Поступление и учёба по целевому направлению: опыт и выводы пятерых студентов
Поступление и учёба по целевому направлению: опыт и выводы пятерых студентов
Поступление и учёба по целевому направлению: опыт и выводы пятерых студентов

Поступление и учёба по целевому направлению: опыт и выводы пятерых студентов

Екатерина Красоткина

12.05.2022

Изображение на обложке: Matej Kastelic / shutterstock / fotodom

Мы уже рассказывали, как работает целевое поступление в вузы и как стать целевиком. А теперь поговорили со студентами и выпускниками, которые учатся или отучились на целевом. И узнали, довольны ли они этим выбором.

«Поступил по основному конкурсу, но пошёл на целевое»

Андрей Конев, 22 года, работает по целевому договору

Когда речь зашла о поступлении в институт (я выбрал Российский технологический университет, ранее МИРЭА), родители посоветовали мне подстраховаться и заключить целевой договор. В случае, если бы я недобрал баллы в основной волне, оставался бы запасной вариант, чтоб не идти учиться на платной основе и не попасть в армию.

Договор о будущем трудоустройстве я заключил с Научно-производственным центром автоматики и приборостроения имени академика Н. А. Пилюгина. Во-первых, там работают мои знакомые, во-вторых, он находится довольно близко к моему дому (я живу в Москве). И там как раз была востребована та специальность, на которую я планировал поступать, — управление и информатика в технических системах.

За пару месяцев до сдачи экзаменов я сходил на предприятие в отдел по подготовке кадров, где мне рассказали, что после окончания обучения я должен проработать там три года. Я подписал предварительный договор — по нему мог участвовать в двух конкурсах: в основном и по квоте для целевых мест.

По целевому направлению проходной балл был очень маленький, в районе 170, по основному конкурсу — 215. Я попадал в вуз и так, и так, но всё-таки выбрал вариант с целевым обучением. Хотел, чтобы у меня была гарантия: после бакалавриата я не останусь без работы. Тогда я снова приехал на предприятие, там со мной подписали уже окончательный договор до конца бакалавриата.

Первый год представители предприятия меня не беспокоили, я просто учился. Изредка звонили и спрашивали, есть ли у меня какие-то задолженности, всё ли хорошо.

Был бонус — доплата к институтской стипендии в виде 50% от неё. Я получал 3700 плюс 1850 рублей в месяц

Кроме дополнительной стипендии, предприятие больше ничего за меня не платило, потому что я учился на бюджетном месте.

На втором году обучения была моя первая практика — я уже был закреплён за предприятием, тогда как некоторые студенты в панике искали место, где её проходить.

Четвёртый год был самым насыщенным. Меня распределили в отдел, где я планировал работать, дали небольшое задание и закрепили за мной дипломного руководителя от предприятия. Все практики, дипломы я сдавал там, и отношение проверяющих ко мне было хорошим — почти как к коллеге, поэтому я почти не нервничал. В конце года мне дали должность техника и назначили зарплату.

Когда я защитил диплом, то продолжил работать и поступил в магистратуру — опять подписал договор на целевое обучение. Оно происходит на самом предприятии, и мне было удобно совмещать работу и учёбу. Пока меня всё устраивает, местные преподаватели дают только нужную информацию, а в случае, если работа пересекается с учёбой, идут навстречу.


Фото: KieferPix / shutterstock / fotodom

«Мне было обидно: зачем я училась?»

Вероника Петровская (имя изменено), 23 года, хотела работать по целевому договору, но что-то пошло не так

Я из Подмосковья, но училась в Москве — в МГСУ на специальности «теплогазоснабжение, вентиляция и кондиционирование воздуха». Целевое направление я получила, когда ещё училась в 11-м классе. Мы шли в общем потоке, обучение организация нам не оплачивала, но я пошла на целевое, чтобы потом работать по специальности. На моём потоке целевиков было 30 человек.

