«Стричь деньги с родителей легче, чем убеждать выпускника помочь родной школе»

«Стричь деньги с родителей легче, чем убеждать выпускника помочь родной школе»

Вправе ли школы требовать с родителей средства на ремонт

Булат Мухамеджанов

1

03.02.2016

В январе Верховный суд России вынес решение, в котором говорится, что сбор денег на ремонт школы не ущемляет права учащихся на бесплатное образование. Многие посчитали, что это фактически узаконивает вымогательства с родителей учеников. Казанский правозащитник Булат Мухамеджанов, который несколько лет занимался проблемой школьных поборов, разбирает решение суда и объясняет, как избежать якобы обязательных взносов на благоустройство школы.

Большой резонанс среди родителей школьников и педагогов вызвало решение по делу директора чувашской школы Марины Клементьевой, которую обвиняли в денежных поборах. Судья отменил решение трех судов низшей инстанции, оштрафовавших руководителя образовательного учреждения на 30 тысяч рублей, и прекратил административное дело в отношении нее. В интернете разразилось: «российский суд встал на сторону администрации и узаконил поборы в школах». Разберемся, так ли это. А пока небольшая предыстория.


На протяжении многих десятилетий образование в нашей стране было законодательно общедоступным и бесплатным. В советское время право на бесплатное образование не подвергалось сомнению — бремя расходов полностью несло государство. В начале 1990 годов из-за аховой ситуации в экономике денег на поддержку школ в российском бюджете не было: педагогам задерживали зарплаты, средств на другие нужды не было вообще. Потому-то руководители образовательных учреждений стали активно «работать» с родителями. В ход шли настойчивые просьбы, а где-то и прямые требования сдать энную сумму в фонд класса или школы. При этом мало кто обращал внимание на законность подобных принудительных взносов.

По мере улучшения социально-экономического положения государство стало больше вкладывать в образование. Появились специальные программы по ремонту школ, обеспечению их всеми необходимыми учебными пособиями (например, я помню, как в середине 90-х родителям приходилось самостоятельно покупать для меня учебники по истории, английскому языку и так далее).

Чтобы получить средства на нужды школы, директорам необходимо оформить и направить соответствующую заявку в отдел образования

Вышестоящее руководство за подобные просьбы по голове не погладит точно, да и мороки с финансовой отчетностью потом не избежать. Так что директорам было удобно продолжать пополнять школьный «кошелек» по старинке — за счет родителей учеников. И тем самым демонстрировать свою эффективность как менеджера — мол, ни копейки из бюджета не просим, своими силами справляемся.

В нулевых, благодаря в том числе интернету, выросла правовая культура мам и пап школьников. Все больше стали интересоваться, во-первых, на что тратятся деньги, а во-вторых, законен ли вообще сбор средств, раз в Конституции РФ закреплено право на бесплатное образование? Так, в 2009 году мама первоклассницы казанской гимназии № 94, признанной лучшей школой России, публично обратилась с жалобой на поборы в прокуратуру. Нелицеприятный факт подтвердился, и министерство образования и науки вынуждено было по пунктам расписать незаконные действия сотрудников школ. Они остаются актуальными до сих пор:

  • привлечение внебюджетных источников финансирования с нарушением принципа добровольности;
  • привлечение учителей (классных руководителей) к сбору денежных средств (наличными) за различные дополнительные образовательные услуги и в благотворительные фонды школы;
  • требование внесения вступительного взноса в виде денежных пожертвований;
  • приобретение мебели или оплата ремонта классных помещений при приеме в общеобразовательное учреждение;
  • сбор денежных средств наличными без оформления надлежащих кассовых документов.

Что изменилось после этого? Кардинально, увы, ничего. Стало жестче пресекаться любое инакомыслие. Известный девиз «один за всех, и все за одного» оказался в данном случае невостребованным. Скорее, наоборот — подавляющее большинство родителей под влиянием учителей подвергали обструкции (в том числе в социальных сетях) тех немногих, посмевших открыто заявить о поборах. В ряде регионов полиция, надо сказать к своему явному неудовольствию, вынуждена была проводить проверки по заявлениям одних родителей на других по статье «клевета». Заканчивались эти истории отказом в возбуждении уголовного дела. То есть ничем.

