Почему нельзя насиловать детей лишними знаниями
Психолог Катерина Дёмина — о том, как не принести здоровье ребёнка в жертву амбициям родителей

Почти всё время с начала учёбы школьники (даже начальной школы) часами сидят за домашними заданиями. Взволнованные родители всё чаще прибегают к дополнительным занятиям, к помощи репетиторов и с ужасом думают: а что же будет дальше? Дети испытывают колоссальную нагрузку начиная с первого класса, и бесследно для неокрепшего детского организма это не проходит. Но родителям вполне под силу избавить ребёнка от непосильного гнёта. Нужно только уяснить несколько важных правил и адекватно оценить его способности и состояние здоровья.
Полина стала болеть ангинами сразу, как только пошла в первый класс. Я наблюдала девочку до школы и всячески отговаривала маму отдавать её учиться в шесть с половиной лет: девочка маленькая, слабенькая, в детский сад не ходила. Да и домашняя обстановка была совсем непростой: недавно у неё родился младший брат, а папу автомобильная авария сделала инвалидом. Я советовала отдать Полину в подготовительную группу детского сада. Девочка привыкнет быть в коллективе, научится строить отношения, и тогда переход в школу будет менее болезненным. Совершенно замученная мама вяло покивала головой и… отдала дочку в английскую спецшколу на полный день.
К концу первой четверти Полина училась хуже всех в классе. Несмотря на строжайшее предписание не ставить в первом классе отметки, учителя не могли отказаться от них совсем и заменяли на первый взгляд «безобидными» символами: красный мишка — «отлично», зелёный — «хорошо», синий — «плохо». У Полины не было красных мишек вообще, красными были только подчёркивания и перечёркивания в тетрадях и дневнике (точнее, в заменяющей его специальной тетрадке). Мало того, учительница ещё и постоянно отчитывала девочку перед классом за то, что та «бестолковая». Домашние задания Полина делала со слезами и угрозами, по четыре-пять часов, читала по слогам. А спустя ещё какое-то время начала болеть.
Первый класс девочка закончила в больнице. Я советовала забрать ребёнка из школы и снова отдать в первый класс по какой-нибудь менее сложной программе. Но родители решили пойти по пути наименьшего сопротивления и оставили всё как есть. На этот раз Полина попала в больницу ровно первого сентября. Теперь девочка находится на домашнем обучении и занимается с приходящей учительницей из другой школы.
С точки зрения психосоматики каждая болезнь — это реакция организма на сильные эмоциональные переживания
Ангина, например, — проявление невыраженного гнева. Если человек испытывает сильные чувства, а выразить их не может (предположим, очень сердится на кого-нибудь, но вместо крика молчит), то у него начинает болеть горло.
Полина — ребёнок с сильно развитым чувством собственного достоинства, поэтому её реакцией на унижение был гнев. Если ребёнок пугается, когда на него кричат, ответом будут боли в животе, гастрит или рвота перед уроками. Менее эмоциональные малыши всё равно реагируют на стресс, но иначе — постоянными насморками, ОРВИ. Один мальчик, которому не нравилось, как его называла (точнее — обзывала) учительница, постоянно болел отитом. Потом семья переехала, школу пришлось сменить, и ребёнок перестал болеть совсем.

Как ни странно, родители во многом сами провоцируют учителей на усложнение программы и ужесточение требований. Я слышала на родительском собрании в младшей группе детского сада, как один папа требовал от заведующей «обеспечить его ребёнку преподавание английского носителем языка». Это для трёхлеток, которые и по-русски говорят не очень внятно. Большинство родителей выбирают «сильную школу», «сильного педагога», хотя на деле такой педагог может демонстрировать диктаторские замашки и совсем не заботиться о психическом и физическом здоровье детей.
Ребёнок в первом классе больше всего нуждается как раз в ощущении безопасности
Это единственное условие, при котором возможно развитие его способностей. Кроме того, в начальной школе у детей в основном работает правое полушарие, которое отвечает за образное мышление, творчество, целостное восприятие мира, интуицию. А методики преподавания опираются на логику, анализ, работу по шаблону. Неудивительно, что детям быстро становится скучно, они теряют учебную мотивацию. А разделение на аудиалов/визуалов/кинестетиков? Все об этом слышали, но многие ли учителя применяют его на практике?
