«Это придумали оторванные от реальности люди»: директор, психолог и юрист — о должности аналитика соцсетей в школе

Уполномоченный по правам человека Татьяна Москалькова предложила заменить школьных психологов на аналитиков социальных сетей. По её мнению, так можно будет выявить подростков в депрессии и препятствовать трагедиям, подобным керченской. «Мел» спросил у директора школы, юриста и психолога, что они думают об этой инициативе.

Евгений Ямбург, директор московского Центра образования № 109, заслуженный учитель РФ, доктор педагогических наук:

Буллинг, самоубийства не имеют никакой связи с тем, что дети видят в интернете, говорю вам это как академик. Мальчик стреляет не потому, что он в интернете нахватался от американского стрелка, а потому что девочка ему не отвечает взаимностью. Это обычная история, но она развивается на невротическом фоне.

В продвинутых школах мы и так занимаемся профилактикой таких ситуаций. Но заводить для этого специальную должность аналитика? У меня в школе учится пять тысяч детей. Каким должен быть аналитик, который будет за пятью тысячами следить? Так что это идиотское заявление. Они [авторы инициативы] же не в курсе ничего — абсолютно оторванные от реальности люди.

Эльза Нисанбекова, юрист проекта «Правозащита Открытки»:

Аналитика предполагает обработку. Формально действия по анализу содержания публикаций в соцсетях без согласия пользователей попадают под ст. 13.11 КоАП РФ. Она предусматривает ответственность за обработку персональных данных без согласия в письменной форме субъекта персональных данных.

Персональные данные — это любая информация, которая прямо или косвенно относится к определённому лицу. Когда мы сообщаем эти данные соцсетям, мы подписываем согласие на их обработку и передаём права соцсети, но не любому лицу.

Учебные заведения в данном случае будут обязаны получать согласие законных представителей учеников на обработку персональных данных из соцсетей. Однако же напомню, что такое согласие можно и не давать.

Если речь идёт об анализе публикаций в соцсетях, чтобы выявить возможные правонарушения, то школа, обрабатывая персональные данные учеников, подменяет правоохранительные органы.

Если же речь идёт о возможных санкциях к школьникам из-за публикации определённого контента и воздействия на них для удаления этого контента, то можно говорить о нарушении статьи 29 Конституции РФ. По ней никто не может быть принужден к отказу от своего мнения и убеждения.

Анна Боева, клинический психолог:

Чтобы дети не приходили в школу с оружием, нужно дать возможность работать психологам, а не анализировать социальные сети.
Во-первых, психологов в учебных заведениях сегодня очень мало, и их сокращают. Между тем, именно школьный психолог должен помогать налаживать отношения между взрослыми и подростками, чтобы они считали взрослых людьми, с которыми нужно сотрудничать и которым можно доверять, а не тиранами.

Нужно, чтобы ребёнку было кому рассказать о причинах своей тоски, ощущении одиночества, даже если ему не с кем обсудить это в семье. Это самая надёжная профилактика таких ситуаций, когда ребёнок приходит с оружием в школу. В противном случае все эти чувства проявляются в столь импульсивных и необдуманных поступках.

Во-вторых, на мой взгляд, профиль подростка в социальной сети — это его личное пространство, это важная составляющая представления подростка о себе самом, того, как они предъявляют себя миру. Когда они поймут, что их профили анализируют, мы перестанем видеть в сети их реальный образ.