«Мой выпускной пройдёт в больнице». У Джамала рак, но он сдал ЕГЭ и хочет поступить в мед

Джамал Абдуселимов почти полгода не покидал больничную палату. Но в промежутках между курсами химиотерапии и операциями он успел окончить школу, сдать ЕГЭ и подготовиться к выпускному — последний пройдёт прямо в стационаре. Мы записали монолог Джамала — но не для того, чтобы вас разжалобить. Скорее чтобы вдохновить.

Сегодня ты гуляешь и веселишься, мечтаешь, строишь планы, как обычные школьники, а на следующий день врач говорит: «У тебя рак». Первая реакция была: «Ну нет, не может быть. Мне же в этом году поступать!» Но я быстро свыкся с диагнозом и сразу запретил себе страдать. Конечно, неоднократно думал: «За что? Почему я?» Потом понял, что и эти размышления не имеют смысла. В моей ситуации нельзя тратить энергию на переживания, силы мне нужны для борьбы с болезнью.

Всё началось в феврале. Я одиннадцатиклассник из Дагестана, учился там в химико-биологическом классе, шёл на медаль, занимался лёгкой атлетикой и вообще вёл активный образ жизни. Мышечной боли, которая однажды появилась в левой ноге, какое-то время даже не придавал значения: как спортсмен думал, что это очередное растяжение. Но боль не проходила неделями, пришлось даже рассказать об этом родителям, хотя жаловаться я не люблю.

Моя мама — паникерша, сразу потащила меня к одному врачу, к другому. Так мы обошли более десятка специалистов и клиник — и в родном Дагестане, и впоследствии в Москве. Врачи ставили совершенно разные диагнозы, от простого ушиба («Само пройдёт!») до подозрения на опухоль. Последнее в итоге подтвердилось — у меня остеосаркома, рак кости.

Все планы на жизнь рухнули: вместо возвращения домой пришлось остаться здесь, в Москве, — пройти курс химиотерапии, потом сделать операцию, потом «химичиться» ещё.

По иронии судьбы это была моя первая поездка в Москву, но вместо Кремля, который давно хотелось увидеть своими глазами, я попал в больницу

Ещё до болезни я планировал стать врачом, интересовался нейро- и кардиохирургией, читал книги о медицине, одна из любимых — «Не навреди» Генри Марша. Так что больниц не боялся — наоборот, было даже интересно. В самом начале моего пути для точной постановки диагноза нужна была биопсия, она обычно делается под общим наркозом. Но я просил доктора провести её под местным, чтобы увидеть, как всё происходит в реальном времени. Мне, правда, отказали: работа с костью не самая простая манипуляция, местный наркоз для неё не годится.

Может быть, это любопытство и интерес к жизни и к людям помогают мне держаться, не раскисать? У нас в отделении лежат разные ребята — совсем маленьких нет, в основном школьники и подростки. Многие замыкаются в себе, зацикливаются на болезни, сильно переживают. Я же почти с самого поступления сюда старался вытаскивать ребят из палат в общий холл, чтобы они не сидели по одному. Мы общаемся, играем в настольные игры, довольно весело проводим время. Иногда по вечерам врачам даже приходится нас разгонять по палатам. Часто приезжают волонтёры — устраивают нам кинопоказы или другие активности. В общем, у нас тут, на самом деле, не соскучишься. И, да, мы все пришли сюда лечиться и вылечиваться. Я как будущий медик точно знаю — многие виды рака уже победимы, даже на последних стадиях. Поэтому настроен оптимистично. В идеале хочу поступить в «мед» и начать учиться уже в этом году.

С одноклассниками и друзьями из Дагестана я тоже на связи, хотя, честно признаюсь, поначалу не планировал никому рассказывать о болезни. Не то что бы я не хотел делиться, просто боялся, что за меня кто-то будет переживать, ведь рано или поздно я вылечусь, всё нормально будет. Зачем людям лишний стресс? В общем, я рассказал правду только троим лучшим друзьям. Но когда надо было уезжать в Москву на лечение, пришлось признаться и одному учителю. А на следующий день об этом знала вся школа, люди вдруг стали писать: «Выздоравливай», поддерживать. Это тоже, конечно, морально очень помогло.

Мы до сих пор почти каждый день переписываемся с друзьями, они отправляют мне видео, какие-то шутки. У них уже учёба закончилась, экзамены все сдали. Недавно вот ходили в гости к классному руководителю, оттуда скидывали фотки — и я как будто был тоже там, с ними. Но реального общения это всё, конечно, не заменит — сейчас заканчивается очередной блок «химии», и я очень хочу попросить врача отпустить меня на пару дней домой, в Дагестан.

Выпускные у нас там пройдут 24 июня. В идеале хотелось бы успеть на праздник, надеть костюм, может быть, даже потанцевать с друзьями

А пока я готовлюсь к танцам в больнице. Тут, в стационаре, у нас есть даже школа — это проект «Учим, знаем» на базе 109-й московской школы. Приходят учителя, готовят ребят, которые тут лежат, по программе их класса. Ты чувсвуешь себя как обычный ученик.

ЕГЭ тоже был — мне предлагали сдать его по упрощённой схеме: обязательные русский и математику сейчас, а ещё на два предмета можно было взять отсрочку на год. Но я отказался, сдал всё здесь. Химию, правда, написал средненько, но в этом году по всей России были сложные варианты — посмотрим, может быть, и хватит для проходного балла в медицинский. Если не хватит, ничего страшного, буду усердно заниматься целый год, повторю предметы, по которым были низкие баллы, и сдам их снова.

Что касается выпускного, то здесь, в больнице, тоже всё будет по-настоящему. Последние недели мы с сотрудниками и волонтёрами фонда «Подари жизнь» активно репетируем: будут и танцы (я танцую вальс!), сценки, стихи, нарядные платья у девочек, костюмы у мальчиков — в общем, полноценная программа.

Будем ли плакать? Не знаю, здесь как-то быстрее взрослеешь, по-другому начинаешь относиться к слезам, переживаниям. Считается, что, столкнувшись с онкологическим заболеванием, дети становятся самостоятельнее, осознаннее, начинают серьёзнее смотреть на мир. Наверное, соглашусь с этим.

Перед тем как начать лечение, мы с мамой дали друг другу обещание — не переживать, не нервничать, не плакать по пустякам. С поднятой головой выходить из любых ситуаций, проходить испытания с лёгкостью. За меня переживают и меня поддерживают так много людей: родители, родственники, знакомые, друзья, одноклассники. Разве я могу их подвести, опустить руки, раскиснуть? Конечно, нет. Я должен и буду бороться.