Я заплатил психологу больше 500 тысяч — и вот что я понял: 5 инсайтов из терапии

Все шутят, что психотерапия — это жаловаться на родителей за деньги. Мы так не считаем. На самом деле, чтобы пойти в терапию и заглянуть внутрь себя, требуется большая смелость. Если сомневаетесь, нужен ли вам психолог, можете подслушать, что говорят специалисты клиентам на сессиях.

«Приходишь, чтобы человек с дипломом сказал тебе очевидное — и ты наконец прислушался»

Екатерина, 22 года, 3 года в терапии

Однажды мой терапевт сказала: «Ваш мазохизм в какой-то момент перерастет в садизм». Меня эта фраза очень сильно напугала. Мы много и подробно обсуждали, что я достаточно жертвенна по отношению к близким людям. У меня, грубо говоря, не было четкого расписания жизни, я всегда была готова подстраиваться под всех. Я думаю, что это отличное качество для друга, но в этом качестве я, по сути, терялась. Я выкладывала всю себя на блюдечко и преподносила друзьям, неосознанно пытаясь продемонстрировать, какая я крутая подруга. Это просто фантастический акт мазохизма.

Терапевт объяснила, что какое-то время это издевательство над собой будет давать мне энергию. А потом я переключусь на других людей, если не научусь выстраивать пресловутые границы и не очерчу свои собственные нужды. Меня пугает, что я могу причинять боль близким мне людям.

Она приводила пример с деспотичной матерью, которая причитает детям, что всю жизнь на них положила. Я обижалась на друзей, что они не отвечают мне такими же широкими жестами. Оказалось, что никому, кроме меня, эти жертвы не нужны были.

Эта мысль может показаться лежащей на поверхности. Но мне кажется, что в этом и есть суть терапии — ты приходишь в кабинет, чтобы человек с дипломом сказал тебе самую очевидную вещь, которая может существовать в мире, и ты наконец-то к ней прислушался.

«Мой кейс — базированный мужчина, который всё держит в себе»

Кирилл, 27 лет, 5 месяцев в терапии

В моей жизни было и есть много стресса: он накапливается и особо никуда не выливается. У меня раскалывалась голова от того, как много событий происходит вокруг. Я понял, что «голоса» в моей голове не останавливаются примерно никогда. Думать, что у всех людей так и я не какой-то особенный, было моей ошибкой.

Мое мысленное напряжение во много раз превосходило напряжение физическое. Из-за этого стресса я очень быстро раздражался и срывался. Меня выбивали из колеи абсолютные мелочи, а глобальные проблемы почти не волновали. Я мог спокойно отреагировать на полностью сломавшийся план на работе, но если кто-то займет мое место в баре — это конец. При этом я никогда активно не показывал свою агрессию — просто ощущал внутри надрыв.

Однажды я очень разозлился из-за очереди в ресторан, до предпанического состояния с тахикардией. После этого я пошел искать себе психолога. Главный инсайт, который я усвоил, — отслеживать подобную раздражительность. Психотерапевт научил меня искать напряжение в теле, фокусироваться на нем и раскручивать клубок мыслей. Когда мыслей становится много, ты думаешь обо всем и ни о чем. Чтобы справиться с ними, нужно выловить одну, раскрутить ее и отпустить, а потом приняться за следующую.

На мой взгляд, классическая терапия не подходит людям, у которых есть такая физиологически эмоциональная поломка, требующая срочной починки.

Терапия — это долгий процесс для людей, которые готовы копаться в прошлом

Можно пожизненно обращаться к психологу за поддержкой, если внутри ее недостаточно. Это нормально. А вот требовать этого внимания от друзей и родных — нет.

Психотерапия дает опору: ты всегда можешь высказаться в безопасном пространстве, где тебя выслушают и зададут вопросы. Час в неделю — твой час, когда ты говоришь только о себе и о своих чувствах. Для меня в этом было мало смысла: мне незачем было рассказывать о себе.

Отдельное спасибо моему терапевту за то, что подсказала мне заняться спортом — это довольно сильно мне помогло с моей проблемой. Думаю, мой кейс: базированный мужчина, который всё держит в себе. Впоследствии точками, куда я мог выплеснуть свои эмоции, стали силовые тренировки и откровенные разговоры с близкими людьми.

«На самом деле ты не эльф, а гном»

Екатерина, 30 лет, 4 года в терапии

Мне кажется, что терапия — это опыт некоторого углубления реальности. Если привести метафору: когда только приходишь в терапию, кажется, что ты эльф 5-го уровня, а все вокруг эльфы 25-го уровня, которые безумно стремительно его повышают. А с тобой что-то не так. Может, нужно подобрать другую броню? Поначалу кажется, что терапевт в этом поможет и ты наконец-то будешь счастливым, когда станешь эльфом 25-го уровня.

Общаясь с психотерапевтом, через некоторое время ты мучительно понимаешь, что на самом деле ты не эльф, а гном. И тебе вообще не нужна броня, а хорошо бы развивать навык красноречия, хитрости или купить колпак посмешнее.

