Подростки, их взросление и досуг и мечта идиота-орнитолога
Блоги10.07.2021

Подростки, их взросление и досуг и мечта идиота-орнитолога

Прочитала хорошую статью о подростках и их досуге, который даже в Москве толком не продуман и не устроен. Далеко не везде создана подходящая инфраструктура и есть места, в которых тинейджеры могли бы на законных основаниях проводить свое время, общаться, знакомиться друг с другом, заниматься уличными видами спорта, слушать свою музыку, танцевать. Основную тенденцию социума можно выразить кратко — гнать отовсюду этих бездельников. Дескать, могли бы и чем-то полезным заняться. Уроки выучить, например, маме помочь, мусор вынести хотя бы. Зачем им вообще в стайки сбиваться и шарахаться по району? Без явной цели и смысла, а, главное, общественной пользы?

Что интересно, многие комментаторы вспомнили свой переходный возраст и то необъяснимое стремление оказаться вне дома, просто на улице, чтобы просто болтать о чем-нибудь с другими сверстниками. И даже не взамен правильной жизни с кружками-секциями-олимпиадами, а именно вместе с ней, на параллельной основе. И что ради этой возможности нарезали километры по району в зимний мороз, забегая погреться в вестибюль метро или какой-нибудь магазин, потому что посидеть особенно негде было.

И я свою нелегкую юность вспомнила. Кстати, она ни у кого легкой не бывает. Иногда просто затяжной. Тринадцать лет, взрослеющая на глазах подружка-одноклассница Ирка, ее подкрашенные реснички, новые туфли на небольшом, но каблучке и невероятные, цвета загара, капроновые чулки. И соседский, старший по возрасту, высокий парень Гена, объект нашего обожания… Какая тут учеба? На какой-то период захваченности этим стремительным взрослением все остальное из головы вылетает, как пробка из бутылки шампанского. Учеба побоку, родителей не слышишь, потому что в голове всезаглушающая весенняя песнь любви… Страстно хочется каблучки и капрон цвета загара. И чтобы Генка не только с Иркой уединялся на лестничной клетке. А Генка, токующий тетерев, тоже не слышит, как мать зовет домой…

Позвольте заметить, что все это выглядит несерьезно с точки зрения взрослой зрелой особи, но в тринадцать лет это образ жизни, способ существования, этап, который не отменишь, и его нужно прожить. Он занимает какое-то время. Из него выходят короли и королевы двора, высокостатусные девочки и мальчики, и все прочие, с распухшим комплексом неполноценности и душевной болью, которая рвет на части изнутри и требует какой-то радикальной перемены, которая сделает тебя пусть не королевой, но кем-то важным и необходимым в том единственно важном сейчас сообществе сверстников.

Кто-то, горько вздохнув, вернется в свой дом, в школу и грызет гранит наук дальше, довольствуясь парой подружек или друзей. Потом, в универе или колледже, кто-то из них пойдет в туристический поход или на велокросс, музыканты собьются в группу и устроят квартирник, иные устроятся на работу параллельно с учебой и там найдут новых друзей, с которыми так здорово в минутки перекуров ощутить восхитительное единение вне статуса, когда просто всем вместе очень хорошо. Особенно это здорово вечером вокруг костра в походе, когда не обязательно что-то говорить, а можно просто блаженно щуриться в пламя и чувствовать справа и слева своих товарищей.

Кто-то остается во дворе, ведь учиться давно неинтересно и становиться непонятно кем совсем не хочется. Дома невыносимо оставаться, потому что ты больше не милая зайка для своих родителей, а вечный козел отпущения. И ты выходишь за пределы своего дома и встречаешь таких же отщепенцев. Задача номер один — избавиться от страшного напряжения, в котором приходится жить, соблюдая хотя бы некоторые условия договора со взрослой частью мира. Для этого подходят жаркие вписки, рок-тусовки со слэмом, вещества, с которыми тебя знакомят на встречах. Сначала это сигареты, потом вэйпы и косяки, потом таблетки и шприцы…

Эти кто-то — большая часть подростков на многих районах. Судьбы складываются по-разному, но многих из 90-х годов уже просто нет с нами. Ряды нынешних уличных тусовщиков тоже редеют быстро. Современные дизайнерские наркотики сводят с ума и сильно ускоряют уход в мир иной. Бывшая королева двора лежит в наркологии или психиатрической больнице, а у короля случился передоз с летальным исходом.

Их субкультура меняется не по дням, а по часам. Причем, меняется на уровне дани моде, их моде и особенностей сленга. Риторика и суть остаются прежними: протест против всего, что прежде составляло основу их жизни, послушанию родителям, учителям, обществу. Каков смысл этого протеста? В сепарации, вылете из гнезда, освоении своего крыла. По-другому повзрослеть невозможно. Это опасно, не все уверенно становятся на крыло, в каждом поколении есть множество слётков, упавших на землю и оказавшихся в опасности.

Порой они отказываются продолжать заниматься тем, что самим нравилось — танцевать, петь, заниматься спортом. Только потому, что это связано с системой необходимости подчинения, несвободой. Главный месседж переходного возраста — свобода во всех формах, от всего сразу. Складывается впечатление, что чем послушнее и лояльнее был ребенок, тем жестче он готов отрываться, став подростком.

