«Ха-ха-ха, какой страшный!». История Леонида Владимирского, автора иллюстраций любимых книг нашего детства

Леонид Викторович Владимирский — художник, который нарисовал тех самых Буратино, Элли и Страшилу, Руслана, Людмилу и трех Толстяков. Даже в 80 лет Владимирский — высокий, седобородый, похожий на сказочного волшебника — говорил, что в душе он остается девятилетним мальчишкой. Возможно, поэтому все его герои, даже злодеи вроде Карабаса, всегда получались добрыми и симпатичными.

Полосатый колпачок

На самом деле колпачок Буратино белого цвета. Об этом в сказке Алексея Толстого упомянуто трижды. А курточка у него — коричневая. Настоящего, нашего Буратино в красной курточке и полосатом колпачке, разошедшегося по миллионам книг, мультфильмам, конфетным оберткам, открыткам и лимонадным этикеткам, создал художник Леонид Владимирский, однажды позволивший себе додумать то, что недодумал писатель.

Первый тираж книги «Золотой ключик, или Приключения Буратино» вышел в издательстве «Детгиз» в 1936 году. На обложке был изображен Буратино работы Аминадава Каневского — в круглых зеленых штанах, белом колпаке и длинных деревянных ботинках. Нашему Буратино он мог бы быть старшим троюродным братом. Или далеким итальянским предком из прошлых веков.

Симпатичного, улыбчивого, с лихими деревянными вихрами и живой мимикой Буратино Леонид Владимирский придумал еще во время учебы на художественном факультете ВГИКа, во второй половине 1940-х годов. Рисовал со своей пятилетней дочкой, которой специально сделал колпачок и длинный картонный нос. Новый Буратино сначала появился на почтовых открытках, потом стал героем диафильма.

Однажды Владимирский принес свои эскизы в Театр кукол Сергея Образцова, где служил страшненький, с огромным ртом, натурально деревянный Буратино, совершенно не скрывающий того, что он сделан из бревна.

— У вас ужасно некрасивый Буратино, — сказал режиссеру Леонид Викторович. — Рот до ушей. А я вот создал симпатичного

— Смысл сказки в том, — сказал художнику Образцов, — что даже такой уродец может стать хорошим и добрым мальчиком.

— А я хочу, чтобы мой Буратино сразу нравился детям, — ответил ему Владимирский, — и выпустил в мир своего шарнирного симпатягу в коротких шортиках.

Новый Буратино появился на обложке очередного переиздания «Золотого ключика» в 1956 году. Тогда же 36-летний художник студии «Диафильм» Леонид Владимирский понял, что хочет иллюстрировать детские книги.

Заграничные марки и рисунки на песке

Леонид Викторович Владимирский родился 20 сентября 1920 года в Москве, в роддоме на Арбате. Его отец работал в Наркомате внешней торговли (советский аналог министерства), мать была врачом. Детство Леонида прошло в двухэтажном деревянном доме на улице Палиха. Он был интеллигентным мальчиком, любил читать (в доме всегда было много книг) и рисовать палочкой на мокром после дождя песке. Его отец вел рабочую переписку с торговыми представительствами других стран и часто приносил домой письма с заграничными марками, которые Леонид отмачивал и коллекционировал. Именно с марок началась его любовь к картинке как к маленькому миру, в котором можно уместить целую жизнь.

В старших классах школы Владимирский прочитал Блока и Есенина и, вдохновленный, стал сочинять стихи сам и иллюстрировать их. Родители Леонида, люди интеллигентные, но не творческие, относились к его увлечению спокойно, время от времени напоминая, что «стихи и рисование — это хорошо, но надо получить солидную профессию». После школы Леонид собрался было в архитектурный, но отец сказал: «Ну куда тебе…» — и убедил сына поступить в МИСИ. А через три года началась война.

