«Привычная роль училки не работала». Репетитор — про работу в детском доме

Работать учителем — это тяжело. Ведь к каждому ребенку надо найти подход, увлечь, дать знания — вопреки всему. Наш блогер Марина Суслова рассказывает, как начала работать с учениками из детского дома. И почему ей хотелось все бросить.
Я занималась репетиторством еще со второго курса университета. Потом был перерыв, у меня не было времени на уроки с детьми — днем я работала, по вечерам училась в магистратуре. Когда осталась только работа, мне снова захотелось преподавать. Я стала искать ученика привычным способом — через сайт-агрегатор заявок.
И увидела объявление: в детский дом нужен учитель для группы учеников. «Группа учеников» — вот что меня зацепило. С одним учеником заниматься, признаюсь, скучно: по пол-урока ждешь, пока ученик придет к правильному ответу. А многие задания вообще предложить невозможно, потому что они предполагают соревнование или партнерство.
Я откликнулась на вакансию сразу же. Но выяснилось, что для того, чтобы работать в этом детском доме, надо оформить ИП. Тогда сделать это было непросто, да и налоги были высокие (да, это был мир без самозанятых). Все заработанные деньги ушли бы на налоги. «Работать бесплатно — это не для меня» — решила я и отказалась от должности.
А потом случилось странное. Два дня подряд я просыпалась ни свет ни заря с мыслью о том, как было бы здорово всё-таки заниматься с этими детьми. Бесплатно? Да! Зато как интересно! В один из дней я вскочила в 8 утра и не могла дождаться 10 — чтобы позвонить и сказать, что согласна и хочу работать. А точнее — бесплатно помогать.
Прежде чем пойти в детский дом знакомиться с руководством и детьми, я встретилась с двумя женщинами из благотворительного фонда — это они искали репетиторов. Они посоветовали не бояться, успокоили и заверили, что на первое занятие пойдут вместе со мной. Это было кстати — я не очень понимала, как работает эта система, боялась сделать что-то не так. Мы обсудили возраст учеников и договорили о дате и времени пробного занятия.
Это был неплохой детский дом в Москве. Он получал какие-то награды от правительства, детей туда отбирали. Как рассказывали сами ученики, недалеко был другой детский дом — туда уходили самые, со слов ребят, «отмороженные». Ученики у меня были вежливые, спокойные (насколько могут быть спокойны дети), они с интересом общались со мной и друг с другом. Ходили эти ребята в ближайшую школу — одну из самых сильных на районе. Директор детдома вникала в проблемы, всегда старалась помочь. Персонал тоже не вызвал у меня ни разу никакого возмущения.
И все-таки дети в детдоме другие. Главное их отличие — полное отсутствие уважения к взрослому по умолчанию
Мы привыкли, что дети должны слушаться взрослых, особенно — учителя. И учителя (я в том числе, пока была частным репетитором в обычных семьях) прекрасно живут в мире, где дети боятся тебе слово сказать. Здесь же привычная роль училки («Я сказала «делай» — значит, делай!) не работала. Уважение этих детей надо заслужить.
Примерно через 4-5 занятий я в слезах пришла к координатору от детдома и сказала, что у меня ничего не получается. Заявила, что больше ходить сюда не буду. Координатор — милый пожилой дядька — уговорил попробовать еще раз, «дать детям еще один шанс». Он говорил, что дети сложные, но им эти занятия очень нужны, что воспитатели и администрация стараются, но всё равно многого не могут им дать. В общем, был очень спокоен, разговаривал с большим уважением и пониманием. Чувствовалось, что он по-настоящему переживает за детей. Наверное эта забота меня и подкупила. Я пришла домой и начала думать. Потом составила план и полностью переделала структуру занятий. И это сработало!
Я начала делать задания интересными. Спрашивала детей, что им хотелось бы обсудить сегодня. Потом они уже сами мне говорили, урок на какую тему для них был бы интересен. Мы стали говорить про экономику и географию, обсуждали интересные биографии и события в мире. В конце каждого занятия мы просто говорили про их жизнь.
Хватило месяца, чтобы отношения наладились. И потом я продолжала искать, как правильно выстраивать процесс, перечитала кучу книг по психологии и педагогике. Что в итоге? Я проработала там три года.
Вот так и получилось, что я хотела уйти через месяц, но осталась в итоге на 3 года. И очень этому рада.
Вы находитесь в разделе «Блоги». Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.
Иллюстрация: Archv / Shutterstock / Fotodom
Популярные комментарии
АндрейАбсолютно согласен! Надо ещё и математику убрать, а то учат детей думать и раскладывать по полочкам! И читать и грамотно общаться сейчас не в моде. Есть же нейросеть! И комментарии поможет написать! Отправлять в школу только на физкультуру, труды и ОБЗиР. А все остальные предметы платно и по желанию! Хотя и эти три предмета требуют особой подготовки, поэтому их надо тоже по желанию, а лучше вообще платно!
«Врачей жалко. А вас, тварей, нет». Честный монолог учительницы о том, что стоит за особым статусом педагогов
Виктория Ильина«Короткий ответ: никак» — пожалуй, самая спорная рекомендация статьи. Да, признание родителей не изменит прошлого, а разговор не гарантирует извинений. Но это не значит, что о пережитом нужно молчать. Между «устроить суд истории» и «закрыть тему» есть третья возможность: спокойно рассказать, что помнишь, что чувствовал и как это на тебя повлияло. Не ради мести или покаяния, а чтобы назвать пережитое своими словами и обозначить границы. Родители могут искренне не помнить — но статья лишь предполагает это, не зная обстоятельств конкретной семьи. Избирательность памяти сама по себе не доказывает ни забывчивости, ни правоты одной из сторон. Почему же защитная версия взрослых считается вероятной, а желание выросшего ребёнка высказаться объявляется попыткой «переписать детство»? Забыть старые обиды по приказу невозможно. Молчание не означает, что проблема решена. Исследования также показывают: пережитое в детстве насилие связано с повышенным риском повторения жестокого или пренебрежительного обращения со своими детьми. Поэтому очень важно не «оставить родителей в покое», а осмыслить свой опыт и не передать его дальше. Разумеется, разговор стоит подготовить и вести без оскорблений. А вот объявлять молчание универсальным способом исцеления — безответственно, важно не просто прекратить разговоры о прошлом, а именно разобраться, как не воспроизвести пережитую несправедливость уже в отношениях со своими детьми.
Родители били меня в детстве, а теперь говорят, что ничего не было. Почему они так делают?
Юрий НикольскийПолвека сохраняю вес. Утром встаю на весы. Если вес выше той отметки, что установил полвека тому назад, то в этот день пищи на четверть меньше предыдущего дня. Ем по 6 раз в день, йогурт за час до сна. Не редко толстеют в годы, когда перестают расти — здесь уменьшаются затраты, а привычка есть столько же сохраняется. Второй период после окончания учёбы — начинается спокойная жизнь. Третий период — организм стареет, то новые клетки образуются всё реже. Сейчас потребляю пищи в 3 раза меньше чем полвека тому назад. Для женщин ещё есть периоды, связанные с беременностью.
Дело не в гормонах: 10 ошибок, из-за которых вы не можете похудеть








