Фёдоров, объяснитесь: составитель ЕГЭ по биологии отвечает на 7 неудобных вопросов про экзамен

Выпускники, редактор «Мела» Настя Широкова поговорила за вас и для вас с составителем ЕГЭ по биологии Дмитрием Фёдоровым. И узнала, почему экзамен такой сложный, а средний балл за него не слишком высокий, как можно сдать всё своими силами и при чем тут лабубу. Выводы после интервью — утешительные и вселяющие надежду.

«ЕГЭ по биологии сложный не по прихоти составителей»

— Я не сдавала ЕГЭ по биологии, я гуманитарий. Но в «Меле» работают умники, которые писали этот экзамен. Когда я спросила, что можно узнать в интервью у составителя ЕГЭ по биологии, их главным вопросом было: «За что так сложно?» У выпускников этого года тот же вопрос.

Вопросы вроде «зачем/почему так сложно» нерелевантны по отношению к ЕГЭ, потому что мы живем в рамках существующего предмета. Биология — такая, какая она есть. Сложная. И с этим ничего не сделаешь.

Есть две проблемы, которые делают этот предмет трудным для всех. Первая — исторически биология сформировалась как описательная наука. Началось всё с того, что люди собирали цветы и описывали их строение, а затем мы начали изучать движение крови, проводить эксперименты, и за долгое время исследований у нас накопился огромный массив данных о живых организмах.

Есть массив данных по растениям, есть — по животным, по человеку. И всю эту информацию собирали разные люди, не имевшие возможности пообщаться друг с другом. Поэтому во всех разделах биологии возникла своя терминология, до сих пор не приведенная к единству. Например, размножение спорами у растений называется бесполым, а у некоторых организмов — вегетативным. По сути, одинаковые процессы, но названия у них разные. Такова биологическая традиция.

Вторая проблема: за последние два века на биологию «напали» другие естественные науки. А именно химия, физика, информатика и математика. Оказалось, что биологические системы — клетки, ткани, органы — функционируют за счет ферментов, молекул химической природы. Возник важный раздел «Биохимия», описывающий химические основы жизни. Появилась и биофизика, объясняющая, почему, например, у дельфинов нет шеи, а у жирафов она огромная.

Наконец, с приходом больших данных, с появлением секвенирования, то есть «чтения» ДНК и молекулярных технологий, у нас появился еще один источник огромного массива информации.

Только подумайте: геном человека — это 4,7 миллиарда букв. Чтобы визуализировать такое количество символов, представьте себе книжный шкаф, заставленный исключительно томами «Войны и мира». И всё это — геном одного человека. А нас много, больше 7 миллиардов. Теперь представьте, сколько будет букв, если прочитать все геномы всех людей. И учтите, что в мире есть не только люди, но и лягушки, рыбки и другие существа, среди которых человек — не рекордсмен по размеру генома.

К чему я это говорю? К тому, что для обработки такого массива данных нужны новые разделы биологии, компьютерные алгоритмы, понимание статистики и так далее.

Получается, современная биология представляет собой огромную описательную науку с багажом знаний по всем разделам и неунифицированной терминологией.

И мы, составители ЕГЭ, зажаты меж двух огней

С одной стороны, мы должны спросить у ребят базовые понятия и термины, а они должны уметь ими оперировать. С другой стороны, мы хотим, чтобы школьники учились современной биологии, а не науке двухсотлетней давности. Из-за этого и рождается сложность предмета.

Как выражается лауреат Нобелевской премии Джеймс Уотсон, получивший награду за открытие двойной спирали ДНК, «чтобы математику знать свою науку, ему нужно знать только математику. Чтобы физику знать свою науку, ему нужно знать физику и математику. Чтобы химику знать свою науку, ему нужны математика, химия и физика (потому что химические закономерности описываются с помощью физических формул). А биологу, чтобы знать свою науку и хорошо в ней разбираться, нужно знать математику, химию, физику и собственно биологию».

Как вы понимаете, это всё невозможно. Отсюда и получается такая высокая сложность у экзамена. Это не прихоть каких-то конкретных составителей ЕГЭ.

— Второй по популярности вопрос — про средний балл ЕГЭ. Выпускники жалуются, что этот показатель у сдающих биологию якобы гораздо ниже, чем по остальным предметам. Почему так?

