«Говорить о живых писателях на уроках — это всё равно что хоронить их»
Олег Лекманов — о том, почему некоторых современных писателей невозможно читать

Преподаватели литературы в школе и вузах берут произведения современных авторов на своё усмотрение. Филолог, профессор НИУ ВШЭ Олег Лекманов считает, что «живым» авторам на уроках вообще не место, а многие современные писатели и поэты — скука смертная (даже Oxxxymiron). А ещё рассказывает о своих принципах преподавания.
«Безумно трудно преподавать предмет, который детям совсем не нужен»

У нас проблема не в уроках литературы как таковых, а в конкретных учителях и школах, где эти уроки проходят. Помню, на четвёртом курсе, году в 1990-м, я пришёл устраиваться на работу учителем в школу рядом с домом. Пришёл безо всяких наводок, с бухты-барахты, с улицы. В учительской меня встретили две тётеньки с халами на головах. «О! Мужчина!», — громко сказала одна другой. «Я, собственно, к вам… учителем литературы…», — пробормотал я. «Прекрасно… Школа у нас хорошая. Вот Дима Иванов написал недавно замечательное сочинение „Руки матери“. Где у нас Дима Иванов?» — обратилась одна тётенька к другой. «Да сидит же за изнасилование!» «Аааа… Вспомнила… Но перед этим он такое хорошее сочинение сдал. Так что сейчас будем вас оформлять…». Я поспешил уйти оттуда.
В моём рассказе нет никакой насмешки, а только восхищение, честно. Безумно трудно преподавать любой предмет, который детям совсем не нужен — это просто подвиг педагогического самоотвержения какой-то. Я бы так не смог.
В хороших школах — у педагогов Льва Соболева, Константина Поливанова, Надежды Шапиро — дети в старших классах учатся увлечённо. И никакие новые технологии, насколько я знаю, эти учителя не используют. Интернет, презентации безусловно помогают в учёбе и работе. Важно только понимать, что никакие технологии не заменят мозга. В конечном итоге всё будет зависеть от таланта, добросовестности и трудоспособности. Иначе получится имитация, а использование технологий сделает её очевидной и жалкой.
Вообще, по моему мнению, образованию в России, как и всему, страшно мешает система, отстроенная при Путине. Абсолютно все новые инициативы, спускаемые сверху, — вредны и ни к чему не ведут, кроме показухи, воровства и бюрократии. Это относится и к ЕГЭ, и к попыткам отменить ЕГЭ или вернуть сочинение в школе. Только отдельные люди, только небольшие коллективы единомышленников могут сделать в современной России что-то хорошее.
«Я учу студентов не начитывать материал, а анализировать его»

Я за разнообразие педагогических тактик. Там начинается гадость, где кончается творчество и в ход идёт самоуверенность. Собственно, единственное условие живучести коллектива, в том числе педагогического, это не допускать принципа «Я (и только я) знаю, как надо, слушайтесь меня!».
Среди моих друзей-преподавателей есть сторонники традиционного вузовского образования (читаем большие объёмы текстов). И у них вырастают отличные студенты. Мне самому больше нравится подход, при котором весь год мы можем читать только один текст, привлекая другие для сравнительного анализа. То есть мы не начитываем материал, а учимся его анализировать. Но, повторю: боже упаси меня от того, чтобы этот метод абсолютизировать.
Моя политика как лектора в вузе состоит в том, чтобы было интересно и структурно чётко организовано. С ужасом вспоминаю себя студента: я вставал и начинал долго что-то говорить, путаясь в своих мыслях и к концу монолога забывая о том, что хотел сказать сначала. Понадобились годы преподавательского опыта, чтобы перестроить мозг и языковую манеру.
Мне кажется, просветительство — это одно из самых благородных занятий в современной России
Его можно сравнить с воспитанием бытовой культуры: «Не сморкайся в занавеску, читай Пушкина!». Важно только не снобствовать, не считать себя «королём духа», а студента или любого другого собеседника «смердом». Уважение не сымитируешь, фальшь сразу чувствуется. И конечно, добросовестно готовиться к каждому занятию — не халтурить.
Что касается современных студентов, то я не стал бы их объединять в какую-то аморфную группу. У меня два-три человека на курсе хотят стать филологами, ещё пара десятков собирается получить «серьёзное образование» (прежде всего, языки выучить), остальные, что называется, отсиживают номер. И так было всегда, ничего по большому счёту кардинально не изменилось.
«Читать всех этих Прилепиных — скука смертная и тяжёлый труд»