Хотелось бы сделать акцент и на возрасте. Сошлюсь на авторитет Нины Гуткиной, одного из крупнейших специалистов по возрастной психологии, которая во многих своих публикациях настойчиво рекомендует:
«Не отдавайте в школу детей раньше семи лет. У них просто не созрели те мозговые структуры, которые отвечают за анализ текстов и распознавание символов, даже если ребёнок с четырёх лет умеет читать. До семи лет в психике ребёнка преобладает игровая мотивация, а для того, чтобы хорошо учиться, у малыша должна превалировать учебная».
Но с чем мы сталкиваемся в жизни? Всеми правдами и неправдами родители стремятся отдать ребёнка в школу как можно раньше, особенно мальчиков, над которыми постоянно висит «дамоклов меч» армии. Девочек в возрасте шести лет отдают в школу по другой причине: родителям кажется, что смышлёной дочке с хорошо развитой речью, которая умеет читать, становится скучно в детском саду. В результате многие из них — отличницы и «хорошистки» — инстинктивно стремятся обратно в то беззаботное состояние, когда можно просто играть в куклы. Я сейчас наблюдаю целый третий класс, в котором все поголовно девочки переселились в выдуманный мир волшебной страны из сказки Барри «Питэр Пэн» и живут там целыми днями, отвлекаясь лишь на завтрак, обед и ужин. Каждый день начинается с распределения ролей — кто кем будет, игра не прекращается ни в школе, ни дома. Дети очень подробно рассказывают о событиях в воображаемой вселенной, а их родители хватаются за головы — детей ничего не интересует, кроме этой игры.
Удивительно, но с девочками связано гораздо больше родительских амбиций
По крайней мере, первоклассницы, которые кроме школы посещают ещё курсы иностранного языка, музыкальную школу (обязательно!), танцы и изостудию, встречаются чаще, чем первоклассники. Мальчиков обычно приводят в спортивную секцию, и, к сожалению, далеко не всегда в ту, в которую хочет сам ребёнок, — чаще туда, куда ходил или хотел ходить папа.

Во-первых, десять раз подумайте, прежде чем отдавать ребёнка в школу в шесть с половиной лет. Конечно, крепкий крупный мальчик наверняка в состоянии осилить школьную программу первого класса. Но не болеющая девочка и не «маленький гений», который умеет читать с трёх лет, но формировался в домашних условиях в окружении взрослых.
Важны не «знания-умения-навыки», а способность ребёнка адаптироваться к изменившейся обстановке, к детскому коллективу и к повышенным нагрузкам
Во-вторых, трезво оцените актуальные способности ребёнка. Если в детском саду ваш малыш увлекался конструированием и лепкой, скорее всего, у него хорошо пойдёт сложная программа по математике, но лёгкой жизни с иностранными языками ждать не стоит. Обычно с овладением иностранным языком и чтением рука об руку идёт музыка. Тот, кто любит рисовать, скорее всего, будет испытывать сложности с математикой (в силу принятой у нас в стране методики преподавания).
Постарайтесь учесть все это, когда будете определяться с профилем школы. Если всего примерно поровну, но ребёнок часто болеет, плохо переносит перемены, насторожен и стесняется, лучше отдайте его в обычную школу с самой лояльной учительницей, которую только сможете найти. Не волнуйтесь — со временем, когда окрепнет, он все наверстает.
В-третьих, не забывайте о принципе: школа для вас, а не вы для школы.
У педагогического коллектива могут быть свои задачи и цели, но именно родители должны определять, что будет полезно их ребенку
Вы можете настаивать на соблюдении буквы и духа закона: домашние задания в первом классе недопустимы в любой форме, оценки не должны фигурировать ни на словах, ни в журнале. Всю начальную школу подготовка к урокам не должна занимать более 40 минут в день, а также недопустимы домашние задания с пятницы на понедельник (кроме иностранного языка, который преподаётся не каждый день).
