«Нанотехнологии, конечно, хорошо, но дети должны уметь работать руками»

Село Казинка находится примерно в 20 километрах от города Грязи и на таком же расстоянии от областного центра — Липецка. В единственной школе, где 31-летний Игорь Пастухов преподаёт технологию и черчение, около 300 учеников. Он рассказал нам о доверительных отношениях с детьми, сложностях работы в селе и о том, что зарплата учителя не такая маленькая, как все привыкли думать.

Педагогический вуз за меня выбрали родители

Современные дети чуть ли не с пятого класса размышляют о будущей профессии. Я в школьные годы плыл по течению и даже не задумывался, кем хочу быть. Зато твёрдо знал, кем не хочу: учителем.

Вуз за меня выбрали родители — Липецкий педагогический университет (хотели, чтобы я учился в государственном). Изначально я собирался подать документы на физмат, но районный отдел образования выдал направление на факультет технологии и предпринимательства, а так как мне было без разницы, я согласился.

На третьем курсе меня и ещё двух одногруппников направили проходить производственную практику в училище посёлка Октябрьский Усманского района, преподавать «Эксплуатацию и ремонт машинно-тракторного парка». Но ударили морозы в –30 ℃, и преподавателей в итоге было больше, чем студентов. На пятом курсе я попросился пройти практику в Грязинском техническом колледже, и мне разрешили вести там занятия по устройству автомобилей.

К строгой дисциплине я не стремился, да и меня воспринимали скорее со смешками и улыбочками: мне на тот момент было 21, а студентам — 19–20

О каком серьёзном отношении могла идти речь? Но я сам относился к этому как к интересному опыту, потому что преподавать после окончания университета по-прежнему не хотел.

Когда я уже собирался идти в армию, мне предложили поступить в аспирантуру. Решил, что можно совместить её с работой в школе. Как раз незадолго до этого одногруппник рассказал, что из-за низкой зарплаты отказался от предложения стать в сельской школе учителем технологии. Это была школа села Казинка. Так я в ней и оказался. Теперь работаю по совместительству учителем технологии и черчения и старшим научным сотрудником во ВНИИ рапса, уже получил ученую степень.

Дети доверяют мне, потому что знают, что я их не сдам

В сельских школах многие учителя преподают несколько предметов, и когда мне предложили вести ещё и черчение, я согласился. Мне кажется, оно пригодится в жизни многим выпускникам. Да и вообще использовать пространственное мышление полезно для общего развития! Вот только даётся предмет не многим. В 9-м классе есть несколько девочек, которые делают чертёж за 40 минут, но большинству приходится дорабатывать его дома.

Современные дети много времени проводят в интернете даже на уроках. И я подумал, почему бы не использовать это на благо? Создал во «ВКонтакте» беседу по черчению, где ученики задают мне вопросы, выкладывают фотографии полуготовых чертежей. Я в свободное от работы время отвечаю, объясняю, что они делают неправильно и как это исправить.

Некоторые обращаются за помощью даже поздно вечером! Но у меня нет правила, что после 21:00 я вне зоны доступа

По мере возможности стараюсь отвечать в любое время. Конечно, получается, что я создаю себе дополнительную нагрузку, зато ученики пытаются разобраться в заданиях, а не копируют ошибки друг друга, и когда мне приносят чертежи, я знаю, что они над ними поработали.

Со старшеклассниками у меня сложились доверительные отношения, они часто приходят ко мне с жалобами на других учителей. Для младших классов это, конечно, непривычно: сперва присматриваются ко мне, а потом сами начинают так делать.

Недавно ко мне пришёл старшеклассник, которого классный руководитель отругал за то, что тот пришёл в неподобающей форме — свитере вместо рубашки. И пожаловался, что это не его вина: мама не подготовила одежду. Я объяснил, что классный руководитель выполняет свою работу, а мама могла просто забыть и ему самому стоит за этим следить. В конце беседы мальчик согласился.

