
Учителя и родители знают о том, что дети учатся в игре, поэтому игровых методик сейчас великое множество. Но вот с пониманием предметов и интересом к процессу обучения проблем меньше не становится. Преподаватель русского языка в Японии Дарья Куматренко пишет о том, почему игры не помогают
Я тут готовлюсь к уроку… Вырезаю, разрезаю, клею, придумываю сюжет для игры, в которой дети смогут запомнить лексику и поговорить (или, как говорится, использовать её в соответствующей коммуникативной ситуации). Времени у меня, особо нет, но коллега присылает в скайп идею очередной игры, найденную в интернете: «Игра заключается в том, что учитель пишет на доске слова в единственном числе, а дети по очереди подходят к доске и пишут рядом эти же слова во множественном числе».
Игра, блестящий сюжет, азарт! Правда, в моей школе эта игра называлась «Куматренко, к доске!».
Подобные игры я коллекционирую. Самая популярная игра с карточками на закрепление лексики звучит, конечно, так: «Учитель показывает карточку, а ребёнок называет слово». Все вы её наверняка знаете.
Вот ещё одна идея для уроков английского: «В игре участвуют все ученики. Раздайте карточки с написанными на них словами. Детям надо прочитать слова и написать в тетради перевод».
Есть ещё игры подвижные. Вот, например, учебник русского языка как иностранного: «Бросая мяч, участники игры называют слово (например, банан), а тот, кто ловит мяч, подставляет к нему притяжательное местоимение (например, мой банан)».
Есть игры творческие: «Для того, чтобы ребёнок запомнил гласные и согласные звуки, можно применить творческо-игровой подход. Попросите ребёнка закрасить буквы в этих словах. Синим цветом закрашиваем те буквы, которые обозначают согласный звук, а красным — гласный».
И, конечно, настольные игры! Вот пример настольной игры-ходилки для учащихся начальной школы. На игровом поле квадратики выстроились змейкой от старта до финиша. В каждом квадратике — по одному упражнению на «вставить пропущенную букву». Обычные тексты из учебников русского языка. Бросаем кубик, попадаем на квадратик, выполняем упражнение, бросаем кубик, попадаем на квадратик, выполняем упражнение, бросаем кубик… Ни ловушек на игровом поле, ни альтернативных дорожек, ни заданий с подвохом, да и зачем они? Выстроим змейкой 20 упражнений из учебника и айда играть.
Есть в моей коллекции игры унизительные. С ними, в отличие от предыдущих, надо по-настоящему бороться, иронии тут недостаточно. Писать комментарии и объяснять авторам, что эта задумка унижает достоинство ученика, что это несмешно. Вот, например, конспект урока русского языка:
Звенит звонок, дети заходят в класс, становятся у своих парт, и учитель устраивает весёлую разминочку в игровой, конечно же, форме:
— Сядет тот, кто назовёт слово на звук «А».
— Сядет тот, кто назовёт слово на звук «У».
— Сядет тот, кто назовёт слово на звук «И».
— Молодцы. Сегодня на занятии мы вспомним эти звуки и буквы.
Я думаю, почти все почувствовали себя двоечником, который не назвал правильное слово, стоит возле парты, а остальные 30 человек на него смотрят и посмеиваются. Я против того, чтобы ученик заслуживал себе право сесть на стул.
Игровые методики применяют учителя едва ли не всех предметов, всех языков. Ребёнок познаёт мир в игре, поэтому мы возьмём дидактическую задачу, а лучше пять, впихнём их в псевдоигру без сюжета и смысла.
Игра, конечно, затрещит по швам от изобилия дидактической начинки, а дети скажут, что им скучно. Не потому, что поколение не удалось, а потому что с игровым подходом проблемы
Игры — это не то же самое, что упражнение в учебнике, но только с мячиком. В игре есть сюжет и смысл, есть азарт и желание научиться новому. В хорошую игру дети продолжат играть после окончания урока. А ещё хорошую игру придумать куда сложнее, чем хорошее упражнение.
И это куда сложнее, чем написать в объявлении о том, что английский, русский, математику и всё остальное мы преподаём с применением игровых методик. Методики-то у нас есть, а вот с игрой проблемы.
Популярные комментарии
ОльгаЧто значит стукачество? Я считаю так: если тебя никак это не касается, то об этом рассказать должны участники. Макисмум, что должен сделать ребенок — рассказать об этом родителям, чтобы взрослые люди уже решали надо ли доводить ситуацию до сведения школьной администрации. А если ребенка избили, унизили или регулярно оскорбляют, то он имеет полное право и даже должен рассказать об этом взрослым: учителю и родителям. Потому что дети сами не разберутся — это все миф, что они могут и должны разобраться сами. Может именно это учительница и имела в виду, когда говорила, что дети должны ей все рассказывать? А родители сделали из мухи слона?
Учительница поощряет стукачество в классе. Стоит ли запрещать ребенку доносить на других?
Виктория ИльинаРазговор о достойной оплате учительского труда сложнее простой формулы «надо повысить зарплаты». С главным тезисом героя статьи трудно спорить: педагог не должен думать, чем прокормить семью, и быть вынужденным добирать доход репетиторством. Но базовый уровень оплаты должен быть достойным не только в сильном столичном лицее. Хороший учитель одинаково нужен и в Москве, и в районной школе, и в селе. Право ребёнка на качественное образование не должно зависеть от места жительства. А дальше логичны дополнительные стимулы: надбавки за квалификацию, подготовку стобалльников, победителей олимпиад, серьёзные результаты учеников. Тем более статья показывает, какой труд стоит за работой с сильными и мотивированными детьми. Но есть и неудобный вопрос: насколько востребована значительная часть знаний, которые школа по единой программе обязана давать всем? Учитель здесь во многом связан требованиями системы. Однако если обучение почти не учитывает склонности и будущую траекторию ребёнка, возникает разрыв между объёмом обязательных знаний и их последующей практической ценностью. Можно сколько угодно говорить о «гармонично развитой личности», но общество в конечном счёте выше ценит то, что даёт ощутимый результат. И этот вопрос тоже нельзя исключать из разговора о зарплате учителя.
«Мы придумали делить детей на два сорта»: директор тамбовского лицея и заслуженный учитель — о культе олимпиад
Евгения СамотохинаТо что отрицательные оценки нужны — я согласна, но здесь должен быть ряд факторов: 1) как по мне текущая система оценки (пятибалльная, а по факту четырехбальная) — не то чтобы объективная. Особенно чувствуется на объемных заданиях в старших классах, когда в тексте на 2 страницы допустил 2-3 ошибки и пооучаешь тройку. Как по мне система должна иметь разбивку хотя бы в 10 баллов. 2) Часто каждый учитель сам определяет как оценивать ученика. Если с точными науками и каким-нибудь диктантом ещё более-менее понятно, то с более творческими заданиями, пересказами вообще непонятно — у одного учителя ты получаешь 5 у другого за пересказ того же качества — 3.
«Двойка должна жить». Учитель — о том, почему плохие оценки нужны детям




