«Кого хоть раз бесил экскурсовод?». Почему дети не любят музеи и как сделать поход туда интересным

Школьные экскурсии обычно запоминаются детям. Но вовсе не потому что они узнают там что-то интересное про историю и культуру. Школьникам просто хочется выбраться из-за парт, надеть джинсы и поболтать с одноклассниками вне душных кабинетов. А как же сделать так, чтобы они запомнили что-то по теме? Рассказывает наш блогер Денис Ланщиков.
Однажды в отпуске я сидел на лавке у Кремля в Казани, ел мороженое и смотрел, как работают другие, а именно — экскурсоводы для взрослых групп. И вдруг один из гидов группы как взвизгнет: «Вы должны меня уважать!» Доедая мороженое, я думал: «И чего он на них окрысился? Они просто хотят пофотографироваться, вместе провести редкие выходные. Неужели дата постройки башни Сююмбике так важна? И с чего вообще его кто-то должен уважать?»
Чуть позже на школьной конференции я спросил у коллег, кто из них не любит экскурсии/музеи? Поднялось несколько рук. Потом уточнил, кто после экскурсии так разочаровывался, что после долго не ходил по таким мероприятиям. Рук стало больше. В итоге я задал финальный вопрос: «А кого хотя бы раз бесил экскурсовод?» В зале сначала шепталась, а затем коллег прорвало. Они наперебой и в красках рассказывали, что и как с ними происходило. Вот только почему все мы продолжаем пихать в детей то, что сами терпеть не можем?
Я веду кружок истории. Мы с детьми часто ходим в музеи и не только. И у нас за эти годы появилось несколько правил, которые превращают наши поездки в по-настоящему интересное приключение.
Не к месту, а к людям
Очень часто музеи пахнут «дохлятиной»: там нет ничего живого, и экскурсоводы, подобно служителям культа лишь, довершают картину. А мне всегда хотелось, чтобы дети думали про культуру, как про что-то настоящее и современное, про что можно говорить и о чем можно спорить. Так мы начали ездить не в музеи, а к людям, которые эти музеи создают, еще лучше — думают, как бы сделать культуру доступной, понятной и повседневной. Самый простой способ — найти местный центр современной культуры, попросить рассказать, как вообще он появился, чем гордятся и какие трудности возникали при его создании.
Например, в городе Владимир есть Розановский центр. Ольга Розанова — авангардиста, самая известная её картина — «Зеленая полоса». Директор центра рассказала детям, как в этой спящей патриархальной глубинке появился такой прогрессивный живописец. Потом поговорили про культурные акции и фестивали центра и проблемы с администрацией. Нам показали современное кафе и арт-пространство, а заодно, походя, рассказали про Андрея Боголюбского и Золотые ворота.
Пространства вместо экскурсий
Вы замечали, что у музеев очень разная атмосфера? Пушкинский не похож на Третьяковку, оба не похожи на музей Москвы. Это как люди с разными характерами. Как и с человеком, с музеем нужно налаживать собственные отношения. Экскурсоводы, увы, часто мешают это делать — лезут со своими мыслями и идеями. Поэтому у нас появились собственные форматы посещения музеев.
Ходим по музею с собственным заданием
Например, есть атмосферный музей «Пресня». Меж тем, он никому ненужный, законсервированный во времени. Наша задача — понять замысел куратора выставки. Разобраться, про что каждая комната, сделать небольшое описание. А дальше сфотографировать один объект, который характеризует всю комнату. Объяснить, почему выбрали его.
Помню, девочка из 6-го класса сфотографировала фронтовую форму, когда рассказывала про послевоенную жизнь. Говорит, тогда была такая бедность, что форму носили и в пир и в мир, хотя война уже давно кончилась. На такой анализ способны обычные ребята в 6-м классе.
Искать место, которое фонит историей, и использовать его вместо декораций
Есть в Ленинских горках музей коммунизма — самый последний из построенных. Выглядит, как космический корабль: лестница с красной дорожкой, уходящая в Ленина, овальные залы, гигантские проекторы фирмы Макинтош в виде стеклянных кубов. Очень атмосферно и очень пусто.
