Учитель организовал парту позора в первом классе! Что-то можно с этим сделать?
Отвечает психолог Римма Чиркина

Вопрос. Учитель в первом классе посадил дочь за парту позора за то, что она играла с ручкой на уроке. Имеет ли учитель право на такое наказание?
Ответ. Кандидат психологических наук, доцент, председатель Московского городского отделения Федерации психологов образования РФ, заведующая кафедрой юридической психологии и права Московского государственного психолого-педагогического университета (МГППУ) Римма Чиркина:
К сожалению, в последнее время и правда стало больше случаев с так называемой партой позора.
И чаще всего это происходит именно в младших классах. Это воспринимается учителями и даже некоторыми родителями как мера воздействия на учеников, которые не выполняют требования учителя.
Среди поводов для применения этой меры, с которыми мы работали как юридические психологи, встречаются:
- нарушения правил поведения на уроке,
- невыполнение ребенком учебных заданий,
- эмоциональные реакции и возражения учителю, которые высказываются ребенком даже во вполне приемлемой форме.
Причем это могут быть не только какие-то повторяющиеся и действительно некорректные действия детей, но даже разовые и спонтанные действия, как в примере из вашего обращения.
Юридические психологи — специалисты, которые занимаются профилактикой социальных рисков — конфликтов, отклоняющегося поведения, школьной травли, нарушения прав ребенка в образовательной организации и т. п.
И если рассматривать эту меру с точки зрения механизмов и эффектов ее влияния, то очевиден вред для психологического и психического здоровья детей и их безопасности в школе.
Использование парты позора в школе — это не только некорректное, непедагогичное, неэтичное, но даже противоправное действие. Оно свидетельствует о профессиональной непригодности педагога и ставит под вопрос его компетентность, а также компетентность руководства, которое позволяет использовать такой прием в работе с детьми.
Поэтому, отвечая на вопрос родителя, имеет ли право учитель за баловство на уроке (да и за любое иное нарушение) сажать ребенка за парту позора, я скажу однозначно: нет, не имеет права.
Что чувствует ребенок за партой позора
Исследования подтверждают, что в результате крайне болезненного переживания у детей нарушаются базовые потребности: в принятии, самоуважении, контроле и осмысленности жизни.
Неудовлетворенность первых двух приводит к усиленному поиску положительного отклика от социума. Причем от любого, лишь бы утихла острая боль, вызываемая отвержением.
Нарушение вторых двух может приводить как раз к ситуациям агрессивного и антисоциального ответа обществу. Тот же скулшутинг становится актом восстановления контроля над ситуацией и придания смысла происходящему в форме обоснования этого акта некими идеями.
До 85% школьных агрессоров и у нас, и в других странах совершали нападение на школы после длительной остракизации
Парта позора, куда учитель отправляет ученика, используя свой непререкаемый авторитет, по воздействию на класс является частью процесса формирования буллинговой структуры.
В данном случае это не просто замечание или выражение недовольства учеником, а присвоение ребенку позорного клейма. Это, по сути, открытый призыв учителя к остальным детям считать этого человека заслуживающим осуждения. Принуждение ребенка к признанию своей вины и своего негативного отличия от других (которые хорошие и правильные), т. е. признание своей позиции изгоя.
Другие дети в этой ситуации, как правило, следуют одному из следующих сценариев:
- Охотно включаются в поддержание осуждения и травят этого ребенка.
- Молча соглашаются.
- Не соглашаются, но не осмеливаются открыто это показать, так как боятся тоже оказаться на этом позорном месте.
Сейчас уже всем известно, какой вред причиняет травля не только жертве, но и всем вовлеченным, особенно потому, что нормируется унижение слабого с позиции силы как способ управления ситуацией.
Угроза посадить за парту позора становится инструментом шантажа с целью поддержания дисциплины и подчинения. Если же спросить учителей, на какие эффекты они рассчитывают, применяя такой способ, они отвечают: добиться изменения неправильного поведения и улучшить таким образом дисциплину и отношения в классе.
Что делать учителям и родителям
Для управления дисциплиной в классе есть целый ряд педагогических и психологических технологий, приемов и методов работы, которые более эффективны и при этом более экологичны для детей.
Программы «Умелый класс». 15-шаговый алгоритм, который помогает сформировать навыки.
Деловая игра «Миссия выполнима». Подходит для средней и старшей школы.
Учитель, имеющий в своем педагогическом арсенале восстановительные техники и технологии (круг сообщества, примирительные программы, восстановительные вопросы и пр.), может очень эффективно работать с правилами и отношениями в классе, восстанавливая и формируя способность детей слушать друг друга, принимать коллективные решения, разрешать конфликты, поддерживать других, тем самым снижая риски появления травли или нарушений дисциплины.
