«Не ваша вина, что это неизлечимо». Письма больного раком мальчика

«Не ваша вина, что это неизлечимо». Письма больного раком мальчика

Отрывок из романа «Оскар и Розовая Дама»
7 298

«Не ваша вина, что это неизлечимо». Письма больного раком мальчика

Отрывок из романа «Оскар и Розовая Дама»
7 298

Оскару 10 лет, и он болен раком. Когда мальчик узнаёт, что ему осталось жить только 12 дней, сиделка, которую он называет «Розовая Дама», предлагает ему проживать один день как 10 лет. И писать по итогу дня одно письмо Богу. Публикуем отрывок книги, изданной в «Азбуке-Аттикус» совместно с благотворительным фондом помощи хосписам «Вера». Половину стоимости каждого экземпляра издательство перечисляет в фонд.

Дорогой Бог! Сегодня я прожил от семидесяти лет до восьмидесяти и много размышлял. Вначале я использовал подарок, который преподнесла мне Бабушка Роза на Рождество. Не знаю, говорил ли я тебе? Это растение из пустыни Сахара, которому на жизнь отпущен всего один день. Как только его семена впитывают воду, оно прорастает, дает побег, выпускает листочки, цветок, появляются семена, затем оно увядает, съеживается, и — хоп, вечером все кончено. Гениальный подарок, спасибо, ты здорово это придумал.

Сегодня в семь утра мы с Бабушкой Розой и родителями полили его — кстати, не помню, сказал ли я тебе, что родители переехали к Бабушке Розе, потому что это ближе, — так вот, я смог видеть все моменты его развития. Страшно разволновался. Конечно, это довольно чахлый и мелкий цветок — ничего общего с баобабом, но он на наших глазах отважно, без остановок, в течение дня исполнил свой долг растения — не хуже, чем какой-нибудь крупный экземпляр.

Мы с Пегги Блю долго читали медицинский словарь. Это её любимая книга. Её страстно интересуют болезни, и она ломала голову над тем, какие из них могут позже выпасть на её долю. А я искал интересующие меня статьи: Жизнь, Смерть, Вера, Бог. Хочешь — верь, хочешь — нет, их там не оказалось. Заметь, это доказывает хотя бы то, что жизнь, смерть, вера и ты сам — вовсе не болезни. Так что это скорее хорошая новость. Но, между прочим, разве в такой серьёзной книге не должны содержаться ответы на самые серьёзные вопросы?

— Бабушка Роза, я поражён, что в медицинском словаре даны только частности, описаны различные неполадки, которые могут возникнуть у того или иного человека. Но там нет ничего про то, что касается всех нас: Жизнь, Смерть, Вера, Бог.

— Оскар, может, надо было взять философский словарь? Между тем, даже если тебе удастся найти волнующие тебя темы, есть риск, что ты всё равно будешь разочарован. По каждому поводу там даётся множество довольно разных ответов.

— Как это?

— Интересующие всех вопросы так и остаются вопросами. Они окутаны тайной. К каждому ответу нужно прибавлять «быть может». Окончательный ответ можно дать лишь на лишенные интереса вопросы.

— Вы хотите сказать, что у Жизни нет единственного решения?

— Я хочу сказать, что Жизнь имеет множество решений, а значит, единственного решения нет.

— Я как раз думал именно об этом, Бабушка Роза, — что для жизни нет иного решения, чем просто жить.

К нам заходил доктор Дюссельдорф. По-прежнему с видом побитого пса. Его густые чёрные брови только усиливают это впечатление.

— Вы причёсываете свои брови, доктор Дюссельдорф? — спросил я его. Он удивлённо оглянулся по сторонам, будто хотел спросить у Бабушки Розы и моих родителей, не ослышался ли он. В конце концов он приглушенно выдавил «да».

— Доктор Дюссельдорф, какой смысл расхаживать с виноватым видом? Слушайте, я скажу вам начистоту, потому что я всегда вёл себя очень корректно в плане лечения, а вы в том, что касается болезней, были совершенно безупречны. Оставьте этот свой виноватый вид.

Не ваша вина, если вам приходится сообщать людям скверные вести, рассказывать про все эти болезни с латинскими названиями и про то, что это неизлечимо

Освободитесь. Расслабьтесь. Вы не Бог Отец. Вы не можете приказывать природе. Вы всего лишь занимаетесь ремонтом. Притормозите, доктор Дюссельдорф, сбросьте напряжение, не придавайте своим действиям слишком большого значения, иначе при такой профессии вы долго не продержитесь. Вы только поглядите на себя.

При моих словах у доктора Дюссельдорфа сделался такой вид, будто он невзначай проглотил яйцо. Потом на его лице возникла улыбка. Настоящая улыбка. Он обнял меня:

— Ты прав, Оскар. Спасибо, что сказал всё это.

— Не за что, доктор. Всегда к вашим услугам. Заходите когда вздумается.

Вот так-то, Бог. Зато тебя я жду всегда. Приходи без колебаний. Даже если в этот момент вокруг полно народу. Мне правда будет приятно. До завтра.

Целую, Оскар

Чтобы сообщить об ошибке, выделите текст и нажмите Ctrl+Enter
К комментариям
Комментариев пока нет
Больше статей