Рособрнадзор каждый год публикует средние баллы за ЕГЭ по всем предметам. Если их проверить, станет понятно, что они все почти одинаковые, с разницей в два-три пункта.

Но, во-первых, по биологии не самый низкий средний балл среди всех ЕГЭ. Разрыв между биологией и какой-нибудь информатикой может составлять меньше одного процента. Так что фраза вроде «ЕГЭ по биологии сложный, потому что там маленький средний балл» не сильно относится к реальности. В масштабах статистики разница в процент ничтожна.

Во-вторых, на средний балл вообще лучше не ориентироваться, потому что ЕГЭ по биологии выпускники сдают с разными целями. Кто-то целенаправленно готовится сдать ЕГЭ на сотку, чтобы поступить в ведущий вуз на биолога или медика. А кому-то достаточно, например, получить 50–60 баллов, чтобы пройти в спортивный или аграрный вуз.

Каждый выпускник знает, какой примерно результат ему нужен, и выстраивает свою подготовку к ЕГЭ в зависимости от этого. Ребята, которым не требуются высокие баллы, часто пропускают задания из второй части и вообще не решают их на самом экзамене. Просто потому, что от них не потребуют результат 90+. Поэтому, если вы решите посмотреть средние баллы по предмету, не делайте поспешных выводов о его сложности и имейте в виду еще и разный уровень подготовки школьников.

Ну и в-третьих, да, у нас принято учитывать только один показатель — количество стобалльников по предмету. А количество прошедших порог никто не смотрит, хотя их по биологии много. Значит, по этому показателю у нас экзамен добрый. И по количеству высокобалльников тоже — эти метрики у ЕГЭ по биологии в порядке. И я советую всем обратить на них внимание и не переживать.

«Для успеха на ЕГЭ по биологии достаточно изучить школьные учебники»

— Как составители выбирают задания для ЕГЭ по биологии?

У нас несколько принципов:

• задания должны четко соответствовать школьной программе;
• они должны быть адекватными по сложности — при этом мы разделяем их на базовый, повышенный и высокий уровни сложности;
• они должны быть разнообразными — например, в линии 15–16 у выпускников проверяют знания по разделу «Человек». Нам нужно, чтобы вопросы тематически касались не только пищеварительной, но и кровеносной, и выделительной, и других систем.

При этом нам каждый год всё равно пишут выпускники или их родители, возмущенные из-за «слишком сложных» заданий или из-за того, что они «в школе / с репетитором такое не проходили». В чем проблема? Они не знакомятся с нормативными документами и не погружаются в школьную программу, учебники и так далее. Это, в общем-то, нормально. Зачем изучать какие-то документы, кроме демонстрационного варианта ЕГЭ?

Но очень часто это оборачивается ошибкой. Выпускник открывает демоверсию, видит в заданиях определенный набор тем и думает, что на реальном ЕГЭ будет всё то же самое. Хотя там написано, что демонстрационный вариант — это пример, он отражает лишь варианты заданий. Чтобы понять, что у вас будут проверять на экзамене, демоверсии мало — нужно еще как минимум изучить кодификатор и спецификации.

Но вернемся к выпускнику, который открыл только демоверсию. Что с ним происходит дальше? Он идет к репетитору, который обещает всё рассказать, показать и дать всю необходимую для написания ЕГЭ информацию. Ребенок и его родители доверяются репетиторам и онлайн-школам, а потом в ЕГЭ встречаются темы, которые с выпускником по какой-то неведомой причине не разобрали. Тогда выпускник приходит на апелляцию и говорит: «Как же это так? В программе этого не было».

Понимаю, это социально чувствительная тема. Родители любят своих детей и считают, что их дети — лучшие. И это, кстати, с биологической и эволюционной точки зрения правильно, потому что, если бы не эта родительская любовь, нас бы с вами в мире не было.

Заботиться о детях и их интересах нужно, но давайте разделять эту заботу и гнев в адрес составителей ЕГЭ с «Да как вы можете такое спрашивать?»