Как уже говорилось, главная задача ребёнка в начальной школе — не столько овладеть какой-то суммой знаний, сколько получить важные социальные навыки, узнать что-то новое о себе и об окружающем мире, научиться контактировать с людьми. Поэтому, согласитесь, лучше находиться в спокойной и доброжелательной обстановке, чем получить гастрит, обучаясь в престижной гимназии. Здоровый ребёнок выучит всё, что ему нужно, но немного позже — то есть вовремя.
Популярные комментарии
Виктория ИльинаА из-за чего, собственно, сыр-бор? Чем так возмущена родительница? Может, она желает, чтобы её чадо писало в общей тетради на 96 листов, с колечками и Телепузиками на обложке? Вообще-то школьная тетрадь — не модный аксессуар и не предмет для удовлетворения родительских эстетических вкусов. Это учебный инструмент, конструкция которого давно продумана и проверена практикой. Особенно в начальной школе, где имеют значение и разлиновка, и формат, и вес тетради. Разумеется, цвет обложки сам по себе знаний не прибавляет. Но требование единообразия — вовсе не обязательно учительская прихоть. Поражает другое: с какой поразительной лёгкостью некоторые родители превращают любой пустяк в повод для скандала! Это уже какое-то откровенное кверулянтство — непременно оспорить, потребовать, пожаловаться, вмешаться туда, где собственных педагогических познаний явно недостаёт. Невольно вспоминается старинное выражение: «Мясо твоё, мастер, а кости наши». Разумеется, не в буквальном смысле, а как отражение принципа доверия к наставнику. Родители поручали мастеру обучение ребёнка, признавая его профессиональную компетентность. Может, и современным родителям пора вспомнить, что учитель — не обслуживающий персонал, обязанный потакать каждой прихоти, а профессионал, которому следует позволить спокойно делать свою работу? Защищать ребёнка от реальных нарушений необходимо. Но превращать цвет тетради в поле битвы за родительские права — уже откровенный абсурд.
Учитель требует покупать простые зеленые тетради, остальные отказывается проверять. Что это за самоуправство?
Виктория ИльинаРазговор о достойной оплате учительского труда сложнее простой формулы «надо повысить зарплаты». С главным тезисом героя статьи трудно спорить: педагог не должен думать, чем прокормить семью, и быть вынужденным добирать доход репетиторством. Но базовый уровень оплаты должен быть достойным не только в сильном столичном лицее. Хороший учитель одинаково нужен и в Москве, и в районной школе, и в селе. Право ребёнка на качественное образование не должно зависеть от места жительства. А дальше логичны дополнительные стимулы: надбавки за квалификацию, подготовку стобалльников, победителей олимпиад, серьёзные результаты учеников. Тем более статья показывает, какой труд стоит за работой с сильными и мотивированными детьми. Но есть и неудобный вопрос: насколько востребована значительная часть знаний, которые школа по единой программе обязана давать всем? Учитель здесь во многом связан требованиями системы. Однако если обучение почти не учитывает склонности и будущую траекторию ребёнка, возникает разрыв между объёмом обязательных знаний и их последующей практической ценностью. Можно сколько угодно говорить о «гармонично развитой личности», но общество в конечном счёте выше ценит то, что даёт ощутимый результат. И этот вопрос тоже нельзя исключать из разговора о зарплате учителя.
«Мы придумали делить детей на два сорта»: директор тамбовского лицея и заслуженный учитель — о культе олимпиад
Евгения СамотохинаТо что отрицательные оценки нужны — я согласна, но здесь должен быть ряд факторов: 1) как по мне текущая система оценки (пятибалльная, а по факту четырехбальная) — не то чтобы объективная. Особенно чувствуется на объемных заданиях в старших классах, когда в тексте на 2 страницы допустил 2-3 ошибки и пооучаешь тройку. Как по мне система должна иметь разбивку хотя бы в 10 баллов. 2) Часто каждый учитель сам определяет как оценивать ученика. Если с точными науками и каким-нибудь диктантом ещё более-менее понятно, то с более творческими заданиями, пересказами вообще непонятно — у одного учителя ты получаешь 5 у другого за пересказ того же качества — 3.
«Двойка должна жить». Учитель — о том, почему плохие оценки нужны детям



