В моём договоре было написано, что, если студент учится на пятёрки, ему должны выплачивать стипендию в 5 тысяч рублей. Весь третий и четвертый курс я училась на отлично, и таких ребят, как я, было много. Но каким-то образом руководство решило выплачивать стипендию только одному человеку. Когда мы спрашивали: «Почему вы платите не всем, как это прописано в договоре?» — они отвечали: «Ну, мы вам устно об этом говорили, что будет получать один человек». Получается, этот пункт они не выполнили.

Ещё в договоре говорилось, что по окончании института я должна отработать три года на госпредприятии, занимая должность в соответствии с той специальностью, на которую я отучилась: «инженер-мастер». Ещё в устной форме нам обещали рабочие места недалеко от дома, в Подмосковье.

Но в моем случае всё получилось совсем иначе. Когда я получила диплом, в организации мне сказали, что «таких мест нет» и выделять их под меня не будут.

Мне предложили должность техника в другом городе области. От моего дома туда ехать 3 с половиной часа

Я уже работала техником, когда проходила практику в институте, и разговаривала с девушками, которые занимают эту должность. У них вообще нет высшего образования: они просто окончили колледж. У одной было высшее образование, но юридическое — совсем по другой специальности.

Работать мне предлагали не по трудовому договору, а по ГПХ. Я спрашивала, сколько по времени надо будет работать в таких условиях. Мне сказали: «Может быть, год, два, неизвестно». Я отказалась.

Потом на протяжении, наверное, недель двух я звонила кураторам целевых направлений и в саму организацию, где должна была работать, просила, чтобы мне предоставили подходящее место. Я хотела выполнить свои обязанности и отработать три года по договору. Но мне говорили: «А вот мы в свое время ездили на работу и тратили по пять часов на дорогу в одну сторону», «А мы в свое время и с детьми ездили на работу» и так далее.

Положительного результата я так и не получила, а работать там, куда меня направляли, не хотела. Мне было даже обидно: зачем я тогда училась? Несколько дней я прямо плакала. Думала: «Все, куда я пойду работать? Ну кому мы нужны после института? Что теперь делать?»

Потом я перестала звонить и решила устраиваться на работу не по целевому. Мне не выплачивали стипендию за то, что я училась на пятёрки, соответственно, я ничего никому не была должна.

После этого мне даже никто ни разу не перезвонил, не спросил: «Что вы собираетесь делать? Собираетесь ли вы приходить? Отрабатывать?» Получается, им было неважно, пришла бы я на работу или нет.

Сейчас я работаю в строительной организации — работу искала сама. Мне здесь очень нравится. Хотя это и не совсем моя специальность, пересечения всё-таки есть: тут в том числе нужно проектировать систему вентиляции.

Наверное, хорошо, что в итоге я не пошла работать по целевому. Работаю — и всё хорошо, всё исполнилось.


«Просто сказал, что не хочу работать учителем»

Александр Шорин, 24 года, не захотел работать по целевому договору

Изначально я и так собирался в Омский государственный педагогический университет, а целевое направление взял только для того, чтобы гарантировать себе поступление. На профиль «Право и история», который я выбрал, проходной балл был 170–180, а для целевиков — отдельный конкурс. Я набрал 197 баллов — этого хватало, чтобы поступить без целевого, но договор уже был подписан.

У педагогов стандартная практика: договор о целевом обучении заключается с органом местного самоуправления. После выпуска целевику должны сообщить о доступных рабочих местах. При этом в 2015 году, когда я заключал договор, по действительным тогда правилам, мне не была положена стипендия, так что район не потратил на меня никаких денег.

За время учебы в Омском педе я немного прославился: стал членом молодёжного правительства при губернаторе Омской области и лауреатом в номинации «Социально-полезная деятельность» на ректорском балу. У меня изменились приоритеты, взгляды на дальнейшую жизнь, хотелось чего-то масштабнее, чем быть учителем. Комитет по образованию пригласил меня стать директором сельской школы.

