Как быть с учениками на одной волне и почему нужно здороваться

«Выполнение любого масштабного задания — это труд, он должен вознаграждаться. Составляя большие и сложные контрольные, попробуйте разыграть между учениками что-нибудь вкусное, к примеру, чтобы лучше всех написавший ученик мог это получить за свой успех.

У меня это всегда шаурма, купленная на Китай-Городе (к слову, лучшая шаурма в Москве). С некоторыми учениками я держу уговор о том, что если они возьмут призовое место на олимпиаде, то отведают за мой счёт легендарный шиш-таук или пиццу. И они берут призовые места!».

«У меня есть сосед, с которым наши пути пересекаются почти каждый день. Он не здоровается практически никогда. Точнее, не здоровается первым. Он вполне доброжелателен, но его мысли вечно где-то далеко. Однако, когда до него долетает моё привычное „доброе утро“, он как будто возвращается с небес на землю и… приветствует в ответ, расплываясь в широкой улыбке. Когда с тобой здороваются, то признают твоё существование. Когда здороваешься ты, работает обратный принцип  —  ты заявляешь о себе».

«Раскрывать скобочки в седьмом классе скучно? Конечно, весёлого мало, но ведь получается же, с ответом в конце задачника сходится. Сначала просто детская радость от того, что получается. Потом она становится мотивацией для дальнейшего обучения. Еще позже, возможно, превратится в радость от самостоятельного математического открытия, пусть даже какого-нибудь факта, давным-давно всем известного.

Еще я оправдываюсь тем, что если бы в школе всего этого не рассказали бы, то был бы невозможен выбор профессии, ведь кто-то же становится биологом, физиком или химиком? Или математиком».

«Учитель всё ещё воспринимается как некий транслятор нормы. Если врач или сотрудник полиции выложит подобные фото, вопросов к нему не будет, а вот если учитель начнёт в купальнике по интернету щеголять, это почти как священник на гей-параде.

При этом проблема не в том, что учитель воспринимается как транслятор (так, наверное, и должно быть), а в том, что сама норма нигде не прописана чётко и толкуется в разных местах очень по-разному. Где-то немыслимо выйти к детям без пиджака, где-то выложить во «ВКонтакте» фото, на котором ты без пиджака. Пока норма не будет прописана чётко и понятно, подобные ситуации будут возникать».

«Через полгода Оля ходила (пусть и не так хорошо, как остальные дети её возраста или младше), научилась держать в руках карандаш, играть, помнила всех по именам и болтала без умолку. Порока сердца больше нет, гидроцефалия у Оли субкомпенсированная, то есть внешне и внутренне это никак на неё не действует, но нужно периодически показываться врачу, ДЦП остался, с УО — вопрос спорный. Сейчас Оле семь с половиной, через год ей идти в школу. Конечно же, у неё есть большое отставание в развитии, но по словам специалистов, с которыми я консультировалась (нейропсихологи, педагоги, дефектологи, психологи, логопеды), у Оли есть шансы пойти в обычную школу».