Сенсорная комната, беруши и пандусы: как сделать любой парк инклюзивным

В последние годы можно часто услышать про инклюзию в образовании и современном городе. Но о том, как конкретно создать пространство, где будет комфортно людям с особенностями, говорят гораздо меньше. Генеральный директор музея-заповедника «Царицыно» Елизавета Фокина и куратор инклюзивных программ Юлия Сергеева рассказали, что именно и как они делают.
Активная работа, чтобы сделать парк более инклюзивным, началась в «Царицыно» в 2007 году. Сегодня, спустя 12 лет, наша инфраструктура уже полностью адаптирована для людей с особенностями и инвалидностью. Одна из наших задач — их социализация и знакомство с искусством, а другая — обратная инклюзия для обычных посетителей.
В парке они часто обращают внимание на такие экспонаты, которые не видят в повседневной жизни. Например, дети всегда реагируют на тактильную экспозицию, спрашивают, что это такое. После объяснений экскурсовода они задумываются и понимают про людей с особенностями больше.
Чтобы создать такое пространство, важно работать в нескольких направлениях.
1. Развивать инфраструктуру
«Царицыно» — это один из немногих московских музеев, где пространство до мелочей адаптировано для людей с различными особенностями. У нас есть пандусы, поручни, необходимые для маломобильных посетителей, есть лифты и подъёмники. Инфраструктурно мы доступны для всех. Помимо этого, у нас есть несколько важных дополнений для людей с особенностями.
1. Сенсорная комната. Это помещение для эмоциональной разгрузки и уединения, которые необходимы людям с особенностями ментального развития. Им часто становится некомфортно в музее среди людей. Тогда человек может уйти отдохнуть и перезагрузиться в эту комнату, чтобы с новыми силами дальше исследовать музей.
2. Сенсорные сумки. Несмотря на то что мы инфраструктурно адаптированы, мы не забываем про шум от вентиляции, постоянный гул из-за большого скопления людей, музейное освещение, которое может стать раздражителем, а мы никак не можем на него повлиять. Поэтому мы предлагаем нашим посетителям специальные сумки: в них находятся наушники, беруши, солнцезащитные очки. Используя этот набор, люди с ментальными особенностями развития, например с аутизмом, могут более комфортно чувствовать себя в нашем пространстве.
3. Инвалидные коляски и ходунки. Очень часто они нужны не только людям с особенностями, но и пожилым посетителям, которым сложно ходить. Территория заповедника очень большая, поэтому услугой активно пользуются.
2. Адаптировать программы
30% наших программ созданы с учётом особенностей восприятия людей с инвалидностью. Например, у нас в штате работает слепой методист, который помогает разрабатывать специальные программы для слепых и слабовидящих. Но мы привлекаем и других специалистов, потому что для таких людей важен также и тактильный осмотр.
Адаптированные программы есть абсолютно по всем нашим направлениям. Например, в Хлебном доме есть тактильная экспозиция, посвящённая декоративно-прикладному искусству, а в царицынских оранжереях слепые и слабовидящие люди могут прикоснуться к растениям (кроме того, на экскурсиях в оранжереях звучит музыка).
Для людей с ментальными особенностями есть два пути: либо мы адаптируем уже существующие образовательные программы, либо создаём с нуля новую — специализированную. В обоих случаях мы обязательно привлекаем экспертов.
Адаптированных программ у нас сейчас около двадцати. В них всегда включены экскурсия и мастер-классы. Мы понимаем, что человеку с ментальными особенностями развития может быть сложно просто стоять и слушать. Всё-таки это очень монотонная деятельность, поэтому им нужна смена обстановки и залов. Сначала мы проводим экскурсию по экспозиции, а потом приглашаем всех на мастер-класс, где каждый делает что-то своими руками.
Для глухих и слабослышащих людей экскурсии ведёт глухой экскурсовод, который владеет русским жестовым языком
Есть программы, которые ориентированы на детей с особенностям развития. В большинстве случаев это интерактивные инклюзивные занятия, на которые мы приглашаем не только детей с инвалидностью, но и их братьев и сестёр. Это очень важно. Можно сколько угодно говорить про инклюзию, а потом делить посетителей на разные группы. Если семья хочет выбраться в парк с друзьями или на экскурсию приходит инклюзивный класс, это прекрасная возможность сделать все программы доступными для совместного посещения.
Для детей с РАС у нас есть так называемые социальные истории — они лежат в открытом доступе на сайте в разделе «Доступный музей». Их нам помогли разработать эксперты в области исследования аутизма, педагоги, тьюторы, родители детей с РАС. Социальная история — это специальным образом проговорённые ситуации, которые, скорее всего, произойдут с ребёнком во время визита в «Царицыно». Что-то вроде сценария.
За две-три недели до похода в музей их можно начать в игровой форме проживать вместе с ребёнком. Таким образом он как будто отрепетирует свой визит заранее. Вообще, это правильный подход для всех посетителей (заранее уточнить, куда идёшь, что увидишь, узнать чуть больше о музее и предметах, которые в нём выставлены), но для людей с аутизмом это необходимость.
