Рецепт необычного краффин-кулича: он похож на кекс и на круассан одновременно
Печь можно не только на Пасху

Обычные куличи вы наверняка уже испекли, а как насчет модной краффин-версии? Редактор «Мела» и многодетная мама Людмила Чиркова поддалась на уговоры дочери-подростка и приготовила то ли маффин, то ли круассан с вишней и шоколадом.
На Пасху я всегда пеку куличи в промышленных масштабах. Чтобы и бабушкам подарить, и детям с собой в школу всю неделю после Пасхи давать в качестве перекуса. В этом году ко мне пришла средняя дочь и показала видео, в котором готовят невероятно красивый кулич, больше похожий на нечто среднее между круассаном и маффином. Я приняла вызов и приготовила краффин. А заодно изучила вопрос.
В теории краффин-кулич — это и правда нечто среднее между куличом, круассаном и маффином. Но, как по мне, выпечка больше похожа на синнабон, просто с классической для кулича начинкой. Я решила заменить приевшиеся цукаты и изюм на вишню и сдобрить ее шоколадом. Получился полный восторг.
Для опары:
- Молоко — 120 мл;
- Дрожжи — 7 г;
- Сахар — 1 ст. л.;
- Мука — 1 ст. л.
Для теста:
- Желтки — 2 шт.;
- Яйцо — 1 шт.;
- Сахар — 80 г;
- Ванильный сахар — 10 г;
- Сливочное масло — 50 г;
- Соль — щепотка;
- Мука — 350 г;
- Сливочное масло для смазывания — 60 г;
- Цедра апельсина — 3–4 ч. л.;
- Вяленая вишня — 100 г;
- Шоколад — 80–100 г.
- Краффин печется из дрожжевого сдобного теста, так что первым делом готовим опару. Всё по классике: сухие дрожжи высыпаем в миску, добавляем пару ложек сахара, вливаем разогретое до 40 градусов молоко (10–20 секунд в микроволновке будет достаточно) и добавляем пару ложек муки. Всё это перемешиваем вилкой, накрываем полотенцем и оставляем на 15–20 минут.
- Вишню заливаем горячей водой буквально на пять минут. После хорошенько промываем под холодной проточной водой. Апельсин моем и снимаем с него цедру. Шоколад измельчаем — мне нравится отправить его на полчаса в морозилку и после натереть на крупной терке. Но можно использовать и готовые шоколадные капли.
- В отдельной миске смешиваем сахар с желтками и яйцом (белки пригодятся для глазури или безе), взбиваем минут пять на средней скорости. Вливаем туда же растопленное и остывшее сливочное масло, взбиваем еще пару минут.
- В яично-масляную смесь добавляем опару. А после начинаем замешивать тесто, постепенно всыпая просеянную муку. Тесто станет эластичным и нежным, вам даже захочется подсыпать еще муки, но лучше этого не делать — иначе тесто станет слишком тяжелым.
- Готовое тесто помещаем в миску, смазанную растительным маслом (чтобы не прилипало), накрываем влажным полотенцем и отправляем на полтора часа в разогретую до 50 градусов и выключенную духовку. За это время тесто увеличится вдвое, а то и втрое.
- Делим тесто на 3 части (получится три краффина). Каждую часть раскатываем в прямоугольный пласт толщиной не больше сантиметра. Смазываем растопленным сливочным маслом. Посыпаем сушеной вишней, апельсиновой цедрой и шоколадом. Или можно сделать три краффина с разной начинкой. Главное правило: начинки не должно быть слишком много, иначе она будет вываливаться.
- Сворачиваем каждый пласт в рулет, но не в тугой, как для синнабонов, а легкий и воздушный. Накрываем полотенцем и даем отдохнуть и еще чуть подняться. Полчаса хватит.
- Теперь самое сложное. Каждый рулет разрезаем вдоль пополам, не доходя до конца 3–4 сантиметра. И начинаем скручивать его в улитку или розочку (это по сути одно и то же), но тоже неплотно! Соответственно, из одной половины рулета у вас получится основа краффина, а из второй в другую сторону вы скручиваете красивую шапочку.
- Готовые краффины помещаем в бумажные формы для выпекания куличей. Накрываем полотенцем и даем отдохнуть еще часок в духовке, разогретой до 50 градусов и выключенной.
