«Когда я забирала Олю домой, она почти не говорила». Есть ли у ребёнка шанс на обычную школу

Два с половиной года назад в моей семье появилась девочка Оля — голубоглазая блондинка. А родилась Оля ещё раньше — семь с половиной лет назад, на 27-й неделе беременности весом 1200 грамм и была сразу оставлена своей матерью в роддоме. До своих почти пяти лет Оля лежала и молчала. Примерно в четыре года она начала издавать отдельные звуки и уже могла ползать. Но в доме ребёнка ползать было почти негде.
Когда я забирала Олю домой, она не ходила и почти не говорила, те пять-семь слов, которые ей удавалось произносить, — это и был весь её словарный запас. Меньше, чем у Эллочки Людоедки. У Оли были диагнозы — ДЦП, гидроцефалия, ВПС (врождённый порок сердца), УО (умственная отсталость).
Через полгода Оля ходила (пусть и не так хорошо, как остальные дети её возраста или младше), научилась держать в руках карандаш, играть, помнила всех по именам и болтала без умолку. Порока сердца больше нет, гидроцефалия у Оли субкомпенсированная, то есть внешне и внутренне это никак на неё не действует, но нужно периодически показываться врачу, ДЦП остался, с УО — вопрос спорный.
Сейчас Оле семь с половиной, через год ей идти в школу. Конечно же, у неё есть большое отставание в развитии, но по словам специалистов, с которыми я консультировалась (нейропсихологи, педагоги, дефектологи, психологи, логопеды), у Оли есть шансы пойти в обычную школу. Ну то есть «можно попытаться».
Сразу оговорюсь — у меня своё отношение к инклюзии, о нём я напишу отдельно, и всё, что я хочу попробовать сделать в ближайший год — это понять, потянет ли Оля обучение в некоррекционной школе или нет.
Если я увижу, что она не готова, я совершенно спокойно отдам её в школу, которая будет соответствовать её уровню развития. Я не сторонник насилия детей страшными «подтягивающими» методиками.
Важнее, чтобы ребёнок был доволен жизнью, а не чтобы он умел считать раньше или быстрее всех
План действий у меня будет примерно такой:
1. Найти методики оценки готовности детей к школе (к первому классу).
2. Оценить, какие у Оли есть пробелы.
3. Найти вменяемые пособия и схемы обучения.
4. Начать её обучать, наблюдая за динамикой.
5. Оценивать и делать выводы, корректируя процесс развития. И ещё стоит добавить, что Оля ходит в обычный детский сад, она хорошо социализиована, с ней дружат дети, она умеет играть и общаться, и в целом это очень позитивный и добрый человечек. А с учётом того, что Оле пришлось пережить, она ещё и очень мужественная барышня.
Что ж, поехали, как говорил наш дорогой Юрий Алексеевич. Я буду очень признательна, если вы поделитесь со мной теми методиками оценки готовности детей к школе, которые вы знаете. А я уже попробую применить их на практике и опишу плюсы и минусы. Спасибо!
Популярные комментарии
Евгения СамотохинаТо что отрицательные оценки нужны — я согласна, но здесь должен быть ряд факторов: 1) как по мне текущая система оценки (пятибалльная, а по факту четырехбальная) — не то чтобы объективная. Особенно чувствуется на объемных заданиях в старших классах, когда в тексте на 2 страницы допустил 2-3 ошибки и пооучаешь тройку. Как по мне система должна иметь разбивку хотя бы в 10 баллов. 2) Часто каждый учитель сам определяет как оценивать ученика. Если с точными науками и каким-нибудь диктантом ещё более-менее понятно, то с более творческими заданиями, пересказами вообще непонятно — у одного учителя ты получаешь 5 у другого за пересказ того же качества — 3.
«Двойка должна жить». Учитель — о том, почему плохие оценки нужны детям
АнастасияДа уж… Уважительное общение не включено в общеобразовательные стандарты и экзаменационные вопросы. Можно иметь аттестат и даже не один диплом, но при этом оставаться полнейшим хамом. Системный кризис.
«Короче, училка, варежку свою закрой». Топ-20 цитат из переписок родителей с учителями, от которых волосы встают дыбом
Виктория ИльинаА может, пора честно посмотреть на проблему не только глазами учителя? Учитель жалуется: слишком много часов, слишком много отчётности, слишком много требований сверху. И с этим трудно спорить. Но есть один неудобный вопрос: а не является ли сама школа частью проблемы, которую она годами создаёт? Попробуйте хотя бы на минуту посмотреть на ситуацию глазами ученика. Этот ребёнок, которого сегодня заставляют заучивать километры информации «для галочки», завтра станет взрослым человеком. Возможно, чиновником, руководителем, тем самым человеком, который будет писать новые стандарты, программы и инструкции для школ. Не удивительно ли, что система воспроизводит сама себя? Главная ошибка многих педагогов — не в любви к знаниям. Знания нужны. Ошибка в другом: в убеждении, что ребёнку обязательно нужно загрузить весь огромный школьный багаж, не задумываясь, что из этого действительно пригодится именно ему. И когда обществу годами пытаются доказать ценность каждого килограмма ненужной информации, неудивительно, что эта работа перестаёт восприниматься как источник реальной пользы. Может быть, выход проще? Не превращать каждый предмет в борьбу за выживание. Не ломать детей и не выгорать самим. Если ребёнку ваш предмет объективно мешает сосредоточиться на тех знаниях, которые нужны ему для будущего, — поставьте законную тройку и дайте ему возможность развиваться дальше. Иногда настоящая педагогика — это не заставить выучить всё. А понять, что именно действительно стоит учить.
«Мы согласились со своим бесправием». Учительница – о том, почему ее коллеги терпят унижения













