«В науку идут не за деньгами». Астрофизик Александра Гроховская — о своём пути к изучению космоса и проблемах школы

Вспомните: часто ли в школе вам доводилось самому участвовать в экспериментах и проводить опыты? Астрофизик Александра Гроховская, участница нового проекта «ФАНК.Профориентация: Разговор с экспертом», уверена, что у неё таких «зрелищных» уроков было очень мало. И возможно, поэтому она стала интересоваться наукой, только когда получила первое высшее образование. Поговорили с Александрой о её пути в астрофизику, пользе занятий наукой и зарплате учёных.

Из техподдержки — в астрофизику

Мой путь в астрофизику, можно сказать, начался из-за наличия свободного времени. Я работала в техподдержке, и очень часто случалось так, что у нас всё хорошо работало. Поэтому у меня было время, чтобы читать какие-то научно-популярные статьи — например, на «Хабре». Плюс в школе мне очень нравилась физика, я уделяла ей много времени. В какой-то момент я подумала, что это очень прикольная область, и решила: почему бы не поступить в магистратуру на физфак? С этого всё и началось: я сдала экзамены и поступила.

Хотя физика до сих пор считается мужской областью знаний, как женщина-учёный я никогда не сталкивалась с предвзятым отношением к себе. Никто из знакомых во мне не сомневался. Все были уверены, что я очень умная и что у меня всё получится. А вот мой первый научный руководитель говорил мне: «Может, не стоит? Да ты не сдашь, да ты не потянешь». На что я ему сказала: «Спасибо, Владимир Александрович, я сдам». Потом, правда, он признал, что был неправ.

Посёлок на тысячу человек и постоянная изоляция

Сейчас я работаю в лаборатории спектроскопии и фотометрии внегалактических объектов Специальной астрофизической обсерватории Российской академии наук (САО РАН). Она находится в посёлке Нижний Архыз в Карачаево-Черкесии, в котором в основном живут астрономы, многие приезжают семьями.

Посёлок строился в 60–70-е годы прошлого века специально под нужды астрономов. С одной стороны, это очень здорово — жить в красивом живописном месте: вокруг нас горы и лес. И, конечно, самоизоляция далась нам намного проще. С другой — она соблюдается здесь постоянно. Посёлок небольшой, в нём живёт порядка тысячи человек.

Никаких занятий, кроме работы, здесь нет, общаюсь я только с коллегами из лаборатории. Развлечений тоже нет — только если ты не ходишь в походы

Так что, когда я в посёлке, я только работаю и немного тренируюсь. Многие телескопы расположены в удаленных местах, но учёные не находятся там постоянно, а приезжают только на свои наблюдения. Поэтому, мне кажется, в целом это была не самая лучшая идея — изолировать учёных от мира, мы же тоже люди.

Я не могу сказать за всех астрофизиков, чем они занимаются. Это зависит от диапазона электромагнитных волн, в которых они работают. Допустим, работа радиофизиков очень сильно отличается от работы оптиков, к которым как раз отношусь я.

Чем конкретно занимаюсь я? Я провожу наблюдения на шестиметровом телескопе, потом делаю первичный анализ данных и обрабатываю их. С обработанными данными уже можно как-то работать, получать сведения, строить интересные графики, зависимости и писать статьи. С помощью однометрового телескопа в Армении мы снимаем картинки в разных фильтрах — это как раз формат данных, который привычен непосвящённой публике. По ним получаем фотометрические данные.

Я занимаюсь не только наукой. Никогда не думала, что у меня будет столько дипломов, но сейчас я получаю пятый

Так получилось, что я выиграла грант на обучение в онлайн-университете по специальности «data-анализ». В принципе, я только тем и занимаюсь, что анализирую данные, поэтому это такое дополнение к моей основной профессии.

Читайте также

6 документальных фильмов про то, как человек изучает космос

Для анализа данных не всегда есть готовые решения — какие-то приходится прописывать самостоятельно. Поэтому без программирования никуда, и по работе я много программирую — правда, не на том языке, который изучаю сейчас в университете. Но я планирую, что закончу учить Python и его тоже буду использовать, потому что на нём написано много интересных астрономических пакетов, использование которых во многом облегчит мою работу.

Я бросила читать научно-популярные лекции, потому что это отнимало очень много времени, которое я могла бы потратить на науку. Чтобы подготовить хорошую лекцию, нужно много времени. А так как мы живём почти на границе с Абхазией, это ещё и время на дорогу. Я поняла, что не могу себе позволить распыляться на это.

Школьникам нужно показывать больше опытов и экспериментов

Когда ты занимаешься наукой, ты начинаешь более критично относиться ко всему. Это позволяет более трезво оценивать разные ситуации, принимать более правильные решения. Поэтому я думаю, что занятия наукой — вещь важная и нужная. Это формирует способ твоего мышления.

Я вспоминаю школу: наверное, самой большой проблемой было то, что нам показывали мало классных опытов. Когда ты делаешь что-то руками, особенно в 8–12 лет, это очень впечатляет. Допустим, те же левитирующие магниты способны поразить даже на третьем курсе университета. Поэтому я считаю, что нужно наращивать именно такую базу экспериментальных установок, которую можно было бы показывать школьникам, разрешать ими пользоваться и не бояться, что они что-то поломают.

Нужно больше практики, каких-то вещей, показывающих магию науки, к которой люди в обычной жизни не имеют доступа

Хорошие мозги в астрофизике в нашей стране, конечно, есть. Есть люди с уникальным опытом и умениями. Часть учёных, естественно, уехала на Запад. Но это нормальное явление в научном мире, когда человек, проучившись в одной стране, уезжает строить карьеру в другую страну, так что я не вижу в этом трагедии.

Конечно, у нас нет больших новых телескопов. После шестиметрового телескопа ничего большого мы, к сожалению, не строили. И, насколько я помню, мы не участвовали в коллаборациях по строительству таких. Это очень плохо. Наверное, всё завязано на деньги, поскольку у нас не хотят выделять большие суммы учёным.

Зарплата тоже оставляет желать лучшего. Сейчас гораздо выгоднее стать программистом, чем учёным: склад ума нужен примерно одинаковый, а деньги несоизмеримо больше. Нужно понимать: если вы останетесь в России, вы действительно не будете много зарабатывать в науке. Конечно, сейчас есть грантовая система, но она тоже не покрывает все потребности учёного. Думайте, чем хотите заниматься.

Как говорится, в науку идут не за деньгами, а затем, чтобы за счёт государства удовлетворять собственный интерес и познавать этот мир

И если вам всё это интересно, тогда дерзайте. Но всегда помните, что вы можете уехать — почему нет?

Из документальных фильмов о космосе мне в своё время очень понравился фильм «Хаббл», он идёт в 3D, и я не знаю, насколько он поразит с обычного экрана. А в 3D очень здорово: создатели фильма взяли фотографии космических объектов «Хаббла» (космический телескоп, автоматическая обсерватория на орбите вокруг Земли. Названа так в честь американского астронома Эдвина Хаббла. — Прим. ред.) — эти все красивейшие туманности, звёзды. И когда ты смотришь это в 3D, ты прямо погружаешься в эту туманность, это интересные зрительные и эмоциональные ощущения. Может быть, когда откроют кинотеатры, вы увидите анонс этого кино — я очень советую сходить.