«Кто-то не умел считать, кто-то не помнил букв». Молодая учительница — о работе в пандемию, субординации и родителях

На карте учителей появилась новая отметка — город Балабаново в Калужской области, где живет Надежда Картушина, учитель начальных классов и педагог-организатор. Надежда начала работать в школе в период пандемии и рассказала «Мелу» о том, как дистанционное обучение повлияло на школьников и с какими трудностями сталкивается молодой учитель.

«Я увидела ребят, которые вообще не понимали, что происходит»

Я родилась в семье педагогов. Мои родители, бабушка и дедушка работали в школе, но я не могу рассказать красивую историю про династию педагогов и о том, что я сразу решила пойти по их стопам. Такого не было. Я окончила Московский гуманитарно-экономический институт по специальности «бухгалтерский учет, анализ и аудит» и пять лет работала бухгалтером. Но на протяжении всей жизни меня привлекало общение с детьми.

Летом и во время отпусков я подрабатывала в детских лагерях. И в какой-то момент поняла, что педагог — это человек, который не только делится с детьми знаниями, но и участвует в воспитании и формировании их личности. Тогда я задумалась о своем предназначении.

Звезды сошлись, и в сентябре 2020 года в Балабаново открылась новая школа. Меня пригласили на должность педагога-организатора, но поскольку я окончила курсы переподготовки на специальность «учитель начальных классов», то решила попробовать совместить две должности.

Случилось так, что мой первый год оказался годом после трехмесячного дистанта и летних каникул

У меня классное руководство — второй класс. И я ждала, что доставшиеся мне второклашки будут уметь писать понятным почерком, который им поставили в первом классе, читать со скоростью хотя бы 20 слов в минуту, уметь считать и составлять предложения, отвечать на вопросы связанными по смыслу словами и фразами.

В первую неделю мои ожидания разбились вдребезги. Я увидела ребят, которые вообще не понимали, что происходит. Уж слишком они отвыкли от школы и учебных заданий. И если честно, они не особо успели к ним привыкнуть. Кто-то не умел считать, кто-то не помнил букв, а кто-то даже не понял, что он уже не дома. В общем, первую четверть мы знакомились друг с другом, учились соблюдать правила поведения и нормы приличия, вспоминали материал, пройденный в первом классе, и привыкали к оценкам (ведь они их только начали получать), к одноклассникам и учителям.

«Чаще всего мы работаем на энтузиазме»

Я думаю, что профессия учителя будет востребована всегда и везде. Но, к сожалению, ценится она не всеми. Хотя должна бы. Есть люди, которые относятся к учителю с уважением, прислушиваются к его советам. А есть и такие, которые относятся к нам как к обслуживающему персоналу. И я не ошибусь, если скажу, что таких с каждым днем становится все больше. Это печально.

Работа с родителями — это вообще самая большая сложность, с которой мне пришлось столкнуться в школе

Многие родители мыслят примерно таким образом: учитель должен научить, а я работаю, чтобы обеспечить семью, и мне заниматься с моим ребенком некогда. Но никто из этих мам и пап не задумывается о том, что 70% усвоения, восприятия учебного материала и в целом отношения к образованию лежит именно на их плечах.

Еще одна немаловажная проблема — гаджеты и разные современные технические средства. Наверное, я никого не удивлю, если скажу, что в моем классе у большей части детей — навороченные смартфоны, в которых установлена куча игрушек и разных развлекательных программ. Это очень сильно отвлекает их от учебного процесса, выполнения заданий и рассеивает внимание.

Читайте также

«Надо быть круче, чем Поперечный». Учитель истории — о том, как влюбить в себя класс

Но есть в работе учителя положительный момент, который перекрывает все отрицательные, — возможность изменить будущее наших детей. Ведь оно напрямую зависит и оттого, кто и чему их учит. Каждый день я вкладываю в них частичку себя и своих мыслей, а они впитывают их, как губки. Конечно, всегда есть какой-то маленький процент детей, которые ходят в школу, потому что так надо. Но это разжигает во мне чисто профессиональный интерес — мне хочется найти подход и к ним тоже.

А в целом труд педагога — это не только уроки и общение с детьми. Есть еще много работы «за кадром» — заполнение отчетности, проверка тетрадей и т. д. Но в любом случае это очень интересно. Я с удовольствием иду на работу, потому что там меня ждут горящие огоньки в глазах моих ребят.

Что касается материальных плюсов — не думаю, что они есть, по крайней мере в нашем городе

Профессия учителя подходит только тем, кто действительно любит свое дело. И чаще всего мы работаем на энтузиазме.

Несмотря на то что я совсем недавно работаю в школе, я уже столкнулась с профессиональным выгоранием. И думаю, что выгорание всегда связано с переоценкой своих сил и слишком большими ожиданиями. В конце первой четверти, в самом начале моего учительского пути, мне казалось, что начать все с чистого листа очень просто. Но когда я осознала, насколько сильно моя деятельность зависит и от коллег, и от детей, и от родителей, и от финансовых и технических возможностей школы, мой энтузиазм угас, а руки опустились.

Выйти из этого состояния мне помог внутренний анализ, осознание всех внешних факторов, планирование. И, конечно же, выходные, которые я всегда провожу с семьей, совсем не думая о работе. Это очень важно — хотя бы один день в неделю выделять на семью и себя любимую.

«Есть дети, которые не понимают, что такое субординация»

В общении учителя с учениками всегда есть какие-то правила. И если раньше эти правила были очевидны, то сейчас их лучше оглашать сразу после знакомства. Есть педагоги, которые обращаются к ученикам на «вы», чаще всего это люди пожилого возраста и старой закалки. Я росла в такое время, когда ко мне обращались на «ты», и сейчас, общаясь с ребятами, я предпочитаю обращаться к ним по-простому. Но при этом не допускаю, чтобы они мне «тыкали» и говорили «привет».

Читайте также

«Иногда общаюсь с учеником и понимаю: ему 15 лет, а он, блин, умнее меня»

Одна из важных особенностей взаимоотношений учителя со школьниками любого возраста — это понимание. Можно быть с ними на одной волне, но при этом не давать им садиться на шею. Мои ребята — как маленькие, так и взрослые — могут поговорить со мной по душам, спросить совета, рассказать о какой-то проблеме, но соблюдая дистанцию. Есть дети, которые не понимают, что такое субординация, и могут себе позволить какие-то недопустимые выражения, но в этом и прелесть — объяснить ребенку и показать своим примером, что такое хорошо, а что такое плохо.

«Творчество — наше оружие»

Мне кажется, сейчас проблемы с русским языком и литературой есть у людей любого возраста. Проблема в том, что дети перестали читать. Ведь можно посмотреть экранизацию в интернете — и все, ты уже знаешь, что, где и когда случилось в этом произведении.

А грамотность и знание русского языка напрямую зависят от чтения, в первую очередь художественной литературы

Чтобы заинтересовать современных детей чтением, необходимо их изучать, наблюдать за ними. Думаю, что творчество — это наше оружие. Можно создавать клубы знатоков, какие-то интеллектуальные турниры, театрализованные постановки по литературным произведениям. Опять же, поездки в театр расширяют не только кругозор, но и развивают воображение.

В современном мире много возможностей. Любой учитель может зажечь интерес в своих подопечных. Главное — чтобы он сам горел. Когда я рассказываю детям о том, что интересно мне самой, я вижу, как и у них появляется желание изучать что-то новое и неизведанное.

Фото: страница Надежды Картушиной «ВКонтакте»