- Всё, печем! Краффины достаем из духовки. Разогреваем ее до 180 градусов и возвращаем их обратно на 40–50 минут. Готовность традиционно проверяем при помощи деревянной шпажки — на ней не должно оставаться теста.
- А чтобы шапочка не подгорела, можно прикрыть краффины фольгой и открыть через 30–35 минут.
- Украшать краффины лучше просто сахарной пудрой, чтобы были видны красивые завитки. Но если очень хочется, можно приготовить меренгу из оставшихся яичных белков, взбив их с сахарной пудрой (на 1 белок — 60 грамм пудры) и лимонным соком, — и покрыть ею.
Фото: Anna Shalam / Shutterstock / Fotodom
Популярные комментарии
Виктория ИльинаА из-за чего, собственно, сыр-бор? Чем так возмущена родительница? Может, она желает, чтобы её чадо писало в общей тетради на 96 листов, с колечками и Телепузиками на обложке? Вообще-то школьная тетрадь — не модный аксессуар и не предмет для удовлетворения родительских эстетических вкусов. Это учебный инструмент, конструкция которого давно продумана и проверена практикой. Особенно в начальной школе, где имеют значение и разлиновка, и формат, и вес тетради. Разумеется, цвет обложки сам по себе знаний не прибавляет. Но требование единообразия — вовсе не обязательно учительская прихоть. Поражает другое: с какой поразительной лёгкостью некоторые родители превращают любой пустяк в повод для скандала! Это уже какое-то откровенное кверулянтство — непременно оспорить, потребовать, пожаловаться, вмешаться туда, где собственных педагогических познаний явно недостаёт. Невольно вспоминается старинное выражение: «Мясо твоё, мастер, а кости наши». Разумеется, не в буквальном смысле, а как отражение принципа доверия к наставнику. Родители поручали мастеру обучение ребёнка, признавая его профессиональную компетентность. Может, и современным родителям пора вспомнить, что учитель — не обслуживающий персонал, обязанный потакать каждой прихоти, а профессионал, которому следует позволить спокойно делать свою работу? Защищать ребёнка от реальных нарушений необходимо. Но превращать цвет тетради в поле битвы за родительские права — уже откровенный абсурд.
Учитель требует покупать простые зеленые тетради, остальные отказывается проверять. Что это за самоуправство?
Виктория ИльинаРазговор о достойной оплате учительского труда сложнее простой формулы «надо повысить зарплаты». С главным тезисом героя статьи трудно спорить: педагог не должен думать, чем прокормить семью, и быть вынужденным добирать доход репетиторством. Но базовый уровень оплаты должен быть достойным не только в сильном столичном лицее. Хороший учитель одинаково нужен и в Москве, и в районной школе, и в селе. Право ребёнка на качественное образование не должно зависеть от места жительства. А дальше логичны дополнительные стимулы: надбавки за квалификацию, подготовку стобалльников, победителей олимпиад, серьёзные результаты учеников. Тем более статья показывает, какой труд стоит за работой с сильными и мотивированными детьми. Но есть и неудобный вопрос: насколько востребована значительная часть знаний, которые школа по единой программе обязана давать всем? Учитель здесь во многом связан требованиями системы. Однако если обучение почти не учитывает склонности и будущую траекторию ребёнка, возникает разрыв между объёмом обязательных знаний и их последующей практической ценностью. Можно сколько угодно говорить о «гармонично развитой личности», но общество в конечном счёте выше ценит то, что даёт ощутимый результат. И этот вопрос тоже нельзя исключать из разговора о зарплате учителя.
«Мы придумали делить детей на два сорта»: директор тамбовского лицея и заслуженный учитель — о культе олимпиад
Евгения СамотохинаТо что отрицательные оценки нужны — я согласна, но здесь должен быть ряд факторов: 1) как по мне текущая система оценки (пятибалльная, а по факту четырехбальная) — не то чтобы объективная. Особенно чувствуется на объемных заданиях в старших классах, когда в тексте на 2 страницы допустил 2-3 ошибки и пооучаешь тройку. Как по мне система должна иметь разбивку хотя бы в 10 баллов. 2) Часто каждый учитель сам определяет как оценивать ученика. Если с точными науками и каким-нибудь диктантом ещё более-менее понятно, то с более творческими заданиями, пересказами вообще непонятно — у одного учителя ты получаешь 5 у другого за пересказ того же качества — 3.
«Двойка должна жить». Учитель — о том, почему плохие оценки нужны детям