О войне Леонид Викторович говорил всегда неохотно. Сразу после призыва как студент-строитель он стал курсантом Военно-инженерной академии, «строил мосты и дороги, подвигов не совершил». А после войны совершенно случайно поступил во ВГИК — они с приятелем гуляли по городу, остановились ненадолго у здания института, кто-то из сотрудников, увидев его военную форму, сказал: «Вы на какой факультет собираетесь?» А Леонид Викторович, строго говоря, собирался доучиться в МИСИ и не нашелся что ответить.

— А поступайте к нам на художественный.

Владимирский решил, что попробовать стоит, и сдал все экзамены с первой попытки. В качестве дипломной работы он нарисовал первый в истории ВГИКа диафильм — 80 картинок с короткими подписями по сказочной поэме Пушкина «Руслан и Людмила».

Руслан и Людмила останутся с ним на долгие годы

Над Русланом, златокудрым синеглазым богатырем, он будет работать почти до 70 лет. А образ Людмилы переделает 19 раз

— Людмила нравилась Руслану, Рогдаю, Ратмиру, Фарлафу и Черномору, — говорил Леонид Викторович в одном из интервью. — Мужчинам разных характеров и разных возрастов. Поэтому каждый новый эскиз я показывал всем своим друзьям. Если хотя бы одному не нравилось — браковал. Это продолжалось 40 лет. А потом я взял портрет Натальи Николаевны Гончаровой, поставил его перед собой, вдохновился — и нарисовал.

Нестрашный Страшила

В поисках книги, которую ему захотелось бы проиллюстрировать после «Золотого ключика», Леонид Викторович пришел в библиотеку и сказал:

— Дайте мне что-нибудь интересное.

Ему предложили «Волшебника Изумрудного города» — адаптацию американского «Волшебника страны Оз», которую в конце 30-х годов написал Александр Мелентьевич Волков, доцент кафедры высшей математики одного из московских институтов. Прочитав сказку с черно-белыми картинками, Владимирский стал активно разыскивать ее автора, чтобы предложить поработать вместе. Через несколько недель поисков оказалось, что Волков, которому было уже 65 лет, живет в соседнем с ним доме. В 2015 году в интервью газете «Культура» Владимирский вспоминал их знакомство так:

— По чудесному стечению обстоятельств он оказался моим соседом. Я жил в Малом Гнездниковском переулке, а он рядом — в Большом. Побежал к нему. Вижу — симпатичный такой старикан. Волков мне тоже обрадовался. Сели в такси, поехали в новое издательство «Советская Россия». Нас приняли на ура.

Пока я рисовал картинки, Волков дописал еще где-то треть текста. А потом пошли письма… Дети выстраивались в очереди в библиотеках

Одна девочка даже прислала Волкову переписанную от руки книжку. Мы, говорит, с подружками ее сделали, а я картинки перерисовала. Мы, конечно, обрадовались — приятно. И Волков предложил: «Слушайте, столько откликов! Давайте работать дальше». Я согласился. Вот так он написал — а я нарисовал продолжение.

Владимирский и Волков работали вместе следующие 20 лет, до смерти писателя в 1977 году. Леонид Викторович первым читал новые рукописи и иногда вносил в них довольно существенные изменения. Например, королей из книги «Семь подземных королей» в первой версии текста было 12, по одному на каждый месяц года (они правили по очереди). Но когда Владимирский понял, что книгу про подземную страну придется делать в мрачных коричневых тонах, он пришел к Александру Мелентьевичу и сказал, что королей должно быть 7 — по количеству цветов радуги. Тогда каждому из них можно будет придумать наряд своего цвета, в такие же цвета нарядить свиту и таким образом сделать книжку яркой. Поворчав, Волков согласился и изменил рукопись. Королей стало семь.

Девочку Элли, как и Буратино, художник рисовал со своей дочки, уже девятилетней, — если присмотреться, у них действительно есть что-то общее в лицах

Но главным героем книги Владимирский считал не её и даже не Волшебника, а Страшилу. Именно Страшила казался ему самым умным, самым добрым и самым симпатичным персонажем. Хотя по сюжету это, в общем-то, довольно страшное соломенное чучело. Вначале Владимирский пытался нарисовать несимпатичного Страшилу — с нахмуренными бровями, оскаленным ртом, черной дырой вместо носа и ведром на голове. Но почти сразу решил, что такой Страшила детям не понравится. Ведро он заменил на мягкую соломенную шляпу, оскал — на улыбку, хмурые брови — на широко распахнутые ресницы, а дырку от носа заделал заплаткой. В таком виде Страшила и попал на обложку первого тиража нового издания «Волшебника Изумрудного города».

