«Иногда общаюсь с учеником и понимаю: ему 15 лет, а он, блин, умнее меня»

Евгению Ланге 30 лет, уже в 16 он стал вожатым, а теперь работает в школе социальным педагогом. Он уверен, что сначала нужно узнать ребёнка получше, а уже потом что-то требовать от него. Поэтому он слушает Фэйса, Гречку и «Порнофильмы». Евгений мечтает написать книгу, а пока ведёт блог на «Меле», в котором даёт полезные советы родителям и учителям.

Я начинал учиться в Новосибирском государственном педагогическом университете, а в 2008-м переехал в Москву и перевёлся в РГГУ на кафедру социальной психологии.

Когда был подростком, помню, как однажды общался с психологом. В конце беседы я вышел из кабинета и сказал: «Я тоже буду психологом, но точно не таким, как вы, а лучше». Думал, что мы просто с ним беседуем, а оказалось — он меня диагностировал. Я был разочарован.

Почему люди не доверяют психологам? Во-первых, они часто путают их с психотерапевтами и даже психиатрами. Во-вторых, ждут, что психолог посочувствует и скажет: «Ах ты мой бедный, несчастный, сейчас я расскажу тебе, в чём твоя проблема и всё будет хорошо». Так не бывает. Грамотный психолог начинает вытаскивать человека из зоны комфорта, причём так, чтобы ему больше не захотелось вернуться в свой кокон.

Это как тренировки в спортзале: чтобы себя прокачать и стать лучше, надо работать. Но люди редко хотят работать

Работа в лагере — одно из самых ярких впечатлений в жизни. В лагере в Сергиевом Посаде мы работали не только с обычными городскими, но и с детдомовскими детьми. А в 2008 году после войны с Грузией туда приехали дети из Цхинвала. Как будто из другого мира. Мальчики — что 9 лет им, что 16 — они уже мужички, никакого инфантилизма. Помню, как-то на дискотеке мальчик лет 12 подходит к девочке старше его и приглашает на танец. Она говорит: «Я не хочу», он уверенно отвечает: «А я хочу» — и она идёт танцевать.

Дети — не другие, но они точно круче нас

Для того чтобы быть с детьми на одной волне, тебе нужно заинтересовать ребёнка, а сделать это можно только через интерес к нему. Невозможно просто подойти и сказать: «Привет, вот я такой классный, давай что-нибудь делать вместе». Нужно читать его книги, смотреть его фильмы, слушать его музыку и интересоваться современной культурой. Она может быть для нас чужой, потому что нам 30, 50 и мы все такие возвышенные — читаем Толстого, слушаем Баха. Когда учителя говорят, что не могут слушать «эту грязь», они отталкивают от себя ребёнка.

Мы сами слушали «Агату Кристи», «Красную плесень», «Сектор Газа». Ничего нового, круг замыкается, только почему-то морализаторство остаётся. Мой принцип: прежде чем что-то требовать от ребёнка, пойми, что он хочет от тебя. Мне нелегко даётся потребление молодёжной культуры. Не потому, что я её не понимаю, — мне тяжело её выуживать. Как инструмент для работы открыл для себя ютьюб-канал Дудя, благодаря ему я всегда знаю, о чём поговорить с детьми.

Когда я пришёл работать в школу, у меня никак не получалось найти общий язык с детьми, они меня игнорировали. Потом порекомендовали несколько фильмов и книг. Я потратил каникулы, чтобы посмотреть «Доктора Кто» и «Шерлока» и прочитать Терри Пратчетта. Недавно дети посоветовали мультик «Рик и Морти». Кошмар, что дети такое смотрят — шутки ниже пояса, мат. Но я понял, что они там видят некую модель семьи и делают какие-то свои выводы. Они не испугались моей реакции — это для меня ценно.

Рэпера Фэйса хвалить тоже необязательно, но нужно понимать, почему дети это слушают, что они в этом лирическом герое (господи прости!) находят

Можно послушать и сказать: это мне понравилось, а это нет. Но при этом важно быть в теме, это часть моей работы. Сейчас Фэйс уже скорее напоминает мем, вряд ли он у всех в плейлисте.

