«Мы должны измениться»: учитель с 38-летним стажем — о новом поколении детей

Начало учебного года для педагогов — всегда непростое время: надо разобраться с расписанием, настроиться самим и настроить детей на рабочий режим, подготовить планы уроков, изучить изменения в программах. Но помимо этих задач перед учителями возникают и другие сложности. Например, поиск ответа на вопрос: «Как найти подход к ребенку?» Размышляет об этом наш блогер, учитель математики из Латвии и многодетная мама Майя Тараховская.

Мы — учителя из прошлого века. А дети, которые сейчас идут в школу, — это дети нового тысячелетия. И если бы государство наше по-настоящему заботилось о школах, оно бы пересмотрело программы, зарплаты, учебники, программы подготовки учителей в вузах, а главное — саму педагогическую систему. Да, ее пора менять! Потому что к нам в школы приходят совершенно другие дети — их нельзя учить так, как когда-то учили нас с вами. Они требуют нового, иного подхода.

Эти дети точно знают, чего хотят и от жизни, и от нас, учителей. Они идут к намеченной цели и, как правило, добиваются ее. Они в большинстве своем прагматичны — даже в Деда Мороза не верят! Они талантливы — все без исключения! А неумение раскрыть их способности — это наша проблема, взрослых. Но у этих детей есть одна особенность: все таланты и способности проявляются, если учителям и родителям удается достучаться до их эмоций и чувств.

Я знаю, как это непросто, потому что я работаю не только учителем, но и мамой. У меня три сына, самый младший, Даня, родился, когда нашим старшим сыновьям-близнецам было по 15 лет.

Даник принадлежит к совершенно другому поколению. Он настолько отличается от братьев, что нам с мужем казалось, будто до третьего сына у нас и детей-то не было. Более того, я, человек с педагогическим образованием и многолетним опытом работы в школе, поняла, что ничего не знаю о воспитании современных детей. Сложности у нас с сыном возникали с самого его рождения, но настоящие проблемы появились, когда Даня пошел в школу.

К шести годам он умел читать и считать до десяти и даже до ста. Но к школе сын оказался не готов. Он мучился целый год, весь первый класс, и даже хороший понимающий учитель не смог помочь ему адаптироваться в этой новой реальности.

Школа для маленького человека — это целое государство со своими законами, с другими традициями и такими же непонятными жителями, как и он сам. Ребенку сложно. Вспомните, каково было Гулливеру в стране великанов?

Мне до сих пор страшно вспоминать его первый класс. К счастью, сын оказался умнее нас, взрослых: он попросил меня перевести его в другой класс. Мы с мужем сопротивлялись как могли. Я работала в той же школе, где он учился. Меня не могло не волновать, как посмотрят на всё это «безобразие» с переводом ребенка коллеги: учитель забирает ребенка от одного учителя и переводит к другому! Мне почему-то было очень стыдно. Но мы в конце концов решились.

Тяжело было всем: учителю, от которого он ушел (и я ее понимала — уход ребенка из класса всегда сильно бьет по учительскому авторитету), и учителю, к которому он пришел. Но особенно тяжело было Дане.

Ребенок уходил из дома, плакал и говорил, что не хочет жить

Мы с мужем не знали, что делать: школу ненавидел, нас боялся, никого не принимал. Спасало одно: у меня была твердая вера в то, что эта ситуация дана нам для того, чтобы мы поняли для себя что-то очень важное.

Именно в этот сложный момент нашей с мужем жизни к нам в школу со вторым семинаром приехал Шалва Амонашвили. Я увидела и услышала в его повествовании выход из сложившейся ситуации, окунулась в совершенно иной педагогический мир — мир без насилия над личностью ребенка. Я тогда поняла и приняла безоговорочно: менять нужно не ребенка, меняться должны мы сами. Не надо бояться отказываться от стереотипов и перечеркивать весь свой предыдущий опыт — неважно, родитель вы или учитель.

Меняться непросто. Но ради детей, таких непохожих на нас, мы должны постараться. Когда я поняла, что менять надо не сына, а подход к его образованию, всё получилось. Наш Данька захотел учиться. Если в конце первого класса он читал хуже всех детей, то в конце второго он перебрался в середину списка, а в четвертом попал в тройку лучших!

Сейчас я советую родителям своих учеников: не мучайте ребенка! Если ему плохо, некомфортно, он не хочет идти в школу — прислушайтесь! Иногда не получается найти общий язык с педагогом, иногда не принимает коллектив, иногда ребенок сам не принимает окружающее его общество. Есть дети, которые вообще могут обучаться только индивидуально: один ученик — один учитель.

Важно, чтобы ваш ребенок чувствовал себя уверенно и комфортно. Важнее этого ничего нет. А мы, взрослые, как-нибудь потерпим и приспособимся. Коллеги, хорошего вам учебного года! Удачи и терпения.

Иллюстрация: Alina.Alina / Shutterstock / Fotodom