
В начале нового учебного года страну сотрясли скандалы из-за внешнего вида школьников. Сначала 1 сентября в Санкт-Петербурге девочку не допустили на торжественную линейку из-за выкрашенных в синий цвет волос. Потом в Перми девочку уже с розовыми волосами не пустили на урок. Андрей Демидов размышляет, почему школьное начальство объявило войну волосам.
Инцидент в Петербурге вызвал реакцию комитета по образованию и уполномоченного по правам ребёнка, которые объяснили, что школа в данном случае превысила свои полномочия, и заверили, что инцидент исчерпан. Тем более что родители, хотя и пожаловались на произвол школьной администрации в вышестоящий орган, называть номер школы всё же не стали и явно были настроены замять скандал.
Несколько странно прозвучало предложение одной из чиновниц комитета по образованию проводить профилактические беседы с родителями, чтобы, дескать, следили за внешним видом своих детей, но в общем примирительном настрое на это почти никто не обратил внимание. А зря.
Через несколько дней скандал разразился уже в Перми, где девочку с розовыми волосами отстранили от учёбы «до устранения нарушения». В данном случае, как пояснили в городском комитете по образованию, администрация школы действовала в соответствии со школьным положением о внешнем виде учащихся, где прописан запрет не только на яркие волосы, но и на любое окрашивание и мелирование, а также «экстравагантные стрижки».
В начальной школе разгул начальственной фантазии ещё круче — в той же Перми в одной школе больше не разрешены рубашки в клетку и полоску (только однотонные), в соседней гимназии — девочкам предписано на уроках быть в «белых бантах». Всё это записано в школьных положениях.
Вопрос: в какой мере школа имеет право вмешиваться в то, как выглядят ученики (помимо СанПиНов)?
Попытка мелочно регламентировать цвет волос неминуемо потребует нормативного определения всей палитры разрешённых цветов
Запрет на «экстравагантные причёски» повлечёт за собой бесконечные разбирательства, достаточно ли данная причёска экстравагантна или можно повременить с репрессиями.
А как же школьная форма, по поводу которой ещё несколько лет назад громко ломались копья в СМИ и на интернет-форумах?
За последние пять лет заметно выросла доля россиян, поддерживающих введение школьной формы (с 66% в 2013 году до 82% в 2018 году). Такие данные приводит ВЦИОМ на основании своего недавнего опроса. Главный аргумент сторонников этого шага — тезис о том, что форма обеспечит социальное равенство учащихся (36%). Второй по значимости довод заключается в убеждении о дисциплинированности учащихся (31%) благодаря школьной форме.
Казалось бы, все карты в руки сторонникам введения формы. Однако вводить форму повсеместно власти не спешат, в немалой степени потому, что в таком случае придётся субсидировать приобретение формы малоимущими, а таковых, особенно в сельской местности, уже большинство.
В чём же тогда смысл данных унифицирующих инициатив, если запаковать всех в форму государство не может и не хочет по «финансовым» соображениям?
Не секрет, что массовая школа в последние десятилетия пребывает в некотором психозе. Прежнее принудительное советское единообразие закончилось. Формулы существования, адекватного современному многоцветному миру, в котором очень ценится индивидуальность (в том числе, в её внешнем выражении), большинство школ пока не нашли. Раздражение растёт, а тут ещё эта неожиданная политизация школьников, за которую государство пеняет «недосмотревшей» школе. В итоге охота на «запрещённые» причёски выглядит просто как повод для показательной порки. Молодому поколению ещё раз дают понять, что выделяться опасно.
Затея, впрочем, обречённая на провал. Хештег #свободуволосам набирает популярность. Разноцветный мир наступает.
Популярные комментарии
Евгения СамотохинаТо что отрицательные оценки нужны — я согласна, но здесь должен быть ряд факторов: 1) как по мне текущая система оценки (пятибалльная, а по факту четырехбальная) — не то чтобы объективная. Особенно чувствуется на объемных заданиях в старших классах, когда в тексте на 2 страницы допустил 2-3 ошибки и пооучаешь тройку. Как по мне система должна иметь разбивку хотя бы в 10 баллов. 2) Часто каждый учитель сам определяет как оценивать ученика. Если с точными науками и каким-нибудь диктантом ещё более-менее понятно, то с более творческими заданиями, пересказами вообще непонятно — у одного учителя ты получаешь 5 у другого за пересказ того же качества — 3.
«Двойка должна жить». Учитель — о том, почему плохие оценки нужны детям
АнастасияДа уж… Уважительное общение не включено в общеобразовательные стандарты и экзаменационные вопросы. Можно иметь аттестат и даже не один диплом, но при этом оставаться полнейшим хамом. Системный кризис.
«Короче, училка, варежку свою закрой». Топ-20 цитат из переписок родителей с учителями, от которых волосы встают дыбом
Виктория ИльинаА может, пора честно посмотреть на проблему не только глазами учителя? Учитель жалуется: слишком много часов, слишком много отчётности, слишком много требований сверху. И с этим трудно спорить. Но есть один неудобный вопрос: а не является ли сама школа частью проблемы, которую она годами создаёт? Попробуйте хотя бы на минуту посмотреть на ситуацию глазами ученика. Этот ребёнок, которого сегодня заставляют заучивать километры информации «для галочки», завтра станет взрослым человеком. Возможно, чиновником, руководителем, тем самым человеком, который будет писать новые стандарты, программы и инструкции для школ. Не удивительно ли, что система воспроизводит сама себя? Главная ошибка многих педагогов — не в любви к знаниям. Знания нужны. Ошибка в другом: в убеждении, что ребёнку обязательно нужно загрузить весь огромный школьный багаж, не задумываясь, что из этого действительно пригодится именно ему. И когда обществу годами пытаются доказать ценность каждого килограмма ненужной информации, неудивительно, что эта работа перестаёт восприниматься как источник реальной пользы. Может быть, выход проще? Не превращать каждый предмет в борьбу за выживание. Не ломать детей и не выгорать самим. Если ребёнку ваш предмет объективно мешает сосредоточиться на тех знаниях, которые нужны ему для будущего, — поставьте законную тройку и дайте ему возможность развиваться дальше. Иногда настоящая педагогика — это не заставить выучить всё. А понять, что именно действительно стоит учить.
«Мы согласились со своим бесправием». Учительница – о том, почему ее коллеги терпят унижения
