Дети сейчас другие разве что за счёт скорости жизни вокруг, у них клиповое мышление. Если лет 10-15 назад учитель мог читать стандартные лекции, сейчас это неэффективно. Сейчас тебе нужно работать с презентациями, инфографикой. Информации на уроке нужно дать меньше, но она должна быть качественнее.

Иногда я общаюсь с учеником и понимаю: ему 15 лет, а он, блин, умнее меня. И мне сразу хочется куда-то бежать, что-то узнавать — или уходить из профессии. Они больше не боятся взрослых. Советский союз кончился, прошло ещё 30 лет, пропал этот авторитаризм. Дети поняли, что они личности, что взрослые тоже могут быть в чём-то неправы. Главное, чтобы взрослые поняли, что это ресурс для них, а не зло.

Школа уже меняется, но до идеала ещё далеко

Меня беспокоит, что в школах размыта граница между родителями и учителями. Как писали в маршрутках Новосибирска: «Не говорите водителю, как ехать, и он не скажет, куда вам идти». Сейчас родители активно включаются в образовательный процесс, это хорошо, но в таком случае неизбежно рушатся границы. Родитель всегда думает, как сделать лучше для своего ребёнка, а учителю нужно угодить как минимум 30 детям. Хорошо, что родителям дали инициативу, плохо, что её никак не отрегулировали.

Нужно полностью отказаться от системы репродуктивных уроков, когда дети сидят в рядочек за партами и повторяют то, что рассказал учитель. Сейчас ребёнку больше нужна проектная деятельность, практические занятия, самостоятельный поиск инфомации. Можно просто говорить: найдите мне биографию Николая II, выпишите пять фактов, посмотрите два фильма. И всё — они сами тебе расскажут больше, чем ты знаешь. Учитель сегодня — это как экскурсовод по миру знаний.

Мне кажется, школа к этому подтягивается. Система образования всё-таки идёт вперед. Она пока не успевает за нашими школьниками, но когда-нибудь успеет. Учителя стараются, закостенелых староверов остаётся всё меньше.

Правила воспитания детей (которых, правда, пока нет)

Интересно, в чём будет разница между мной — педагогом и мной — родителем. Я точно не буду сюсюкать с ребёнком, это никому не нужно. Буду разговаривать по-человечески. Постараюсь быть не слишком тревожным родителем. Начиная с того, что ребёнок может свалиться в песочнице, и заканчивая, как в 15 лет вернётся домой в три часа ночи с запахом алкоголя.

Надеюсь, смогу адекватно реагировать на эти ситуации, чтобы сын или дочь могли доверить мне какие-то вещи и знали, что со мной можно говорить.

Есть книжка Дэвида Коэна «Руки мыл?». В ней собраны биографии психологов, которые писали книжки о детях. Их книги стали бестселлерами и помогли многим родителям по всему миру, но при этом сами они зачастую были так себе родителями и не следовали своим же советам. Я очень боюсь этой кармы психолога.

Надеюсь, что никогда не буду относиться к своему ребёнку как к ребёнку-проекту: пытаться исправлять за его счёт свои ошибки или делать инвестиции ради дивидендов к старости.

Хочу написать книгу, а блог на «Меле» — первый шаг

У меня есть мечта: я очень хочу попасть на стажировку или практику в финскую школу. Мне интересно, как родители там относятся к безотметочной системе образования. Представляете, если сказать нашим родителям: «Друзья, у нас больше нет отметок, мы даём характеристику по каждому модулю». Готовы ли они к такому? Не уверен. А вот наши дети, по-моему, уже готовы к финской системе. Хочется узнать, как в Финляндии они строят взаимоотношения с родителями, как проводят уроки.

Однажды я понял, что хочу написать книгу, и начал с блога. «Мел» — это первый профессиональный сайт, который мне реально интересно читать. В каждой третьей статье я могу найти что-то полезное. Я пишу, чтобы не выгореть на основной работе и продолжать развиваться.