций, показать, как важно брать на себя ответственность за самостоятельные суждения. Но фильм начал жить своей жизнью.

После выхода фильма «Я и другие» его создателям стали часто задавать вопрос: «Кто вы такие и что хотите сказать этим фильмом?» Мухина вспоминает, что «некоторые бдительные умники» из «творческих союзов» интересовались этим на показах картины в Доме кино, в Доме союза писателей и в других «домах». Спасти фильм помогал только авторитет Артура Петровского.

Валерия Мухина получила приглашение из учреждения, где готовили будущих политиков для дружественных СССР стран. Проведя несколько лекций, исследовательница поняла: с помощью фильма, в создании которого она принимала участие, хотят научиться манипулировать другими людьми. Мухина поняла, что это полностью противоречило изначальной задумке их проекта и перестала давать лекции.

Простые зрители могли посмотреть фильм в кинотеатрах «Россия» и «Москва», где его демонстировали много лет. Мухину стали узнавать на улицах, а потом — приглашать на телевидение. Она руководила психологической помощью для людей, попавших в экстренные ситуации, помогала адаптировать заключённых, стала основоположником научной школы «Феноменология развития и бытия личности» и получила множество наград. В настоящий момент Мухина занимает позицию научного руководителя кафедры психологии развития личности в МПГУ.


Текст подготовлен по материалам: Мухина В. Мой ироничный, умный и доброжелательный покровитель — Артур Владимирович Петровский; Мухина В. Рефлексия на себя и других: сорок лет фильму «я и другие»; Мухина В. Тайна детства

Изображение на обложке: кадр из научно-популярного фильма «Я и другие». «Киевнаучфильм». 1971 год
Комментариев пока нет
Больше статей