Так как за мою учёбу не платили, мне не нужно было отдавать деньги за то, что я не работаю по целевому

В целом, в муниципальном органе образования мне теоретически могли и не предложить места. Мало ли, историки во всём районе в достатке. Тогда они бы сказали: «Рабочих мест нет». Люди из моего района, которые поступали на целевое вместе со мной, этим воспользовались. Со мной была примерно такая история — после вуза я приехал для распределения, сказал, что не хочу работать учителем, и мне предложили другую вакансию.

Сейчас я устроился и работаю в «Ростелекоме» - не по специальности. С педагогикой я пока решил взять паузу. Но вообще целевое обучение — вещь полезная. Даже с опытом работы директором школы мне было сложно найти работу. Что тут говорить о рядовом выпускнике вуза.


Фото: SeventyFour / shutterstock / fotodom

«Пока не знаю, где буду работать после вуза»

Екатерина Стафиевская, 18 лет, поступила по целевому направлению в этом году

Я из города Куйбышев Новосибирской области. Учусь в Екатеринбурге в Уральском государственном юридическом университете имени В. Ф. Яковлева (Институт прокуратуры) по направлению от Западно-Сибирской транспортной прокуратуры. По папиной линии у меня практически все юристы.

По целевому направлению я решила учиться, чтобы у меня была гарантия трудоустройства после окончания вуза. В Институте прокуратуры нет бюджетных мест, студенты учатся либо на платной основе, либо по целевому. Поэтому как такового общего конкурса не было. Зато на место по целевому направлению конкуренция была серьёзная. Я набрала за экзамены 223 балла и смогла пройти.

В договоре было прописано, что по окончании вуза я должна буду отработать пять лет в том месте, куда меня направит сама прокуратура. За меня платят 162 тысячи рублей в год.

Пока мне нравится учиться. На первом курсе мы проходим общие предметы. В следующем году у нас уже будут отраслевые дисциплины.

Я получаю стипендию около 3 тысяч — она зависит от того, как человек сдаёт сессию. И пока не знаю, где и как я буду работать. Но надеюсь, что, когда окончу вуз, мое место работы будет не слишком далеко от семьи. Если я передумаю работать по договору, мне придётся заплатить всю сумму за обучение.


«Не была уверена в своих результатах ЕГЭ»

Алина Турбина (имя изменено), 24 года, заканчивает учёбу по целевому направлению

Я родом из Якутска, прохожу последний год обучения в Новосибирском меде по направлению «лечебное дело», мой партнёр по договору — Минздрав Якутии, а работодатель — Среднеколымская центральная республиканская больница.

Целевое я выбрала потому, что не была уверена в своих результатах ЕГЭ. Я набрала 227 баллов, а у бюджетников в моём вузе обычно 250–260 баллов.

По договору больница должна была обеспечить мне трудоустройство (а я — отработать там три года), Минздрав — предоставлять финансовую поддержку: выплачивать стипендию, частично оплачивать проживание (до 5 тысяч рублей ежемесячно), раз в год оплачивать перелёт из дома и обратно. За хорошую успеваемость я получала стипендию в 4 тысячи рублей от Минздрава и в 2 тысячи от вуза, плюс иногда выдавали матпомощь. Если меня отчислят или я сама откажусь работать после обучения, мне нужно будет выплатить всю неустойку в двойном размере.

Своим целевым договором я довольна, поскольку я получаю денежную помощь и могу работать. Думаю, это хорошая возможность для ребят получить бесплатное образование и устроить свою жизнь.

Сейчас параллельно с учёбой я работаю медсестрой в местной больнице и прошу целевое место уже в ординатуру от той же ЦРБ. Если не получится, поеду работать.

За помощь в подготовке материала благодарим нашего стажёра Элеонору Лаццаротто.

Изображение на обложке: Matej Kastelic / shutterstock / fotodom
Комментариев пока нет
Возможность оставлять комментарии отключена
Больше статей