Что должен знать учитель обществознания: поп-культура, политика и не только

Какие темы изучают на обществознании? Политику, экономику, права, законы, религию. То есть всё то, с чем мы сталкиваемся (или хотя бы о чем читаем в новостях) каждый день. Так почему же школьный курс обществознания так оторван от реальной жизни? Разбирается наш блогер, учитель Виктор Бормотов.
В социологии есть такой термин — аномия. Обозначает он расхождение между официально декларируемыми и реально работающими ценностями. Например, папа отчитывает ребенка за найденную у того пачку сигарет, после чего спокойно идет на балкон и закуривает. Дитя в недоумении! Чиновник, скажем, в марте говорит о вреде коррупции, а уже в сентябре его задерживают за «получение в особо крупных». В шоке уже весь народ!
На моем скромном участке образовательного фронта ситуация аномии очевидна. Согласно государственным стандартам, всяческим программам, приказам и т. д., ученики должны научиться «объяснять явления и процессы социальной действительности с научных позиций, анализировать реальные социальные ситуации». То есть формально заявляется весьма благородная и, на мой взгляд, первоочередная задача современного школьного курса обществознания.
Что на практике? Система стимулирует лишь к тому, чтобы ученик заучил штампованные фразы из учебников, а свободные дискуссии на действительно актуальные темы весьма ограничены.
Резон понятен. Мало ли чего там взбредет в голову зумерам и мало ли чего они там хотят обсуждать. Во что это выльется?! Как бы чего не вышло! Особенно это касается политических тем. Охранительный инстинкт бюрократии естественен и, наверное, непобедим. Поэтому гораздо безопаснее острые вопросы обходить, в качестве иллюстраций заданий и обсуждений брать примеры из истории, а не из актуальной социальной практики.
Но ведь проблема и состоит в том, что подростков (как и любого человека) волнует именно то, что его непосредственно окружает
Именно это, в первую очередь, каждый из нас стремится объяснить и понять. В том числе, конечно же, и с помощью теоретических знаний.
Социальные сети вот уже лет 15 являются нормой жизни, а ни в одном учебнике по обществознанию даже небольшой, посвященной им главы, так и не появилось. По крайней мере, я не встречал. А сколько школьников оказалось в лапах всяких вконтактных и инстаграмных мошенников, извращенцев и всякого рода иных преступников? Никто в школе не объясняет причины возникновения социальных сетей, правила их функционирования.
Сегодня в тренде ТикТок — еще одно порождение наступающего информационного общества. А ведь ничего сложного в том, чтоб увязать Даню Милохина с обществоведческими теориями, нет. Тот же Моргенштерн — отличный пример для иллюстрации такого понятия как «социальная роль» или описания социальной мобильности и ее факторов (нужно просто отбросить свои личные вкусовые пристрастия в музыке, ценностные оценки некоторых «опусов» вышеозначенного товарища).
Рассказы о том, что школьники политизированы или вечеринки и музыка интересуют их больше, чем учеба, — миф. Другой вопрос в том, что именно подростки, с одной стороны, как никто чувствуют, что сегодня дает успех и является актуальным, а с другой — хотят получать знания именно в этих сферах. Как ни странно, когда я спрашивал своих учеников о том, что бы они реально хотели узнать из курса обществознания, они спросили — как правильно взять кредит и оплатить коммуналку. А в учебнике им про «командную» и «рыночную» системы.
Вывод: учитель обществознания должен быть внимательным к изменениям в общественной жизни, постоянно фиксировать теоретические новинки, объясняющие реальность. Учебные и методические пособия по предмету должны обновляться чаще. Только так обществознание может действительно стать предметом о жизни, а не мертвой дисциплиной, которую часто выбирают только для того, чтобы «полегче сдать ЕГЭ».
Вы находитесь в разделе «Блоги». Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.
Фото: Wikimedia Commons / Okras / CC BY-SA 4.0
Популярные комментарии
Сергей ГлушковО-о-о-ха-ха-ха-ха… Тщеславие, гордыня и глупость, — вот итог 11-летнего обучения в Российской школе! Разницы в науках МГУ и периферийного вуза нет, бла-бла-бла журналистика одинакова и в Москве, и в Папуа Новой Гвинеи. И дальнейшая судьба зависит от корочки диплома на 0,1℅.
«Проходной балл — 303 из 300»: итоги приемной кампании в вузах и прогноз для абитуриентов-2027
ОльгаС Чеховым согласна. Еще Бунин и Куприн для изучения отлично подойдут. Пушкин — вполне неплохо. Гоголь — но не то, что изучают. Салтыков-Щедрин тяжеловат, но необходим и очень современен, к сожалению. Достоевского, Толстого и Тургенева оставила бы для изучения во взрослом возрасте, после школы. Кто захочет — прочитает. В школьной же программе оставила бы для изучения Булгакова, Зощенко и обязательно кого-то из современной литературы. Это все можно изучать, начиная с 7 класса. А до этого надо просто прививать детям любовь к чтению. Не вызвать стойкую неприязнь, когда они в 5 классе читают Му-му или Слово о полку Игореве, а в 6-м — Дубровского. Есть прекрасная литература для детей. Которая также учит хорошему и доброму. Но это именно литература для детей. А наши классики, уж простите, но писали ДЛЯ ВЗРОСЛЫХ читателей. У Толстого были рассказики именно для детей. У Чехова тоже есть подходящая литература, у Куприна. Их — пожалуйста. Но не Бежин луг и не Му-му
«Дети читают классику как записки о жизни инопланетян»: писатель Дмитрий Данилов — о любимых книгах и школьной программе
Юлия ЛанговаяНекоторые общественные деятели абсолютно не разбираются в уровне сложности олимпиад, которые засчитываются за БВИ, если предлагают их комбинировать с ЕГЭ (ЕГЭ + Олимпиада). Более того они даже не представляют, как организована подготовка Олимпиадников к таким Олимпиадам. Вот поинтересовались бы, посетили сборы, в которых участвуют эти одаренные дети.
Что может измениться в правилах поступления в вузы к 2027 году и при чем здесь скандалы приемной кампании – 2026