Такой арсенал психолого-педагогических инструментов доступен сейчас и в публикациях педагогов, и в рамках программ повышения квалификации, разработанных, например, в МГППУ.
Никто не отменял старых проверенных педагогических мер не карательного типа
А если речь идет о признаках нездоровья ребенка или проблемах, с которыми он не может справиться сам, надо привлекать специалистов школы, родителей и другие помогающие ресурсы, чтобы создать ребенку условия для преодоления этих объективных трудностей.
Итак, рекомендации родителям: если в классе, где учится ваш ребенок, есть парта позора и даже если за ней сидят другие дети, а тем более ваши, незамедлительно сообщите об этом руководству школы и добивайтесь правовой, этической и профессиональной оценки такой практики. Таких мер воздействия в современной школе быть не должно.
Обложка: коллаж «Мела». Фото: © David Whitemyer, magr80 / Shutterstock / Fotodom
Популярные комментарии
Виктория ИльинаА из-за чего, собственно, сыр-бор? Чем так возмущена родительница? Может, она желает, чтобы её чадо писало в общей тетради на 96 листов, с колечками и Телепузиками на обложке? Вообще-то школьная тетрадь — не модный аксессуар и не предмет для удовлетворения родительских эстетических вкусов. Это учебный инструмент, конструкция которого давно продумана и проверена практикой. Особенно в начальной школе, где имеют значение и разлиновка, и формат, и вес тетради. Разумеется, цвет обложки сам по себе знаний не прибавляет. Но требование единообразия — вовсе не обязательно учительская прихоть. Поражает другое: с какой поразительной лёгкостью некоторые родители превращают любой пустяк в повод для скандала! Это уже какое-то откровенное кверулянтство — непременно оспорить, потребовать, пожаловаться, вмешаться туда, где собственных педагогических познаний явно недостаёт. Невольно вспоминается старинное выражение: «Мясо твоё, мастер, а кости наши». Разумеется, не в буквальном смысле, а как отражение принципа доверия к наставнику. Родители поручали мастеру обучение ребёнка, признавая его профессиональную компетентность. Может, и современным родителям пора вспомнить, что учитель — не обслуживающий персонал, обязанный потакать каждой прихоти, а профессионал, которому следует позволить спокойно делать свою работу? Защищать ребёнка от реальных нарушений необходимо. Но превращать цвет тетради в поле битвы за родительские права — уже откровенный абсурд.
Учитель требует покупать простые зеленые тетради, остальные отказывается проверять. Что это за самоуправство?
Виктория ИльинаРазговор о достойной оплате учительского труда сложнее простой формулы «надо повысить зарплаты». С главным тезисом героя статьи трудно спорить: педагог не должен думать, чем прокормить семью, и быть вынужденным добирать доход репетиторством. Но базовый уровень оплаты должен быть достойным не только в сильном столичном лицее. Хороший учитель одинаково нужен и в Москве, и в районной школе, и в селе. Право ребёнка на качественное образование не должно зависеть от места жительства. А дальше логичны дополнительные стимулы: надбавки за квалификацию, подготовку стобалльников, победителей олимпиад, серьёзные результаты учеников. Тем более статья показывает, какой труд стоит за работой с сильными и мотивированными детьми. Но есть и неудобный вопрос: насколько востребована значительная часть знаний, которые школа по единой программе обязана давать всем? Учитель здесь во многом связан требованиями системы. Однако если обучение почти не учитывает склонности и будущую траекторию ребёнка, возникает разрыв между объёмом обязательных знаний и их последующей практической ценностью. Можно сколько угодно говорить о «гармонично развитой личности», но общество в конечном счёте выше ценит то, что даёт ощутимый результат. И этот вопрос тоже нельзя исключать из разговора о зарплате учителя.
«Мы придумали делить детей на два сорта»: директор тамбовского лицея и заслуженный учитель — о культе олимпиад
Евгения СамотохинаТо что отрицательные оценки нужны — я согласна, но здесь должен быть ряд факторов: 1) как по мне текущая система оценки (пятибалльная, а по факту четырехбальная) — не то чтобы объективная. Особенно чувствуется на объемных заданиях в старших классах, когда в тексте на 2 страницы допустил 2-3 ошибки и пооучаешь тройку. Как по мне система должна иметь разбивку хотя бы в 10 баллов. 2) Часто каждый учитель сам определяет как оценивать ученика. Если с точными науками и каким-нибудь диктантом ещё более-менее понятно, то с более творческими заданиями, пересказами вообще непонятно — у одного учителя ты получаешь 5 у другого за пересказ того же качества — 3.
«Двойка должна жить». Учитель — о том, почему плохие оценки нужны детям