Раньше педагоги не стесняясь требовали сдать деньги наличными на родительских собраниях или напоминали об этом записью красной ручкой в дневниках учеников

Теперь же преподаватели, опасаясь прокурорских проверок, стали просто перекладывать ответственность по сбору средств на активистов родительского комитета. А вот тут и скрывается юридическая загвоздка, которая, по сути, отражена и в постановлении Верховного суда России по делу директора чувашской школы Марины Клементьевой.

При изучении материалов дела выясняется, что в соответствии с пунктом 4 приказа средней школы № 3 города Алатыря «гражданам и юридическим лицам, выразившим согласие на оказание помощи в виде пожертвований, предлагается заключить договор о пожертвовании». Более того, в пунктах 8 и 11 этого приказа указывается на недопустимость принуждения и соблюдение принципа добровольности. Собирает деньги вовсе не администрация школы, а попечительский совет, в соответствии с уставом представляющий интересы родителей перед администрацией учебного заведения. Есть и финансовые отчеты о том, когда и на что были потрачены деньги. Таким образом, суд пришел к выводу, что:

  • сбор денег и контроль за их расходованием осуществлялся попечительским советом;
  • родители вносили деньги добровольно, доказательством чему служат договоры о пожертвовании;
  • законодательство не содержит норм, запрещающих образовательным учреждениям, получать такие пожертвования.

Замечательно, да? Притом, что все прекрасно понимают, что без санкции руководства школы попечительский совет, как правило, состоящий целиком из активистов родительского комитета, и шагу не сделает. Если прежде фиксированная сумма взноса уже являлась для прокуратуры доказательством нарушения закона, то теперь у педагогов всегда под рукой имеются договоры о пожертвовании, собственноручно подписанные родителями.

Многие мамы и папы не хотят отдавать свои «кровные» в фонд школы, но вынуждены раскошеливаться. Так как они боятся, что в противном случае педагоги могут отыграться на их ребенке, да и сверстники будут посмеиваться над «неплательщиком».

Что же делать, если нет возможности или желания платить? Скажу банальную вещь — не бояться

Я вместе с коллегами на протяжении пяти лет плотно занимался темой школьных поборов в Татарстане, в результате чего глава местного Минобрнауки со скандалом лишился поста. И могу смело заявить: тех, кто однажды публично заявил о принудительных взносах в учебном заведении, больше не трогают. Потому что себе дороже.

Разумеется, обвинения в адрес администрации школы должны быть подкреплены доказательствами — это могут быть документы, аудиозапись, свидетельства очевидцев. Кстати, некоторые родители из пострадавших сами становятся правозащитниками. В 2011 году Казанский правозащитный центр оказал юридическую помощь маме двух учеников казанской гимназии № 90 (лучшей школе Татарстана), доказавшей факт поборов, несмотря на противодействие директора и активистов родительского комитета. Менее чем через год женщина создала группу в соцсети, чтобы помогать другим родителям отстоять свои права на бесплатное образование. Сейчас в ней состоят более 15 тысяч человек. В составе комиссии Аппарата президента Татарстана по антикоррупционной политике она регулярно инспектирует школы и выявляет нарушения.


Конечно, без привлечения внебюджетных средств, да еще и в нынешних непростых экономических условиях, учебному заведению не обойтись. Государство целиком покрыть расходы школ не в состоянии. Но, с моей точки зрения, руководству образовательных учреждений необходимо активнее работать с выпускниками. Как это происходит в вузах, где в состав попечительского совета обязательно входят известные в регионе личности, некогда учившиеся в альма-матер. Тогда все разговоры о принудительных взносах мигом прекратятся. Но «стричь» деньги с родителей, которые фактически на 11 лет попадают в зависимость от чаяний администрации школы, конечно, легче, чем убеждать обеспеченного выпускника бескорыстно помочь родной школе.


Комментарии(1)
Резюме: надо платить, при условии добровольности взносов и «подъемности» сумм, отчетности по расходам. Софинансирование вполне корректный прием при соблюдении условий. Гнобить инициаторов и покрывателей такой практики можно только при перегибах в их работе. 100% справедливости и равенства не будет никогда, такова природа. Надо подстраиваться
Больше статей