Нам регулярно пишут подобные обращения, и мы с коллегами на них отвечаем. Почти каждый раз мы просто ссылаемся на учебник и указываем номер страницы, где есть вся информация для решения конкретного номера в ЕГЭ. На этом этапе претензии по существу к нам заканчиваются.

Вы спросите: «Ну и что, так сложно прочитать школьные учебники?» Оказывается, да. Часто дети почему-то предпочитают сторонние сайты, готовые файлы со шпаргалками от репетиторов и только всё усложняют.

— То есть если школьник, которому предстоит сдавать биологию, просто возьмет все учебники с 6-го по 11-й классы, законспектирует их и начнет прорешивать типовые задания ЕГЭ, то успех ему обеспечен?

Да. Честно вам скажу, без нотки сарказма и сомнений. Всё ровно так. И есть много людей, которые именно это и делают.

— И к заданиям второй части ЕГЭ, где есть в том числе генетические задачи, тоже можно подготовиться с одним учебником и конспектами?

Да. Но нужно учитывать, что есть учебники, где просто рассказана теория по генетике, описано, например, как устроено наследование, и даны примеры задач с разбором. А есть рабочие тетради и задания от учителя.

Подразумевается, что школьники всё-таки не только читают учебники, но и работают с тетрадью и разбирают с педагогом все задачи, которые могут попасться на ЕГЭ.

— Я понимаю, почему многие тратятся на репетиторов и онлайн-школы: материал раскладывают по полочкам, всё «разжевывается» и преподносится в понятной форме, благодаря которой всё запоминается легче, чем параграф из учебника.

Конечно. А еще вы же знаете, что такое маркетинг? Думаю, да. Это способ продать свою услугу и сделать так, чтобы вас захотели покупать.

Например, вам не нужен лабубу, но он во всех соцсетях и на фотографиях с сумочками селебрити — это заставляет людей покупать лабубу, несмотря на то что себестоимость такой плюшевой игрушки — рублей 200, а продается она за 10–15 тысяч. Вот у меня таких лабубы три — понятно, что я жертва социального маркетинга.

Такая же история, как со мной и лабубу, происходит с репетиторами и ЕГЭ по всем предметам. Почему? Если репетиторы и онлайн-школы начнут говорить, что для высоких баллов нужно просто почитать школьные учебники и порешать на сайте ФИПИ задания, поток клиентов к ним сильно уменьшится. Лучше, наоборот, говорить, что ЕГЭ по биологии — очень сложный, что «Рохлов и Фёдоров составляют задания, которые есть только в университетских книжках, эти книжки есть только у них и у меня, приходите обязательно ко мне, я вас всему этому научу, потому что только на моем курсе вы узнаете все секреты экзамена».

Я активный пользователь соцсетей, и я постоянно вижу подобное. У нас недавно была открытая площадка в Рособрнадзоре, где мы обсуждали ЕГЭ. Слушатели задали нам вопрос, будут ли новые сюжеты в линии 27. Я ответил — на официальной площадке, — что нет, никаких новых сюжетов не будет и мы действуем в рамках старой модели.

Сразу после я открыл новостную ленту и увидел посты: «В этом году будет задание по миграциям», «В этом году появится задание на специфические новые типы РНК». И зачем это нужно? Понятно, что это просто маркетинговые ходы.

Мне это не нравится. Мы взаимодействуем с профессиональным сообществом, чтобы между нами не возникало недопониманий, но я очень часто, слишком часто натыкаюсь на такие маркетинговые ходы. Коллеги, чтобы получить финансовую выгоду, пользуются страхом детей и страхом их родителей.

Получается, ноги у всех переживаний вокруг ЕГЭ растут из простого человеческого маркетинга. А дальше всё раскручивается по спирали. Ребенку обещали одно, рассказали другое, он пришел на экзамен и вообще увидел третье. Кто виноват? Конечно же, люди, составившие экзамен. А то, что мы ориентируемся на федеральные программы и четкий набор формулировок, — это кого волнует? Это какие-то буквы, какие-то документы, это всё неинтересно.

«ФИПИ самым подлым образом скрывает способы выполнения заданий?»

— Итого: для высоких результатов ЕГЭ по биологии нужны учебники, конспекты, открытый банк заданий и документы от ФИПИ. Всё?

