Совсем не для детей: как Памела Трэверс разочаровалась в успехе своих книг
Про совершенную няню Мэри Поппинс знают все дети мира. А знаете ли вы что-то про автора этой истории? Оказывается, Памела Трэверс вообще не считала книгу о Мэри детской и даже расстроилась, что взрослые так и не поняли, кому она на самом деле предназначалась. Наш блогер Ирина Дубровина рассказывает о жизни одной из самых скрытных писательниц Британии.
Памелу Линдон Трэверс называют «темной лошадкой» британской литературы. Она окружила свою жизнь тайнами и казалась окружающим своенравной особой с завышенной самооценкой. Ровно поэтому писательницу любили гораздо меньше, чем Мэри Поппинс — героиню прославившей ее книги.
Миф или правда
Рассказывать о своей жизни Памела Трэверс не любила. Она придумала о ней столько мифов, что биографы до сих пор гадают, где правда, а где выдумки. Кстати, изобретать свою жизнь заново она начала ещё в раннем возрасте. И началось все с имени: при крещении будущая знаменитость получила имя Хелен Линдон. И фамилия у нее была другая — Гофф. В детстве девочка настаивала, чтобы ее называли Гинти. А когда в подростковом возрасте ей понадобился псевдоним, от прежнего имени осталось только «Линдон». «Памела» ей понравилось из-за благозвучности. «Трэверс» — в память об отце.
Вторым фактом, о котором не знали даже самые близкие друзья Хелен/Памелы, стало место рождения писательницы. Ее подруга, писательница Дженни Коралек, однажды отметила в интервью, что никто и не догадывался о том, что родной город Памелы — Мэриборо, пока та сама в этом не призналась. Зачем ей это было нужно? Возможно, как и Мэри Поппинс, она не хотела рассказывать о своей волшебной стране: «Разве вы не знаете, — фыркнула Мэри Поппинс, смерив их взглядом, в котором явственно читалось сожаление, — что у каждого человека своя собственная Волшебная страна?».
Возможно, выдумывать свою судьбу девочка стала, чтобы уйти от того, что ждало её в реальности. Памела рано узнала, что значит груз ответственности. Отец умер, когда ей было семь. Мать, оставшаяся с тремя детьми, совсем отчаялась и в одну из ночей, пока будущая писательница развлекала малышей выдуманными историями, попыталась утопиться. Она выжила, но в тот день девочка ясно поняла, что теперь она — глава семьи.
Позже она говорила, что ощущала себя в тот период наседкой. Ее Мэри, кстати, тоже любила птиц: «Мэри Поппинс всех без разбора птиц называла „голубчиками“, но вовсе не потому, что особенно выделяла голубей, а по той простой причине, что все птицы, как она сама заявляла, были ей одинаково милы».
В 16 лет Памела работала стенографисткой, чтобы помочь матери свести концы с концами
Попутно писала очерки, стихи и короткие заметки в местную прессу и даже опубликовала несколько стихов весьма фривольного содержания в женском издании «Триада». Позже ей поручили вести в журнале колонку «Женщина наносит ответный удар».
Когда девушке исполнилось 17, она отправилась в Сидней. Занималась танцами, не пропускала в столице ни одного спектакля и грезила сценой. Трэверс удалось попасть в театральную труппу, но дохода, достаточного для помощи семье, театр не принес, да и родственники актерство не одобряли. Поколесив шесть лет по Австралии и Новой Зеландии, Памела решила уехать в Британию и всерьез заняться литературой.
Писательство и «шпионаж»
Первая книга Памелы называлась «Московская экскурсия». Это небольшой сборник эссе в виде писем неизвестному другу о том, как она путешествовала по Советской России. Почему молодая журналистка из Лондона отправилась в страну, пережившую революцию? Некоторые исследователи творчества британской писательницы всерьез утверждают: по заданию британской разведки.
Конечно, точных данных ни у кого нет, но у писательницы явно был талант шифровальщицы. В книге нет ни одного настоящего имени, только псевдонимы, отдельные буквы или номера. Зато неприкрытого сарказма, иронии и скептицизма — хоть отбавляй: «Возьми револьвер! — советовали мне. Но зачем — чтобы палить по русским или на крайний случай застрелиться самой?». Примечательно, что в России книгу напечатали лишь спустя 82 года после выхода в Британии. Догадываетесь, почему?
В том же году появляются первые истории о Мэри Поппинс: публика и критика в восторге. А сама Памела — разочарована. Публика, по мнению Трэверс, неверно поняла её посыл и приняла историю за детскую сказку. Памела же планировала, что книгой будут зачитываться взрослые. В разговоре с приятельницей она с сожалением заметила, что взрослые потеряли способность видеть чудеса в обычной жизни: «Я была очень рада, что рецензии на мою книгу публиковали взрослые газеты, ведь я никогда не считала „Мэри Поппинс“ детской книжкой».