Читайте также

Учительница предложила детям написать о своих тревогах. Её рассказ об этом набрал полмиллиона репостов

Часто ребята жалуются мне на двойки. Я всех выслушиваю, стараюсь понять ученика и объяснить позицию учителя. При этом все знают, что сказанное остаётся между нами. Дети мне доверяют, ведь если я сдам их руководству школы однажды, больше они ко мне не подойдут.

В прошлом году классный руководитель седьмого класса вышла на пенсию, и директор решила, что этим детям требуется жёсткий наставник. Так я стал классным руководителем самого проблемного в школе класса: из девяти человек половина считается неуспевающими. Про поведение вообще молчу! Но я пытаюсь найти подход к каждому, разговариваю, и через некоторое время ребята понимают свои проступки. Я верю, что плохих детей не бывает.

Для работы с проектором учителя в нашей школе выстраиваются в очередь

Когда я разговариваю с коллегами из других школ, то понимаю, что у нас работает много мужчин — помимо меня, ещё шесть из сорока трёх человек. Это ведь на первый взгляд кажется, что учителем много не заработать, но если ты живешь в селе и тебе не надо тратить деньги на дорогу, выходит нормально. Особенно если работаешь около 30 часов в неделю. Правда, есть свои нюансы: учеников в селе немного, следовательно, параллельных классов мало, а значит, меньше и часов.

В прошлом году я, как и остальные учителя, надеялся, что в восьмой класс к нам придет ещё один человек и тогда его поделят, а оказалось, что вместо этого двое перешли в другую школу. К счастью, мне дали вести внеурочную деятельность, иначе зарплата была бы намного меньше. Я слышал, что в селе учителям ещё платят какие-то надбавки, но точных цифр не знаю.

Наверное, за такую же зарплату можно было бы найти работу в Липецке, где я и живу, но в Казинке я ещё веду тренировки по ашихара-карате, по которому у меня чёрный пояс.

Это в городе дети могут выбирать между кружками, художественными школами, спортом, а у нас только пару лет назад построили ДК

Конечно, после этого детей на тренировках у меня поубавилось, но те, кому действительно интересно заниматься, остались. Более того, несколько ребят ездят ко мне из соседнего посёлка, а один мальчик совмещает тренировки с пением в хоре.

Переходить в городскую школу я не хочу не только из-за зарплаты, но и из-за детей. Когда видишь, что тебе удалось их чему-то научить, заинтересовать своим предметом, наставить в жизни, понимаешь, что работаешь не зря.

Хотя, конечно, работа в селе приносит и ряд проблем. Так, если нам надо отвезти учеников на какие-то соревнования, мы приходим на выручку друг другу — везём на своих машинах в свободное от работы время. Ещё мы обязаны вести электронный журнал, но компьютеров на всех не хватает, да и интернет оставляет желать лучшего. Заполняю его дома.

Читайте также

«Моя цель — развенчать печальный образ трудовика»

По программе я обязан использовать информационные технологии, но чтобы воспользоваться проектором, учителям приходится выстраиваться в очередь. Оснащение тоже оставляет желать лучшего, и зачастую ученики работают на устаревшем оборудовании.

Я слышал, что в уроки технологии хотят добавить основы программирования, чтобы дети знакомились с цифровым моделированием и производством, нанотехнологиями, робототехникой, электротехникой и другими новшествами, но пока я только мечтаю об этом.

Идея, на мой взгляд, хорошая. Главное — найти баланс. Нанотехнологии, конечно, хорошо, но дети должны уметь работать руками. Так что пока на уроках технологии мы с девочками вяжем и вышиваем, а с мальчиками работаем с деревом и металлом. Часто выпиливаем что-то: с пятым классом, например, недавно делали самолетики из дерева, а перед Новым годом мастерили ёлочные игрушки.

Но вот парадокс. На уроке технологии, то есть труда, я не имею права заставлять детей физически трудиться. Но они часто сами просятся поработать на улице. Знают, что смогут там пообщаться, подышать свежим воздухом. Да и кто ещё будет убирать листву, чистить снег, сажать цветы, перекапывать цветник, срезать кустарники, деревья? Дворника-то у нас нет.