Да. Мы хотим помочь выпускникам и выкладываем для них актуальные материалы для подготовки к экзаменам на странице «Навигатор самостоятельной подготовки к ЕГЭ». Там и анализ ошибок выпускников прошлого года, и процент решаемости заданий, и разборы трудных задач. Всё это — бесплатно.

Но, знаете, складывается почти конспирологическая картина. Люди часто пытаются найти подвох в чем-то бесплатном, будто мы чего-то недоговариваем и ограничиваем кому-то доступ к информации. Мне бы хотелось разрушить эти мифы и неправильное восприятие нашей работы.

Первый миф — «ФИПИ нигде не публикует свои задания. Их не бывает, нужно слушать только таких-то учителей, которые скажут, где эти задания взять и из какой медной горы их достают».

Реальность — открываем сайт и видим, что там есть демонстрационные варианты, открытые варианты прошлых лет, банк заданий, который пополняется каждый год и где встречаются задания из реального ЕГЭ. И на них можно потренироваться.

Второй миф — «вся статистика по ЕГЭ засекречена».

Реальность — мы публикуем детальнейший статистический отчет по итогам заданий прошлых лет. Его можно открыть и увидеть, какой средний балл по предмету, посмотреть, какие задания попались, увидеть, что они собой представляют. И удостовериться, что этот миф неправдив.

Третий — «ФИПИ самым подлым образом скрывает методики выполнения заданий».

Реальность — мы каждый год выпускаем для ребят специальную методичку, где написано, как оформить задания, как подойти к их решению и какие способы решения есть.

Более того, комиссии по некоторым предметам, в том числе по биологии, снимают видеоподкасты, куда приходят составители и рассказывают, какие встречаются задачи по генетике, как их решать и как оформить ответ, чтобы получить максимальные баллы. И вы можете их посмотреть.

Но, конечно, так как это бесплатно, показывать это никому не выгодно. В этом большая проблема.

Я всех призываю изучить официальный сайт. Да, может быть, он не такой красивый, как сайты многих онлайн-школ. Не такой завлекающий. Не такой, как говорят зумеры, пикми. Но это официально авторизованный источник информации, который позволит вам хорошо подготовиться.

— На какие задания вы бы сейчас посоветовали обратить внимание при подготовке, чтобы не попасться в ловушку формулировки и на всё ответить?

Понятно, что осталось мало времени, и здесь всё зависит от того, на какой балл вы претендуете.

Если вы интенсивно готовились весь год, я бы обратил ваше внимание на задания 25–26. Внимательно читайте их, решайте номера из открытого банка и смотрите, какие вообще формулировки у них бывают. Обязательно посмотрите, на какое количество вопросов вас просят ответить, сколько признаков назвать. Часто, например, случается такое, что в задании просят указать два признака, а выпускники пишут один.

Если вы, наоборот, готовитесь к сдаче экзамена недавно (ну с кем не бывает), обратите внимание на задания базового уровня сложности. Откройте спецификацию на сайте ФИПИ и посмотрите, какие знания и навыки проверяют в этих заданиях. И просто повторите темы, указанные в документе. Всё.

— Ну и последнее. Сейчас многие обсуждают введение практической части в ЕГЭ по химии и физике. А на биологии она будет?

Ведутся активные дискуссии и среди биологов, и в административной среде. Нужно понимать, что биология — такой предмет, практическую часть по которому очень тяжело организовать.

Это дорого, и набор инструментов, доступный школьникам на практической части, очень мал. Обычно для экспериментов по биологии требуется, с одной стороны, довольно высокая подготовка учеников, с другой — качественное лабораторно-техническое оборудование. Например, глюкометр, который меряет концентрацию кислорода в крови, — сложнейший прибор, и его сейчас невозможно закупить в большом количестве во многие школы.

Мы понимаем, почему родители и дети считают, что нам стоит ввести практическую часть. Так экзамен станет полнее и объективнее. Я с этим могу только согласиться — вопрос только в том, чтобы всё было качественно организовано и соотносилось с современными представлениями о биологии в школе.

Посмотрим, как внедрят практику в экзамены по физике и химии, и будем исходить из опыта коллег.

Обложка: коллаж «Мела». Фото: © Cro Magnon, eranicle, Black_Kira / Shutterstock / Fotodom