«У кого власть, тому и заботиться о чужой свободе». Директор школы — о субординации и не только

Основать свою школу, найти подходящих учителей и выстроить свою образовательную траекторию — это большой труд. Юлия Силинг — директор частной школы «Муми-Тролль» и учитель литературы со стажем больше 25 лет. Она поделилась с нашем блогером Натальей Ступиной своими мыслями по поводу целей школы и дала несколько советов молодым учителям.

«Школа — место встреч»

В наше время, когда школа точно не эксклюзивный источник информации, более того — информации в пространстве чаще всего больше, чем человеку надо, вопрос «зачем нужна школа?» перестает быть риторическим. Я считаю, школа — это прежде всего место встречи. Ученика с учителем, как носителем иного взгляда на жизнь. Эта встреча дает ученику возможность не просто получить знания, но понять, зачем и как люди их получают и что с ними потом можно делать. Это место встречи учителя с учеником — чтобы увидеть, как можно иначе, где, то, что казалось тебе очевидным, как минимум спорно, где ты забыл о том, что на самом деле можно все и лететь вместе.

Это место встречи учеников друг с другом — чтобы увидеть, какие бывают люди и какой я, понять, что твое, а что — нет, научиться спорить и прощать, отстаивать свое и смиряться с недостатками друга, любить и верить, что ты любим.

Школа помогает человеку встретиться с самим собой. Потому что образование — это постоянное действие, постоянное изменение, выбор из множества вариантов и испытание твоих самых разных качеств и идей. Школа нужна, чтобы учиться понимать, кто ты, как тебе надо, а как нет, что в тебе крайне важно сохранить до ста лет, и куда хотелось бы развиваться. Как принимать себя и растить в любви.

Свою школу я решила открыть, потому что спорщик. Я работала в очень хорошей школе, но все равно часто думала — нет, здесь все не так! Вот судьба и сказала не без ехидства: «Пробуй, дорогая, если думаешь, что знаешь, как надо». Я остановилась на обычном формате уроков — дети и учителя работают по расписанию, урок длится 40 минут. Почему я не стала ничего менять в этой классической схеме:

• В школе много людей и предметов и все разные. Мне кажется, традиционное расписание лучше всего позволяет соблюсти баланс в развитии: сделать его равномерным и разностороннем.
• В школе много непредсказуемости и для ученика, и для учителя, потому что много людей в тесном взаимодействии. Если где-то можно дать стабильность — лучше дать, чтобы была психологическая опора, уменьшающая тревогу.
• Традиционной формы урока не существует. Да, у нас есть 40 минут, которые этот взрослый и эти дети точно проводят вместе и посвящают конкретной области знаний. Но что они в это время делают? Да что угодно! Все, что на пользу делу и в радость участникам.

«У взрослого есть власть над школьником»

Разным людям важно определять ту дистанцию в общении, которая удобна обоим. Потому что нет абстрактного учителя и ученика, есть два конкретных человека и их уникальные отношения. Дистанция — это про безопасность, и пусть для каждого она будет такой, чтобы человек чувствовал себя спокойно и уверенно. И выстраивается она по меркам того, кому надо отойти подальше. С другой стороны, отношения — это про встречу, радость, новое. И, если люди хотят дружить — это здорово. Для меня дружба с моими учениками — драгоценнейший и необходимый опыт, и я очень благодарна тем из них, кто подарил мне ее.

При этом важно, чтобы и в дружбе взрослый оставался взрослым. И есть то, что я расскажу о себе своему взрослому другу, и никогда не расскажу школьнику. Тут вынужденное неравенство: у взрослого есть власть над школьником, школьнику трудно отказать преподавателю, поэтому работа старшего — не ставить младшего в положение, когда он вынужден делать то, что не хотел бы.

Я даже в соцсетях никогда не позволю себе первой предложить ученику зафрендиться

Только принимаю их заявки. Потому что у кого власть, тому и заботиться о чужой свободе. И нет, я не считаю, что субординация помогает поддерживать дисциплину, так это не работает. С помощью субординации можно заставить сделать внешнее действие: написать, замолчать, отдать. Но нельзя внутреннее — понять, полюбить, научиться, интегрировать в свою картину мира — то есть получить образование.

Вот, например, телефоны: мне удобно, что на уроке литературы я могу попросить учеников быстро посмотреть какую-то забытую дату или открыть текст, который нам внезапно пришло в голову сравнить с тем, что изучается на уроке.

Многие ребята сейчас используют телефон в качестве рабочей тетради, пишут там заметки, это же тоже хорошо — тетрадки и листочки они потеряют, телефон — вряд ли. Но я могу представить ситуацию, когда конкретного человека я попрошу на этом уроке телефон убрать. Потому на уроке надо сосредоточиться, а телефон, конечно, может отвлекать. Но если вдруг у меня народ массово в телефоны полез не по делу — значит, это во мне проблема, не в детях. Надо не телефон отбирать, а разбираться, что не так, урок переделывать.

Мой совет молодому учителю — не бояться. Точно знать, что первое время многое не будет получаться и это нормально. Ходить на чужие уроки и звать коллег к себе — учиться. Точно знать, чему и зачем он хочет научить детей. И да, хотеть чему-то научить, потому что это есть в программе — неправильно. Быть собой, не врать. Любить то, что делаешь, видеть в этом смысл. Видеть детей, думать о них как о разных людях, испытывать к ним как минимум любопытство.

Фото: Syda Productions / shutterstock / fotodom