«У детей в головах полный бардак». Потребление контента и фастфуд: где тут аналогия и в чём опасность

Взрослые часто предъявляют претензии к подросткам: ничем не интересуются, физику учить не хотят, бесконечно сидят в своём тиктоке! Наш блогер Кирилл Макеев работает с детьми и тоже замечает проблемы. Главная — выбор контента и способы его потребления.
Мне кажется, потребление контента детьми сегодня похоже на питание фастфудом. Вот вы удивляетесь, почему у детей нет никакой структуры знаний? Почему в головах такой бардак? Сейчас объясню! Когда мы едим в условном Макдоналдсе, мы получаем быстрые легкоусваиваемые калории. Такие вкусные, лёгкие, простые! Они заряжают нас отличным настроением. То же самое происходит и с мозгом, когда в его кратковременную память загружают гору информационного сладенького шума. Приятные видосики, тупые шутки и ржачные мемы.
Такой контент не успевает заглянуть на огонёк в долгосрочную память. Он просто вылетает из мозга, потому что мы его не анализируем. При этом получаем его очень много — чтобы насытиться. В итоге мозг все чаще отказывается от обработки, анализа и попыток делать выводы.
Быстрые калории усваиваются быстро — совсем скоро снова захочется есть. С подобным контентом такая же история: он забывается мгновенно, но хочется еще. Да и нужно-то для этого немного — просто экран телефона. Калорий все больше, многие откладываются в виде жиров, ухудшается пищеварение, сердечно-сосудистая система, качество жизни падает. Но это ведь так вкусно! В голове не остаётся ничего, кроме воспоминаний о блогере, гогочущем о сосулях, или кошке, рассказывающей с армянским акцентом русскую матерную шутку.
Но это было так здорово, надо ещё! Это ведь настолько вкуснее образовательного контента, требующего напряжения извилин для развития интеллекта. Мозг дряхлеет. Чтобы прийти в себя, придется серьёзно поработать над привычками. Возможно, восстановить мозг после такого фастфуд-контента даже сложнее, чем похудеть — после жирной пищи.
Я общаюсь с десятками подростков. Я вижу, как выстраивается их мировоззрение, основанное на этом интернет-мусоре. И мне тревожно: управлять мышлением, развивать эмоциональный интеллект, стремиться к знаниям хотят и умеют немногие. Я уж не говорю о наличии здравой жизненной позиции или о навыке применения научного метода. Тут нечасто блещут и взрослые!
Мне, увы, некогда потреблять подобный контент в больших количествах. Хотя я всегда стараюсь с любопытством разобраться в том, что интересно моим ученикам. Каждый день мне приходится придумывать, как доносить сложные идеи через всё более простые аналогии, примеры, образы. Года 3 года назад вообще почувствовал, что ко мне относятся как к поисковой строке в гугле. Просто подросткам тогда (как, впрочем, и сейчас) чаще всего было не с кем побеседовать о сложных вещах. Родители и учителя их, по большей части, не понимали.
Сейчас я иногда ощущаю себя персонажем тиктока, который не успевает на 10-кратных скоростях за минуту объяснить все задачи из ЕГЭ на сотку по четырём предметам одновременно: там-то это — норма. Я стараюсь заставить учеников быть последовательными, думать, формулировать мысли и идеи, придумывать нестандартные неготовые нешаблонные ходы, которые загуглить уже не получится. Поглядим, что из этого выйдет.
Вы находитесь в разделе «Блоги». Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.
Фото: aanbetta / Shutterstock / Fotodom
Популярные комментарии
АндрейАбсолютно согласен! Надо ещё и математику убрать, а то учат детей думать и раскладывать по полочкам! И читать и грамотно общаться сейчас не в моде. Есть же нейросеть! И комментарии поможет написать! Отправлять в школу только на физкультуру, труды и ОБЗиР. А все остальные предметы платно и по желанию! Хотя и эти три предмета требуют особой подготовки, поэтому их надо тоже по желанию, а лучше вообще платно!
«Врачей жалко. А вас, тварей, нет». Честный монолог учительницы о том, что стоит за особым статусом педагогов
Виктория Ильина«Короткий ответ: никак» — пожалуй, самая спорная рекомендация статьи. Да, признание родителей не изменит прошлого, а разговор не гарантирует извинений. Но это не значит, что о пережитом нужно молчать. Между «устроить суд истории» и «закрыть тему» есть третья возможность: спокойно рассказать, что помнишь, что чувствовал и как это на тебя повлияло. Не ради мести или покаяния, а чтобы назвать пережитое своими словами и обозначить границы. Родители могут искренне не помнить — но статья лишь предполагает это, не зная обстоятельств конкретной семьи. Избирательность памяти сама по себе не доказывает ни забывчивости, ни правоты одной из сторон. Почему же защитная версия взрослых считается вероятной, а желание выросшего ребёнка высказаться объявляется попыткой «переписать детство»? Забыть старые обиды по приказу невозможно. Молчание не означает, что проблема решена. Исследования также показывают: пережитое в детстве насилие связано с повышенным риском повторения жестокого или пренебрежительного обращения со своими детьми. Поэтому очень важно не «оставить родителей в покое», а осмыслить свой опыт и не передать его дальше. Разумеется, разговор стоит подготовить и вести без оскорблений. А вот объявлять молчание универсальным способом исцеления — безответственно, важно не просто прекратить разговоры о прошлом, а именно разобраться, как не воспроизвести пережитую несправедливость уже в отношениях со своими детьми.
Родители били меня в детстве, а теперь говорят, что ничего не было. Почему они так делают?
Юрий НикольскийПолвека сохраняю вес. Утром встаю на весы. Если вес выше той отметки, что установил полвека тому назад, то в этот день пищи на четверть меньше предыдущего дня. Ем по 6 раз в день, йогурт за час до сна. Не редко толстеют в годы, когда перестают расти — здесь уменьшаются затраты, а привычка есть столько же сохраняется. Второй период после окончания учёбы — начинается спокойная жизнь. Третий период — организм стареет, то новые клетки образуются всё реже. Сейчас потребляю пищи в 3 раза меньше чем полвека тому назад. Для женщин ещё есть периоды, связанные с беременностью.
Дело не в гормонах: 10 ошибок, из-за которых вы не можете похудеть