«Ха-ха-ха, какой страшный!»

Леонид Владимирский не любил рисовать злых персонажей. Над рабочим столом в его мастерской даже висела табличка «Ха-ха-ха, какой страшный!» — чтобы помнить о том, что даже негодяев в детских книгах надо изображать с юмором. Когда он придумывал образ злой волшебницы Арахны для книги «Желтый туман», все никак не мог найти подходящий образ (большинство его персонажей срисованы с друзей и родственников). В поисках старухи, которая могла бы «сыграть роль» великанши Арахны, управлявшей племенем гномов, он часами катался в метро, сидел на вокзалах и бродил по городу. Приносил эскизы Волкову, но тот отвергал их один за другим.

Это продолжалось до тех пор, пока однажды вечером Владимирский не встретил во дворе свою соседку по коммуналке и его не осенило: «Так вот же она!» Он набросал эскиз, сразу же одобренный Волковым, потом задумался — что будет, если соседка случайно увидит себя в книге и обидится. Художник решил признаться сам, пришел на кухню, сказал:

— Марья Алексеевна, у меня вот новая книга вышла, посмотрите — и раскрыл на странице, где была нарисована Арахна.

— Похожа, — ответила та. — На соседку из шестой квартиры. Такая же противная.

«Значит, очень хорошо жизнь свою я прожил»

Леонид Владимирский много лет руководил изостудией в республиканской детской библиотеке, где занимались дети от 6 до 12 лет. И считал, что главная задача родителей, которые заметили у своего ребенка способности к рисованию, — постоянно подсовывать ему бумагу и фломастеры, никогда не критиковать, развешивать все рисунки по стенам и говорить всем гостям: «Вот, смотрите, как рисует мой художник».

Практически в каждом интервью (а в 80-х и 90-х годах он, самый популярный детский иллюстратор страны, раздал их немало) Леонид Викторович рассказывал историю о «возрасте души». У каждого из нас, считал он, есть свой «возраст души», который определяет, сколько человеку лет на самом деле, а не по паспорту. Так, художнику Игорю Ильинскому, который иллюстрировал «Робинзона Крузо», «Остров сокровищ», книги Майн Рида и Фенимора Купера, всегда было 15. Самому же Владимирскому — не больше 7–9.

Леонид Викторович очень любил ходить на встречи с маленькими читателями — заряжаться энергией «своих»

— Бывают молодые старички, которым ничего не интересно. А бывают взрослые, которым интересны сказки. Вот мне интересны. Поэтому мне легко рисовать для детей. Я соответствую. Рисую самолет — и урчу мотором, как ребенок.

Не желая расставаться со своим любимым персонажем, которого он на протяжении всей жизни дорабатывал (когда дочка выросла, рисовал Буратино сначала с внучки, а потом с правнука), в 75 лет Леонид Викторович написал продолжение «Золотого ключика» — книгу «Буратино ищет клад». Еще через год, в 1996-м, — «Буратино в Изумрудном городе», в котором объединил родные для себя сказочные миры.

В 2010 году, накануне своего 90-летия, в интервью порталу «Правмир» Леонид Викторович признался, что больше не может рисовать:

— Я был профессиональным художником, но глаза устали. И сейчас я пишу стихи. Есть у меня стихи о том, как маленькая девочка подарила мне за мои картинки сушку. Случай с сушкой действительно был. Это случилось после моего выступления в семейном детском доме:

Леонид Викторович Владимирский умер 18 апреля 2015 года в Москве, в возрасте 94 лет. Суммарный тираж книг с его иллюстрациями превышает 20 миллионов экземпляров.