«Маша может Надю шлёпнуть, наорать или откровенно двинуть». Хорошая девочка из детского дома — глазами наставника
Блоги08.04.2022

«Маша может Надю шлёпнуть, наорать или откровенно двинуть». Хорошая девочка из детского дома — глазами наставника

Эта история в блоге благотворительного фонда «Солнечный город» — не о героях и жертвах. Это история обычных людей, которые помогают друг другу понять этот мир. Она маскируется под образование и воспитание одновременно, но на самом деле она — про наставничество для ребенка из детского дома.

«Нас пугали интернатом»

В поселке, где я родилась, была школа-интернат, которой нас — учеников обычной школы — пугали. Мол, будешь плохо учиться или плохо себя вести — пойдешь туда, к каким-то неправильным детям. На самом деле интернат был самый обычный, даже без уклона по здоровью: там пять дней в неделю жили и учились ребята, в чьих сёлах школы не было. Но об этом я узнала, когда уже выросла.

В детстве мне, с одной стороны, было страшно даже подходить к интернату, с другой — мне было интересно подружиться с кем-то из тамошних ребят. Ведь раз они такие плохие, как все говорят, я могла бы хотя бы одному объяснить, что быть плохим не стоит.

Я росла в хорошей семье, у меня замечательные родители и младшая сестра. С детства мне казалось, что мне достался «излишек» благополучия, которым можно было бы поделиться с кем-то ещё. Я видела, что некоторые мои знакомые дети озлобляются не из-за того, что у них самих есть гнильца, а просто потому что в нужный момент их не поддержали, не обогрели и не дали по-честному выплакаться.

На первых курсах университета я сходила на одну встречу с детьми из этого интерната. Мы сделали с кем-то домашку, с кем-то поиграли в куклы. Больше я не приходила. Потому что надо было делать это регулярно, а в студенчестве почему-то было много других увлекательных занятий.

В моем расписании не нашлось места для благотворительности

Но я взрослела, все реже бралась за 200 дел одновременно. К 27 годам поняла, что готова попробовать еще раз и что пара свободных часов в неделю у меня всегда найдется. Как раз в тот момент мои практикантки сделали журналистский спецпроект про наставничество в Белгороде. Там объяснялась ключевая вещь: наставник — это личный друг одного ребёнка, а не волонтёр в составе развлекательной группы. Эта идея мне настолько понравилась, что я чуть не подала анкету. Но потом вспомнила, что у меня есть планы на переезд. Мне показалось неправильным с кем-то подружиться и свалить. Так я отложила идею в долгий ящик.

Подготовка и знакомство с Машей

Переехав в Новосибирск, я буквально на второй месяц наткнулась на шоссе на огромный баннер проекта «Наставничество». Списала название сайта, заполнила анкету и стала ждать. Через какое-то время мне пришло приглашение из благотворительного фонда «Солнечный город». Меня звали учиться.

Оказалось, что тебя не сразу приведут в детдом и отдадут первому попавшемуся ребенку. Нужно пройти обучение в группе, собеседование с психологом. А ещё подготовить медсправку (это отдельный квест!). Мне опять все показалось сложным. Подготовка, которая занимает обычно пару месяцев, у меня растянулась до 2020 года.

Пока ты готовишься, за кулисами проекта психологи разбирают, кто ты такой, годишься ли для наставничества, не предложить ли тебе другой проект. Ну и главное — какому ребенку ты больше пригодишься. Так оказалось, что я буду подругой для 12-летней Маши. Мне ничего про нее не рассказывали, кроме того, что это «очень хорошая девочка».

Маша и правда полностью оправдывает это описание. В первый день знакомства она очень стеснялась. Скромно показала свою комнату, провела по второму этажу детдома, а потом на что-то отвлеклась — и забыла, что я вообще-то у нее в гостях, сбежав с кем-то общаться.

