«Школа окажется бессильна, только если исчезнет электроэнергия и весь город обесточит»
Педагоги и родители — о том, как должна быть устроена система безопасности в школе

В понедельник, 15 января, в пермской школе № 127 произошло нападение на учеников и учителя. Пострадали 15 человек. За последние полгода это не первый случай, когда в российских школах проносили оружие. Рассказываем, как организована система охраны в школе и чем не довольны родители.
Обязанности педагогов прописаны в уставе школы и в законе «Об образовании». В статье 32 этого закона сказано, что «образовательные учреждения несут ответственность за жизнь и здоровье учеников, воспитанников и работников образовательного учреждения во время образовательного процесса». Другими словами, пока ребёнок находится в школе, за его жизнь и здоровье отвечают люди (работники школы), которые рядом с ним. На уроке — учитель, на перемене — дежурный педагог, при входе в школу и на выходе из неё — охранник. А личная ответственность за каждого ученика — на директоре школы.
Несмотря на все меры безопасности, инциденты в школах бывают, и часто. Например, 1 сентября 2017 года видеоблогер под видом ученика беспрепятственно вошёл в одну из московских школ, посидел там на уроках и вышел. Сказал учительнице, что он — новый ученик, перешёл в эту школу несколько дней назад и в списки его внести не успели.
Иногда физическая безопасность зависит не столько от высоты турникета и бдительного охранника, сколько от умения вовремя распознать зарождающийся конфликт между учениками и учителями. Одним из самых громких дел была стрельба в московской школе № 263: в феврале 2014-го десятиклассник застрелил учителя географии и полицейского. А в сентябре 2017-го ученик подмосковной школы пришёл на занятия с пистолетом и начал стрелять по одноклассникам.
Как устроена система охраны в школах, если можно так легко пронести в школу ножи и ружья, и кто, по мнению родителей, должен следить за безопасностью школьников — мы узнали у руководителя школьной безопасности, директора московской школы и мамы старшеклассницы.
«Невозможно что-то сделать незаметно. Но и уследить за всем невозможно»

Илья Бронштейн
директор московской школы № 1468
Школа — это режимный объект, на котором соблюдается объектно-пропускной режим и есть целый комплекс мер безопасности, которые предусматривает большинство из тех ситуаций, которые могут произойти.
Для большинства случаев есть чёткие инструкции. Но ещё есть обстоятельства непреодолимой силы. В Перми, например, говорили про девушку-охранника, которая не смогла остановить нападавших. Это такие вещи, которые не могут быть учтены в инструкции. То есть человеческий фактор — рисковая зона во всех мероприятиях.
В московских школах есть тревожная кнопка, одно нажатие которой моментально вызывает ближайший наряд полиции. Ещё есть службы быстрого реагирования и система видеонаблюдения, которой оснащены все корпуса школы. Камеры подключены к единой городской системе, и в режиме реального времени экстренные службы видят всё, что происходит. В Москве это продумано и организовано.
Мы с вами живём в таком мире, в котором невозможно что-то сделать незаметно. С другой стороны — уследить за всем тоже невозможно. Теракты именно об этом и говорят. Я не думаю, что есть прямая связь между репутацией школы и тем, что произошло. Тем не менее, первые, кому хочется задать вопросы, разбираясь в причинах, — люди, которые занимались организацией воспитательной работы в этой школе. Потому что нападавшие — подростки в стадии конфликта. Как вообще организована воспитательная работа в этой школе — вопрос, который обязательно возникнет.
«Когда дети приходят в школу — их не проверяют на колющие и режущие предметы»
Ирина Дёмина
мама девятиклассницы школы в г. Протвино, Московская область
Когда дочь училась в начальной школе, мы даже платили за условную охрану. Последние года три уже не платим. Почему условную? В дверях сидел нездорового вида мужчина 65+. Это и был охранник. А на самом деле вахтёр. Он любил поговорить с бабушками и дедушками, а в этот момент дети шныряли туда-сюда мимо него. Однажды из школы сбежал мальчик. Ну как сбежал, — просто взял и ушёл. Охранник, видимо, зачитался или с головой ушёл в кроссворд.
Сейчас всё стало чуть серьёзнее. При входе в школу уже другой охранник записывает паспортные данные каждого родителя, но делает это так долго, что пока он пишет одного человека, другой при желании может зайти и выйти. Правда, на каждом этаже камеры видеонаблюдения. Скажем так: охранник у нас внимательный, довольно дисциплинированный и дети его обожают. Но если юркий подросток или крепкий взрослый мужик захочет проникнуть в школу — у него получится без проблем. Я уже не говорю о том, что когда дети приходят в школу, их точно не проверяют на колющие и режущие предметы, потому что турникеты и металлодетекторы городу не по карману.
«Школа окажется бессильна, только если пропадёт электроэнергия»

