Ограничить прием олимпиадников: как в 2026 году может измениться поступление в вуз по БВИ

Ректор МГУ Виктор Садовничий на недавнем заседании Российского союза ректоров предложил вузам ограничить прием олимпиадников на направления, где ранее им доставалось больше половины бюджетных мест. Чего ждать абитуриентам 2026 года и как еще руководители вузов предлагают изменить порядок поступления по олимпиадам, «Мелу» рассказал Алексей Егоров, заместитель ответственного секретаря приемной комиссии НИЯУ МИФИ.

Вузы могут сократить число мест, на которые можно поступить по олимпиаде, а не по ЕГЭ

Направлений, в которых олимпиадники составляют половину или большинство от всех бюджетников, в России немного. Это буквально несколько технических программ в МФТИ, МИФИ, ВШЭ, ИТМО и МГТУ им. Н. Э. Баумана. В каждом из этих университетов есть два-четыре направления, на которые поступает много олимпиадников. Такая же ситуация на нескольких программах в Финансовом университете и опять же в ВШЭ.

И всё. Мы назвали только 6 вузов из примерно 1000, работающих на данный момент в России. Так что само по себе предложение касается очень небольшого числа абитуриентов всего нескольких направлений. В масштабах страны — совсем ничего.

Зачем тогда что-то ограничивать?

О том, что олимпиадников в престижных вузах якобы слишком много, вспоминают, кажется, по итогам каждой приемной кампании. Это неудивительно: число поступивших в вуз по олимпиадам растет, примерно на тысячу человек ежегодно. В позапрошлом году их было примерно 7400, в прошлом — примерно 8200, в этом — уже около 9400. Но в масштабах страны это по-прежнему примерно 1,5% от всех абитуриентов.

Шум по их поводу только от того, что эти полтора процента сосредоточены в ведущих университетах — МИФИ, Физтехе, ВШЭ, ИТМО и прочих. Там, куда хотят попасть все, возникает ажиотаж. Абитуриенты, родители, депутаты, органы власти — все начинают на него реагировать. На том же заседании Союза ректоров озвучили интересные данные: свыше 60% олимпиадников поступают в 10 ведущих университетов. Более того, в 2024 году, по данным НИУ ВШЭ, почти 90% олимпиадников поступили в университеты Московской и Петербургской агломераций.

Проблема в том, что талантливых детей много, но почти все они выбирают столичные университеты. Это вызывает естественное недовольство. Всем хотелось бы, чтобы они шли и в региональные вузы. Чтобы распределение талантов по российским вузам было более равномерным, чтобы все мозги страны не сосредотачивались в Москве и Петербурге.

Вопрос с олимпиадами — прямое отражение экономических реалий. Пока разрыв в качестве жизни и оплате труда между регионами и центром такой большой, мы продолжим видеть утечку в Москву и Питер абитуриентов, а впоследствии и кадров из остальной России.

Конкурс предлагают переориентировать на потенциально более слабых студентов

Все вузы хотят, чтобы олимпиадники стали их студентами. Ясное дело, лучший абитуриент — тот, у кого и ЕГЭ сдан на баллы, близкие к 100, и дипломы олимпиад имеются. Но иногда нужно выбирать. И тут мы снова выходим на спор о том, кто сильнее: олимпиадники или высокобалльники ЕГЭ. Мы нашли ответ на этот вопрос. Уровень и качество знаний у олимпиадников (по крайней мере в МИФИ) статистически выше.

Они чаще доучиваются до выпуска, в среднем у них выше успеваемость, больше достижений вне учебы. С прошлого года мы проводим специальный входной контроль — проверяем всех первокурсников по единой методике. Тесты по математике, физике и информатике длятся полтора часа, уровень заданий общий, вовсе не олимпиадный. В последний раз увидели: из 50 студентов, показавших лучшие результаты, 43 — олимпиадники, которых зачислили без вступительных испытаний. Еще двое — тоже олимпиадники, но поступившие по общему конкурсу. Так что доля егэшников в этом топе-50 — всего 10%.

Теперь конкурс предлагают переориентировать на эти 10%, на потенциально более слабых студентов. Более слабых — именно по статистике. И, разумеется, мы не утверждаем, что каждый егэшник слабее каждого олимпиадника.

Что точно: сокращение доли олимпиадников при приеме неизбежно ослабит студенческий контингент на самых конкурентных направлениях. Предложение Садовничего вызывает в этом свете недоумение.

Впрочем, если вчитаться в слова ректора, увидим, что ключевое слово в его предложении — «рекомендовать». Именно рекомендовать вузам ввести такие ограничения предложил Садовничий.

Это важная формальная деталь. Российский союз ректоров — не учредитель вузов, не регуляторный орган, не орган исполнительной власти. Это сообщество ректоров, экспертный клуб, который озвучивает тренды, но на правила приема напрямую не влияет. Влияют на эти правила законы и подзаконные акты, которыми вузы руководствуются в первую очередь. Формально и содержательно рекомендация РСР необязательна к исполнению.