Маша крепко дружит с девочкой на три года младше — Надей. Ведет себя с ней, как старшая сестра: защищает от других, соглашается играть в даже совсем детские игры, поддерживает словами вроде «А ну-ка покажи, как быстро ты умеешь рэп читать! Смотрите, смотрите!»

Любые привезённые сладости Маша убирает в карман со словами: «Потом в комнату отнесу и с Надей поделим»

И они реально делят! Но на правах старшей Маша может Надю шлёпнуть, наорать на нее или откровенно двинуть. Так я вижу, что у хороших девочек бывает перегиб с чувством собственного превосходства.

Маша дисциплинированно ходит в школу, не грубит воспитателям, послушно выполняет поручения, вовремя делает уроки. За послушание ей ставят хорошие оценки почти по всем предметам. В диктанте может быть 10 ошибок, но учителя благодушно поставят за него четвёрку, которой Маша потом похвастается. И нет, у нее нет особенностей здоровья или развития. Просто ей делают поблажку за то, что она не высовывается на фоне остальных довольно бойких детдомовских ребят. Это учит меня, что быть хорошей девочкой выгодно: тебя не дёргают по мелочам и всегда займут твою сторону даже тогда, когда ты не особо права.

За приличным поведением скрывается лень и недисциплинированность, на которую закрывают глаза. Такой бартер между взрослым и не приносящим проблем ребенком.

За сестринским надзором иногда проскакивает откровенное насилие и слив негатива в того, кто заведомо не сможет защититься. Я замечаю в Машке, конечно, не только плохие качества. Она веселая, очень чуткая к слабым, не помнит никакого зла и готова часами носиться и играть.

Но все минусы, которые в ней высвечиваются, открывают мне глаза на себя. Да, черт возьми: не знаю, как психологи проекта это сделали, но я наставник у самой себя — только 17-18 лет назад. Поэтому иногда мне немножко стыдно за свое прошлое, но я его же и благодарю: теперь я знаю подход к этой безусловно хорошей девочке. К своей настоящей подружке.

«Мы просто болтаем»

Для чего ребенку наставник? Конечно, не тыкать в глаза недостатками. Конечно, не делать с ним домашку так, чтобы четверка была заслуженной. Конечно, не пытаться переделать человека, который видится с тобой час-два в неделю, а все остальное время живет в не самой дружелюбной и комфортной для ребенка среде.

Сейчас для Маши я одна из немногих констант в жизни. В школу можно не пойти из-за карантина или каникул — но когда наступят выходные, она знает точно, потому что тогда приеду я.

Рассказать секрет можно Наде или другой подружке — но из-за любой ссоры он станет известен всему детдому

Я же человек посторонний и точно никому ничего не скажу. Задать вопрос учителю или воспитателю неудобно и страшно: вдруг посчитают дурой или скажут, что это не твое дело. У меня же можно спросить что угодно, и я буду разливаться соловьем даже о самой незначительной вещи. (Это, наверное, видно по объему этого текста).

Домашним детям в 14 лет очевидно, что не надо бросать сапоги мокрыми, а голову надо мыть регулярно. В детдоме об этом думать не надо: либо за тебя сделают, либо тебе скажут, что и когда делать. А я нужна, чтобы объяснять, зачем и почему нужны примерно все действия на свете. Когда ты понимаешь причины и последствия, появляется мотивация делать что-то новое и более осмысленное.

Конечно, мы выезжаем иногда на каток или в батутный центр, в парк покататься на роликах или в гончарную мастерскую в городе — слепить пару горшков. Но это редкие дела — точно так же, как это было в моем детстве. Основу нашей дружбы составляет болтовня, и это прекрасно. Ведь когда понадобится выговориться, Маша не будет держать в себе. Надеюсь, она все расскажет мне — взрослому, который еще ни разу не посмеялся над ее вопросом и не посчитал ее какой-то недалекой. Согласитесь, это нужно часто, причем, не только детям.

Вы находитесь в разделе «Блоги». Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.

Фото: chuanpis / shutterstock / fotodom

Комментариев пока нет