Закапываясь глубже, осознаешь, что мир — это не видеоигра, а люди не делятся на эльфов, гномов и кого-то там еще. Всё гораздо сложнее: нет никаких уровней и обязательного пути. Вокруг открытый мир, а не линейная кишка сюжета. Тогда ты понимаешь, что не знаешь, что делать дальше. Но чем больше себя узнаешь, тем больше видишь направлений, куда можно пойти. Или постоять на месте, если хочется.

«Счастье нужно искать в малом, особенно когда вокруг творится черт-те что»

Анастасия, 35 лет, 3 года в терапии

Я вынесла из психотерапии, что нужно жить только в рамках своих ценностей. У всех людей есть право считать хорошим и справедливым разные вещи. Я всю юность провела в ловушке «хорошей девочки» и слушала своих родственников. При этом понимаю сейчас, что мы с ними абсолютно разные.

Я окончила журфак МГУ с красным дипломом, а мои родственники вообще живут в деревне и даже не представляют, что такое МГУ. Когда старшие родственники дают мне советы, я понимаю, что мне можно их не слушать. Я буду идти своей дорогой, и она будет правильная, потому что она моя.

Кроме этого, я всегда думала, что свое жилье — это для взрослых людей. Сначала я долгое время жила в деревне, где у меня не было ни воды, ни газа в доме, а потом — в крошечной комнате в общежитии. Психолог очень здорово переломил у меня что-то внутри. Я предприниматель, преподаватель, аспирант — у меня есть деньги. Почему же я не могу купить себе квартиру? Я не могла выйти из детства, когда не имела права на собственное жилье.

Мой психолог подсветила, что взрослые — это не какие-то другие люди, это именно я

Еще одна заезженная, но важная истина — границы. Если мы сами не обозначим свои границы, то окружающие точно будут их нарушать. На первой паре своим студентам я зачитываю «конституцию» наших занятий. Кстати, каждый год я вношу в нее поправки с новыми правилами. После этого у нас со студентами весь семестр любовь, потому что все уважают жизненное время друг друга.

Последний инсайт — в наших руках есть всё, что нужно для осуществления наших намерений. Раньше я беспокоилась о недостатке счастья, занималась поиском ответов с помощью экзистенциализма. А сейчас понимаю, что счастье вообще нужно искать в малом, особенно когда вокруг творится черт-те что. Счастье — это прогулка перед сном, теплый чай с лимоном и пирог.

«Боль, которая была в детстве, не играет в моей жизни сейчас никакой роли»

Владимир, 26 лет, 5 лет в терапии

После 11-го класса я попал в хорошую такую депрессию. В тот период я ничем особо не занимался, потому что иногда внутри была такая тревога, что я даже курьера принять не мог — меня абсолютно парализовывало. Я по сути потерял 5 лет своей юности. Родители за меня переживали и сразу помогли найти психотерапевта.

Когда что-то в психотерапии начинает работать — это ни с чем не спутаешь. Если происходит прорыв, это становится настолько очевидно, что у тебя не остается никакого пространства для сомнения.

Психотерапия может быть с тобой очень долго. Взаимоотношения с терапевтом — это, безусловно, очень ценно в моменте. С одной стороны, ты человека вообще не знаешь. Что он любит есть или чем занимается в свободное время? Но с другой — ты его всецело «любишь», потому что он тебя слушает и относится к тебе с добротой.

Спустя 7 месяцев встреч с психологом я понял, что она со мной делает, и стал проворачивать то же самое наедине с собой. Рано или поздно человек должен научиться помогать себе сам. Получилось так, что больший пласт работы я сделал самостоятельно. Какое-то время я продолжал поддерживающе ходить к своему терапевту, но каждый раз приносил всё меньше тем для обсуждений. В течение полугода стало понятно, что дальше нет необходимости в сессиях, потому что у меня уже появились инструменты, которыми я сам себе помогал.

Всё, чем занимаются психологи, — делают интерпретации и выдают гипотезы. Никакой психолог, никакой гуру, никакой коуч, никто, кроме вас, не знает, что у вас в психике происходит. Нужно научиться распутывать свои чувства и направлять прожектор на больные места. Задача психолога, собственно, и состоит в том, чтобы развить эти навыки.

Не бойтесь говорить психологам: «Нет, а вы знаете, мне кажется, что вы ошибаетесь». Противоречьте, если считаете это правильным. Так вы научитесь различать, что чувствуете вы, а что вам пытаются навязать.

Мой самый главный личный вывод после терапии — та боль, которая была у меня в детстве, не играет в моей жизни сейчас никакой роли. Я знаю, наверняка бывают травмы, которые остаются с тобой на всю жизнь. Но даже очень глубокие шрамы можно заживить настолько, что они перестанут болеть. Разве что останется воспоминание, которое больше не будет тревожить. Это самый правильный финал терапии.

Обложка: © Anton Vierietin / Shutterstock / Fotodom