Почему и за что сегодня помнят поэтов и писателей прошлого? Всё банально: за талант и ещё за умение попасть в больное место, в нерв современности или вечности. Есть такая точная формулировка — «поцелованный богом». То есть тот, чей талант очевиден и иррационален. Или так воспринимается. Такими были Пушкин, Есенин, Маяковский, Высоцкий. В общем, те гении, которых в кино и в театре сыграл (или ещё обязательно сыграет) Сергей Безруков.
Современных русских писателей я для себя делю на две категории. Про первых (их мало) — я знаю или хотя бы предполагаю, зачем они пишут, что их заставило взяться за перо (точнее сесть за компьютер). Про вторых (их большинство) — я этого не знаю. Ощущение, что они выполняют какую-то скучную домашнюю работу. Читать всех этих Прилепиных и так далее — тяжёлый труд и скука смертная. Два самых позитивных впечатления последних десятилетий в русской прозе для меня — это «Ложится мгла на старые ступени» Александра Чудакова и «Памяти памяти» Марии Степановой. Ещё «Занимательная Греция» Михаила Гаспарова.
Культурное сообщество в России сегодня разбилось на кластеры. Нет писателя, которого любили бы все, цитаты из которого перетекали из круга в круг. Кто был последним таким автором? Довлатов, может быть? Чтобы ничего не ругать огульно, я стараюсь всё новое читать и слушать. Но вот, если честно, статью про Oxxxymiron’a не смог по заказу написать — стало безумно скучно, и я бросил на середине (допускаю, что дело во мне). А вот стихи Веры Полозковой, особенно детские, меня пробили. Вообще, интересно, как много прекрасных женщин поэтов сейчас пишет: Мария Степанова, Линор Горалик, Елена Фанайлова, Евгения Лавут, Полина Барскова. И это я наверняка ещё многих забыл.
В школе и университете должно быть много разных методов. Но сам бы я, наверное, никогда не стал включать в свой филологический курс живых писателей. Ничего не отстоялось ещё, мы слишком близко к этим прозаикам и поэтам. Мы даже внутри того же пространства, что и они. И не можем в разговоре о них быть доказательными — разве что убедительными. Но это дело не филологии, а критики. И потом говорить о живых писателях в школьном курсе — это ведь всё равно, что хоронить их. Зачем? Пусть они живут, пишут и нас удивляют.
Иллюстрации: Shutterstock (Eugene Ivanov)
Популярные комментарии
Владимир КунаевВ РФ большая беда в сфере психологии. Нет четких профстандартов, нет справедливых механизмов проверки компетенций. В добавок ко всему этому действительно толковые молодые специалисты не могут выйти на рынок из-за массивного пейвола (из личного опыта). Проблем столько, что на целый цикл статей хватило бы, если погружаться.
Я редактор. Вот почему я не доверяю всем, кто называет себя психологом
Светлана ПлехановаЯ Вас умоляю, по закону ничего нельзя сделать. Многие молодые люди себе не представляют, как достаются деньги! Им кажется, что булки растут на деревьях, а пироги падают с неба. Многое вокруг пропагандирует светский образ жизни, сидение на чужой шее, бездумное, безалаберное отношение к деньгам. Неуважение к чужому труду тоже в чести. Многие унижают тружеников сферы обслуживания. А эти люди делаю нашу жизнь комфортной. Их приветливая улыбка, вежливая речь дарят хорошее настроение!
Дочь учится на платном и даже подработку не ищет – живет за наш счет, и ей нормально. Как с ней поговорить?
АндрейАбсолютно согласен! Надо ещё и математику убрать, а то учат детей думать и раскладывать по полочкам! И читать и грамотно общаться сейчас не в моде. Есть же нейросеть! И комментарии поможет написать! Отправлять в школу только на физкультуру, труды и ОБЗиР. А все остальные предметы платно и по желанию! Хотя и эти три предмета требуют особой подготовки, поэтому их надо тоже по желанию, а лучше вообще платно!
«Врачей жалко. А вас, тварей, нет». Честный монолог учительницы о том, что стоит за особым статусом педагогов