Татьяна Феофанова
ответственная за антитеррористическую и пожарную безопасность в московской школе № 444
Школы работают с частными охранными агентствами, которые выигрывают контракт, обычно на три или пять лет. Наша школа окажется бессильна, только если пропадёт электроэнергия и весь город обесточит. Так как в школе работает система видеонаблюдения по периметру и внутри школы, со всеми коридорами, и система «Проход и питание», которая контролирует ребёнка. Дети прикладывают карточки, и охранники видят каждое лицо ребёнка в своём мониторе. У родителей есть аналогичные карточки. Ещё стоят металлорамки, миновать которые невозможно. У охранников в кармане всегда есть кнопка тревожной сигнализации.
Я думаю, что в Пермской школе не было охранной системы как таковой. Обычно рамки даже на ключи срабатывают. А на опасные предметы (колющие и режущие) сразу загорается красный свет и раздаётся громкий такой звук. Если вдруг обнаружен опасный предмет, сам охранник не имеет права осмотреть школьника. На этот случай есть дежурные администраторы. Если не дай бог что-то сработает, дежурный администратор в присутствии социального педагога может досмотреть ребёнка. Разумеется, без личных прикосновений, только рюкзак. Лично досматривать ребёнка можно только при сотруднике полиции. Что касается конфликтов между учениками — это уже обязанности психологов и учителей.
Популярные комментарии
ОльгаЧто значит стукачество? Я считаю так: если тебя никак это не касается, то об этом рассказать должны участники. Макисмум, что должен сделать ребенок — рассказать об этом родителям, чтобы взрослые люди уже решали надо ли доводить ситуацию до сведения школьной администрации. А если ребенка избили, унизили или регулярно оскорбляют, то он имеет полное право и даже должен рассказать об этом взрослым: учителю и родителям. Потому что дети сами не разберутся — это все миф, что они могут и должны разобраться сами. Может именно это учительница и имела в виду, когда говорила, что дети должны ей все рассказывать? А родители сделали из мухи слона?
Учительница поощряет стукачество в классе. Стоит ли запрещать ребенку доносить на других?
Виктория ИльинаРазговор о достойной оплате учительского труда сложнее простой формулы «надо повысить зарплаты». С главным тезисом героя статьи трудно спорить: педагог не должен думать, чем прокормить семью, и быть вынужденным добирать доход репетиторством. Но базовый уровень оплаты должен быть достойным не только в сильном столичном лицее. Хороший учитель одинаково нужен и в Москве, и в районной школе, и в селе. Право ребёнка на качественное образование не должно зависеть от места жительства. А дальше логичны дополнительные стимулы: надбавки за квалификацию, подготовку стобалльников, победителей олимпиад, серьёзные результаты учеников. Тем более статья показывает, какой труд стоит за работой с сильными и мотивированными детьми. Но есть и неудобный вопрос: насколько востребована значительная часть знаний, которые школа по единой программе обязана давать всем? Учитель здесь во многом связан требованиями системы. Однако если обучение почти не учитывает склонности и будущую траекторию ребёнка, возникает разрыв между объёмом обязательных знаний и их последующей практической ценностью. Можно сколько угодно говорить о «гармонично развитой личности», но общество в конечном счёте выше ценит то, что даёт ощутимый результат. И этот вопрос тоже нельзя исключать из разговора о зарплате учителя.
«Мы придумали делить детей на два сорта»: директор тамбовского лицея и заслуженный учитель — о культе олимпиад
Евгения СамотохинаТо что отрицательные оценки нужны — я согласна, но здесь должен быть ряд факторов: 1) как по мне текущая система оценки (пятибалльная, а по факту четырехбальная) — не то чтобы объективная. Особенно чувствуется на объемных заданиях в старших классах, когда в тексте на 2 страницы допустил 2-3 ошибки и пооучаешь тройку. Как по мне система должна иметь разбивку хотя бы в 10 баллов. 2) Часто каждый учитель сам определяет как оценивать ученика. Если с точными науками и каким-нибудь диктантом ещё более-менее понятно, то с более творческими заданиями, пересказами вообще непонятно — у одного учителя ты получаешь 5 у другого за пересказ того же качества — 3.
«Двойка должна жить». Учитель — о том, почему плохие оценки нужны детям