Тусовки, вписки, алкоголь, наркотики, секс. Почему именно это ассоциируется у них со свободой? У взрослых, кстати, тоже. Только взрослые тусовки и вписки звучат как баня, охота, сауна и далее в том же духе. Может, это представление о свободе мы сами им транслируем, в самом широком плане, с экранов телевизоров, например, а потом удивляемся: какая хорошая девочка была, а теперь полная оторва.

Вот как 16-летняя девушка, активная тусовщица, рассказывает о себе в интервью корреспонденту журнала «Нож»:

«Нам сейчас в молодости кажется, что мы потусуемся, и в будущем нам это не аукнется — это охренеть как аукнется. Даже у меня бывают иногда какие-то перепады настроения: горю какой-то идеей, очень хочется что-то сделать, а через полчаса у меня полное безразличие и апатия, я просто лежу, и единственное, чего мне хочется, — смотреть в потолок и плакать. И я понимаю, что на это повлияло — это всё какие-то мои ошибки. Глупо говорить, что это ошибки молодости, потому что моя молодость еще не закончилась, я могу реально что-то крутое успеть сделать еще, но я за свои шестнадцать лет совершила очень много ошибок.

Возможно, я не пробовала бы наркотики, не приезжала бы на Китай-город, не знакомилась бы со многими своими знакомыми. Если бы меня сейчас мотнуть на четыре года назад, показать мне, двенадцатилетней, вот это всё, я не бросила бы спорт. Я бы не забивала на учебу, сейчас я пытаюсь учиться, но это очень тяжело, потому что у меня все эти тусовки были. У меня очень большой пробел в знаниях, который я пытаюсь заполнять — это очень тяжело, но получается. Просто надо всегда думать головой. Я начала очень рано это всё — в двенадцать, да даже в одиннадцать лет я начала курить, бухать. В тринадцать лет я попробовала наркотики» (вся статья).

Девочка описывает состояние подростка, которое называется опьянение свободой. Оно возникает у детей, которые жили в слишком строго регламентированных рамках, а врожденный темперамент требовал освоения окружающего пространства.

Есть родители, которые, понимая это, дают разрешение своим детям на общение со сверстниками вне дома. Потом кусают локти, потому что назад не отменишь. Есть родители, которые до последнего держат детей в узде, и те все равно сбегают на волю. Невозможно полностью застраховаться от опасностей опьянения свободой, никакой самой гуманной или жесткой педагогикой.

И теперь самое время вернуться к параллелям из области орнитологии. Вот фрагмент статьи о птичьих слётках:

«В этот период, конечно, непростой, конечно, опасный, как и для любого другого подростка — молодые птицы еще только учатся летать и познавать мир. В это время они часто сидят на земле или пытаются неуклюже карабкаться по ветвям деревьев, перепархивая порой на небольшие расстояния. Но все это совершенно нормально и является неотъемлемым этапом взросления. Важно понимать, что всегда где-то рядом с птенцом находятся его родители, которые вовсе не бросили его. Они еще долго будут присматривать за своими отпрысками, учить их „уму-разуму“, защищая по мере сил от опасности… В случае опасности взрослые птицы подают слёткам короткий сигнал, и птенцы затаиваются, прячутся» (вся статья).

Вряд ли правомерно на все 100% использовать аналогию с жизнью птиц, но в этом что-то есть. Подростки, как и птичьи слётки, оказываются вне дома-гнезда по одной и той же причине — что они уже могут это сделать. Поэтому в более выигрышном положении все же те семьи, где со вниманием относятся к мнению и переживаниям ребенка, строят планы с учетом реальности ребенка, позволяют экспериментировать с внешней реальностью, например, бросить спортивную секцию и какое-то время (о, ужас) вообще ничем не заниматься. Мы боимся, что от безделья они окажутся на улице, но улица в детстве действительно нужна всем, особенно когда они еще способны с увлечением гонять мяч и играть в прятки. А наша задача — вовремя подать сигнал опасности и сделать это так, чтобы подросток нам поверил. Чтобы они чувствовали себя вправе призвать нас на помощь.

А вы видели, как грачи отправляются осенью на юг? Я однажды видела, и это было замечательное зрелище. На вид они все были одинаковые — все взрослые. Но вот одна птица подскочила к другой, и та широко раскрыла клюв, а первая что-то сунула в него. Это был птенец и кто-то из родителей! Перед серьезным перелетом, когда все уже взрослые, родители зачем-то продолжают делиться своим ресурсом с детьми. Необходимости в этом, похоже, нет, но какой-то смысл ведь должен быть. И уж коль птицы так опекают своих слётков и даже взрослых птенцов, то не зазорно и людям проявлять ритуальные знаки внимания и оказывать настоящую поддержку в случае необходимости.

И еще — хорошо бы вернуть детям дворы, убрать из них стада личных автомобилей (куда — вопрос, на загнивающем западе строятся парк-хаусы в несколько этажей), устраивать повсюду не только горки и песочницы для самых маленьких, но и спортивные площадки для старших детей. Вернуть на улицы ДНД, добровольные народные дружины, чтобы присматривать за детворой из своего двора по вечерам. В каждом квартале вместо одного из супермаркетов сделать Дом детского досуга и творчества, переобучить продавцов в воспитателей (а это мамы той самой детворы). Дать хорошую зарплату инструкторам по туризму и спортивному ориентированию, чтобы в каждом квартале это было. Сделать все это для детей бесплатным и доступным. Вернуть им нормальное детство, чтобы не тянуло их потом на помойки и баррикады. Мечта идиота-орнитолога?

Читайте также
Комментариев пока нет
Больше статей