Мы, например, пока не видим целесообразности в том, чтобы сокращать перечень олимпиад, дающих право поступить в МИФИ без вступительных испытаний. Или сокращать число мест, на которые можно поступить по БВИ.

Потому что, по нашей статистике, именно ребята, поступившие без вступительных, показывают лучшие результаты — и на входном контроле, и в учебе в целом. Они для вуза привлекательны, вуз для них — тоже. Зачем облагать эту взаимность ограничениями?

К участию в олимпиадах могут допустить студентов колледжей

Важно понимать, что в системе колледжей сейчас учится примерно столько же детей, сколько в старших классах школ. И примерно 40% из них после выпуска поступают в вузы.

Более того, государство работает над тем, чтобы после девятого класса в колледж шло больше людей, чем в старшую школу. Делается это осознанно: демографическая волна середины и конца нулевых потихоньку накрывает систему высшего образования. Родившиеся тогда дети поступают сейчас в вузы. С каждым годом их всё больше, а мест в вузах оперативно никак не прибавишь, просто физически.

Если у школ с каждым годом становится на сто тысяч больше выпускников, часть из них просто необходимо перенаправлять в колледжи. На этом фоне приемлемость и престиж средне-специального образования растет.

Как результат — сейчас в колледжах не меньше, чем в старшей школе, талантливых ребят. Их определенно стоит вовлекать в олимпиадное движение

Поначалу участвовать в олимпиадах будут немногие из них. Хотя бы потому, что студенты колледжа не ищут альтернативы ЕГЭ. Они его и так не сдают, так как поступают в вузы по внутренним экзаменам. Единственная для них мотивация участия в олимпиадах пока — общее развитие, повышение качества знаний.

Но вот если олимпиадники из колледжей при поступлении будут иметь преференции, аналогичные тем, что есть у олимпиадников из школ, — интерес к олимпиадам возрастет кратно.

Финалы олимпиад могут запретить проводить дистанционно

Мотивация ясна — борьба со списыванием и за справедливость результатов. Единственное, не бывает олимпиад, которые невозможно списать. Неважно, как проводятся их финалы: онлайн или офлайн. Мы в этом убеждаемся каждый март, когда эти финалы проходят: то и дело в СМИ попадают истории про обманные схемы. Полностью исключить риск списывания невозможно — это нужно скрепя сердце принять как факт.

Что касается претензий к самому дистанционному формату — здесь тоже всё не так однозначно. Есть, скажем, олимпиады по информатике, программированию, информационной безопасности. Их сложно проводить очно, потому что каждого, кто приедет писать олимпиаду, нужно снабдить компьютером, специальным оборудованием, рабочим местом. Провести очный этап такой олимпиады дорого, баснословно дорого.

Финалы таких олимпиад, если их запретят проводить иначе как очно, смогут себе позволить только богатые вузы. Это только усугубит разницу в доступности олимпиадного движения между центром и регионами. Это неправильно.

На мой взгляд, самый здравый путь тут — совершенствовать системы прокторинга, развивать инструменты контроля и адаптировать правила под новую реальность. Мир изменился: у нас уже есть дистанционные технологии, уже есть искусственный интеллект. Игнорировать наступление их века бессмысленно, впадать в луддитство, отказываться от технологий вообще — тоже.

Поступить нельзя будет по диплому, полученному за счет успеха команды и за 3–4 года до поступления

Последние штрихи. Скорее формальные уточнения, чем реальные ограничения. В РСР предлагают, например, на бумаге зафиксировать, что диплом командной олимпиады даст право на БВИ, только если получен он по результатам индивидуального зачета. То есть нельзя больше будет «привязаться» в команду к умным ребятам и за их счет получить право на БВИ.

Но даже сейчас, без дополнительных изменений, такая схема едва ли возможна. Призеров и победителей на подавляющем большинстве командных соревнований и так оглашают только по результатам индивидуального зачета. Например, даже если команда побеждает в командном туре, дипломы победителей получают не все ее участники. Получают их лишь те, у кого высокие индивидуальные результаты и весомый вклад в общий результат.

То есть командность теперь — не смысл олимпиады, а просто условие, которое создает приближенный к решению реальных рабочих задач и кейсов климат.

И последнее: ректоры предложили вузам не предоставлять больше право на БВИ тем, кто стал призером олимпиады в 8–9-м классе. Совершенно логичное предложение. Правда, очень немногие вузы зачисляют абитуриентов с такими старыми дипломами без вступительных испытаний. Да и там, где вузовский перечень олимпиад позволяет поступать по олимпиаде, выигранной в 8–9-м классе, случаев зачислений по такому основанию примерно ноль.

Фото: © Julija Sapic / Shutterstock / Fotodom