3. Обучать сотрудников
Без эффективной работы в этом направлении никакой инклюзии быть не может. Во-первых, у нас очень большой штат персонала, который периодически сменяется. Поэтому раз в несколько месяцев мы рассказываем сотрудникам о том, как общаться с людьми с инвалидностью, как помогать им в экстренной ситуации во время посещения музея. Это обучение проходят абсолютно все сотрудники: не только администраторы или экскурсоводы, но и гардеробщицы, уборщики и сотрудники кафе. Они тоже находятся в пространствах нашего музея и могут совершенно случайно столкнуться с таким посетителем и чем-то ему помочь, если это необходимо. И уже на основе этого мы развиваем все остальные направления.
Тренинги бывают не только общие, но и о каждой категории инвалидности отдельно. Например, как общаться со слабослышащими или посетителями с ментальными особенностями развития. В этом обучении нам помогает дружба с фондами и нашими партнёрами.
4. Делать тематические проекты
Два года назад у нас проходила выставка «Люди должны быть разными». Её инициировал Аркадий Ипполитов — искусствовед, писатель и хранитель итальянской гравюры в Государственном Эрмитаже. На выставке были собраны картины наивных художников, чьи работы хранятся в наших царицынских коллекциях, и рисунки взрослых людей с аутизмом, студентов центра «Антон тут рядом». В рамках этой выставки мы организовали большую публичную программу, которая касалась людей с ментальными особенностями развития и аутизмом. Проект расширился, и выставка теперь проходит и в других городах.
Прямо сейчас в музее проходит акция «Подвешенный билет». Мы предлагаем посетителям «подвесить» билет на спектакль «Сказка о голодной гусенице», который мы покажем 8 сентября для детей с РАС — подопечных благотворительного фонда «Искусство быть рядом».
Изначально этот спектакль был придуман как беби-постановка (0+), но в результате выяснилось, что он подходит для всех, кому сложно усидеть на месте дольше пяти минут, кому не нравится темнота в зрительном зале, кто хочет участвовать в постановке или — наоборот — готов смотреть на происходящее только со стороны.
С 12 по 21 июля на поляне у Большого дворца в музее-заповеднике «Царицыно» пройдёт фестиваль «Дачное Царицыно». Каждое утро на фестивале будет начинаться с музыкальной зарядки для детей. Днём запланированы мастер-классы, лекции и встречи, а по вечерам — спектакли и концерты. Например, 19 июля на фестивале выступит Пётр Налич с большой сольной программой, посвящённой Canzone Napoletana — неаполитанской песенной традиции региона Кампания.
Популярные комментарии
ОльгаК сыну постоянно цепляются, хотя он выглядит аккуратно, даже иногда носит бабочку. Не нравятся его брюки. Требуют сменить их на классические, которые неудобны, мнутся, вытираются и у них вытягиваются колени. Говорят, что одет не по уставу. Но в уставе школы прописан «опрятный внешний вид». Чем мятые классические штаны с вытянутыми коленками опрятнее серых джинсов, которые и как джинсы-то не выглядят и которые ребенок носит с трикотажным пиджаком, рубашкой и бабочкой — непонятно.
«Собранный хвост — признак неблагополучной семьи»: почему детей все еще выгоняют с уроков за внешний вид
HelenКак же сложно быть подростком. Казалось бы, что нет ничего проще, как подойти к мальчику или девочке и сказать, что ты мне нравишься.Но нет, проблемы какие-то дурацкие в голове.Я своему ребенку посоветовала решать проблемы делами. Нравится кто-то? Подойди, познакомься простыми фразами: привет, как тебя зовут, самому представится, где учишься, где живёшь, есть ли домашние животные, есть ли братья сестры, чем занимается вне школы, какие есть увлечения, и прочее, угости шоколадкой, предложи сходить в кино, после уроков съесть по мороженому, на переменах поговорить об интересах. Обменяться номерами телефонов. Да куча всяких разностей. Можно ничего не говорить о своих «любовях», а входить в жизнь понравившегося человечка. Подарить карандаш простой и красивый, ручку, резинку стирательную. В столовой сесть рядом или место занять. Кидать комплименты приятные.Можно предложить сидеть вместе за партой.При влюбленностях подростков важно помнить, что самое главное, что есть у него -это жизнь и нет ничего важнее жизни. Родителям в такой трудный промежуток жизни подростка нужно быть рядом и поддерживать в ребенке самоуважение, развитие критичности мышления, рациональности общения.
Я влюбился в одноклассницу, но боюсь ей признаться. Что мне делать?
Алина Сен-ЛюкУжасная, некорректная акция, которая не учит добру и милосердию, ибо благотворительность — это когда от себя что-то отрываешь, а не у другого человека забираешь… Да и не было никогда у учителя моря цветов в вёдрах. Не все ведь в первых классах работают.
«Все эти акции вместо цветов — спекуляция чувствами учителя»: педагоги — о том, нужны ли им букеты на 1 Сентября





