И всё же, свою героиню и рассказы о ней писательница очень ценила. Прочувствовать отношения Памелы к Мэри Поппинс не повезло Уолту Диснею, который, на свою голову, пообещал дочери снять фильм о няне-волшебнице. За двадцать лет создателю Диснейленда пришлось вытерпеть многое. Автор отстаивала свою версию и не соглашалась на хитроумные придумки режиссера.
На премьеру фильма Дисней Памелу не пригласил, но строптивая британка приехала сама
Во время сеанса она расплакалась, назвав фильм «оскорбительной пощечиной». Трэверс писала подруге, что в фильме все искажено до такой степени, что она сомневается, захочет ли еще что-то написать о Мэри: «Фильм — чересчур приторная постановка моей книги. Моя Мэри никогда не была такой милой. Все слишком легко, слишком банально и счастливо».
Амбициозная англичанка все же «сохранила лицо» и формально похвалила создателей фильма, но обман не простила и с Диснеем больше не работала. Ну а кто бы стерпел, что авторские правки просто «забыли» внести?
«До свидания, Мэри»
Памела оставила очень строгие инструкции о том, как все должно быть устроено после ее ухода. Запретила устраивать панихиду и размещать мемориальную доску в месте захоронения. Никаких сообщений в прессе и речей. И все же, в тот день, когда ее не стало, сотрудники компании Дисней разместили в отраслевой прессе постер, на котором был изображен Микки Маус в слезах, наблюдающий, как улетает Мэри Поппинс.
До конца жизни Памела никогда ничего не объясняла о себе. Как и Мэри Поппинс. Очень не хотела, чтобы появилась ее биография. Думаю, это уловка. Ведь если вы не хотите, чтобы о вашей жизни писали, то ничего и не храните. Я имею в виду основное правило: уничтожить документы, дневники, фотографии. Однако все свои бумаги Памела завещала Австралийской государственной библиотеке в Сиднее.
Книги о жизни загадочной писательницы все-таки появились. Две написала журналистка из Сиднея Валери Лоусон, еще одну, в соавторстве с другими литераторами, подруга Памелы — Дженни Коралек. Все произведения разные, но очевидно одно: книги изменили представление читателей о несгибаемой Памеле Линдон Трэверс, но все ее тайны они так и не раскрыли.
Вы находитесь в разделе «Блоги». Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.
На обложке: Памела Трэверс в роли Титании в пьесе «Сон в летнюю ночь»
Популярные комментарии
Евгения СамотохинаТо что отрицательные оценки нужны — я согласна, но здесь должен быть ряд факторов: 1) как по мне текущая система оценки (пятибалльная, а по факту четырехбальная) — не то чтобы объективная. Особенно чувствуется на объемных заданиях в старших классах, когда в тексте на 2 страницы допустил 2-3 ошибки и пооучаешь тройку. Как по мне система должна иметь разбивку хотя бы в 10 баллов. 2) Часто каждый учитель сам определяет как оценивать ученика. Если с точными науками и каким-нибудь диктантом ещё более-менее понятно, то с более творческими заданиями, пересказами вообще непонятно — у одного учителя ты получаешь 5 у другого за пересказ того же качества — 3.
«Двойка должна жить». Учитель — о том, почему плохие оценки нужны детям
АнастасияДа уж… Уважительное общение не включено в общеобразовательные стандарты и экзаменационные вопросы. Можно иметь аттестат и даже не один диплом, но при этом оставаться полнейшим хамом. Системный кризис.
«Короче, училка, варежку свою закрой». Топ-20 цитат из переписок родителей с учителями, от которых волосы встают дыбом
Виктория ИльинаА может, пора честно посмотреть на проблему не только глазами учителя? Учитель жалуется: слишком много часов, слишком много отчётности, слишком много требований сверху. И с этим трудно спорить. Но есть один неудобный вопрос: а не является ли сама школа частью проблемы, которую она годами создаёт? Попробуйте хотя бы на минуту посмотреть на ситуацию глазами ученика. Этот ребёнок, которого сегодня заставляют заучивать километры информации «для галочки», завтра станет взрослым человеком. Возможно, чиновником, руководителем, тем самым человеком, который будет писать новые стандарты, программы и инструкции для школ. Не удивительно ли, что система воспроизводит сама себя? Главная ошибка многих педагогов — не в любви к знаниям. Знания нужны. Ошибка в другом: в убеждении, что ребёнку обязательно нужно загрузить весь огромный школьный багаж, не задумываясь, что из этого действительно пригодится именно ему. И когда обществу годами пытаются доказать ценность каждого килограмма ненужной информации, неудивительно, что эта работа перестаёт восприниматься как источник реальной пользы. Может быть, выход проще? Не превращать каждый предмет в борьбу за выживание. Не ломать детей и не выгорать самим. Если ребёнку ваш предмет объективно мешает сосредоточиться на тех знаниях, которые нужны ему для будущего, — поставьте законную тройку и дайте ему возможность развиваться дальше. Иногда настоящая педагогика — это не заставить выучить всё. А понять, что именно действительно стоит учить.
«Мы согласились со своим бесправием». Учительница – о том, почему ее коллеги терпят унижения