Я придумал свою концепцию: мне захотелось, чтобы вместо Ленина-статуи дети увидели Ленина-человека. Место должно было просто подсветить и декорировать нашу поездку. В электричке мы читали рассказы Зощенко о маленьком Ленине. Каждый рассказ сопровождался обсуждением нас самих: «А доводили ли вы братьев или старших сестер?»
В самом музее нам выделили отдельный зал. Я познакомил там ребят с главными нон-фикшн хитами последнего времени по теме: «Империя должна умереть» и «Ленин. Пантократор солнечных пылинок». Присвоение истории и культуры — это очень важно. Мы «присваивали себе» Ленина. Экспроприация экспроприаторов — поступили по-ленински поступили, так сказать.
Чуть позже расскажу про другие приключения кружка истории. Возможно, что-то из этого поможет вернуть осмысленность и вам.
Вы находитесь в разделе «Блоги». Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.
Фото: Михаил Джапаридзе / ТАСС
Популярные комментарии
АндрейАбсолютно согласен! Надо ещё и математику убрать, а то учат детей думать и раскладывать по полочкам! И читать и грамотно общаться сейчас не в моде. Есть же нейросеть! И комментарии поможет написать! Отправлять в школу только на физкультуру, труды и ОБЗиР. А все остальные предметы платно и по желанию! Хотя и эти три предмета требуют особой подготовки, поэтому их надо тоже по желанию, а лучше вообще платно!
«Врачей жалко. А вас, тварей, нет». Честный монолог учительницы о том, что стоит за особым статусом педагогов
Виктория Ильина«Короткий ответ: никак» — пожалуй, самая спорная рекомендация статьи. Да, признание родителей не изменит прошлого, а разговор не гарантирует извинений. Но это не значит, что о пережитом нужно молчать. Между «устроить суд истории» и «закрыть тему» есть третья возможность: спокойно рассказать, что помнишь, что чувствовал и как это на тебя повлияло. Не ради мести или покаяния, а чтобы назвать пережитое своими словами и обозначить границы. Родители могут искренне не помнить — но статья лишь предполагает это, не зная обстоятельств конкретной семьи. Избирательность памяти сама по себе не доказывает ни забывчивости, ни правоты одной из сторон. Почему же защитная версия взрослых считается вероятной, а желание выросшего ребёнка высказаться объявляется попыткой «переписать детство»? Забыть старые обиды по приказу невозможно. Молчание не означает, что проблема решена. Исследования также показывают: пережитое в детстве насилие связано с повышенным риском повторения жестокого или пренебрежительного обращения со своими детьми. Поэтому очень важно не «оставить родителей в покое», а осмыслить свой опыт и не передать его дальше. Разумеется, разговор стоит подготовить и вести без оскорблений. А вот объявлять молчание универсальным способом исцеления — безответственно, важно не просто прекратить разговоры о прошлом, а именно разобраться, как не воспроизвести пережитую несправедливость уже в отношениях со своими детьми.
Родители били меня в детстве, а теперь говорят, что ничего не было. Почему они так делают?
Юрий НикольскийПолвека сохраняю вес. Утром встаю на весы. Если вес выше той отметки, что установил полвека тому назад, то в этот день пищи на четверть меньше предыдущего дня. Ем по 6 раз в день, йогурт за час до сна. Не редко толстеют в годы, когда перестают расти — здесь уменьшаются затраты, а привычка есть столько же сохраняется. Второй период после окончания учёбы — начинается спокойная жизнь. Третий период — организм стареет, то новые клетки образуются всё реже. Сейчас потребляю пищи в 3 раза меньше чем полвека тому назад. Для женщин ещё есть периоды, связанные с беременностью.
Дело не в гормонах: 10 ошибок, из-за которых вы не можете похудеть








