Эксперимент «Каменное лицо»: что происходит с ребёнком, когда мы не обращаем на него внимания

Что будет, если оставить ребенка наедине с эмоционально холодным и ни на что не реагирующим взрослым? Этим вопросом 50 лет назад задался американский ученый Эдвард Троник и провел свой легендарный эксперимент «Каменное лицо». С тех пор опыт повторили более 250 раз.
В 1970-х годах нейробиолог Эдвард Троник, который занимался вопросами поведенческого и социального развития новорожденных, решил проверить, могут ли младенцы считывать эмоции. Для этого в лабораторию пригласили матерей с детьми в возрасте от двух до шести месяцев и наблюдали за тем, как ребенок реагирует на разные виды общения.
Эксперимент состоял из трех этапов, между которыми мать удалялась из комнаты на несколько минут, а затем возвращалась в другом амплуа:
- Сперва матери играли и говорили со своими детьми в привычной манере. Ученые наблюдали за реакцией малыша на взаимодействие и фиксировали его эмоциональный отклик (поведение тела, издаваемые звуки).
- Далее, после перерыва, родитель возвращался с ничего не выражающим и безэмоциональным лицом. По заданию ученых в течение двух минут участник эксперимента смотрел на своего ребенка с полным безразличием и не вовлекался в игру и интерактив.
- После второго перерыва взрослый возобновлял нормальное общение с малышом и продолжал игру.
В ходе многочисленных повторений эксперимента ученые узнали, что абсолютно все дети имеют базовые представления о социальном взаимодействии и регулировании своего поведения. Когда мать или отец отказывались общаться с ними и оставались эмоционально холодными, дети поначалу пытались привлечь их внимание привычными способами — через игры, смех, крики и плач, но после нескольких неудачных попыток становились серьезными и настороженными. У них запускалось самоуспокаивающее поведение: они отстранялись и отворачивали лицо и тело от родителя.
«Что действительно поразительно в эксперименте с неподвижным лицом, так это то, что младенцы не перестают пытаться вернуть внимание родителей, — рассказывал позже доктор Троник на конференции. — Они будут снова и снова проходить через повторяющиеся циклы, когда они сперва пытаются привлечь внимание, а затем терпят неудачу, отворачиваются, грустят и теряют интерес».
Семейная травматизация
Помимо того что дети демонстрировали навыки инициирования взаимодействия и регулирования эмоций, Эдвард Троник заметил, что после череды неудачных попыток получить реакцию родителя дети впадали в апатию, состояние выученной беспомощности и, вероятно, ощущали что-то вроде потери свободы воли. Малыши переставали идти на контакт и обмякали в кресле, начинали сосать палец, руку или элементы одежды, тем самым успокаивая себя.
Результаты эксперимента подтвердили, что отзывчивые и внимательные родители способствуют развитию регуляций эмоций малыша и формированию у него безопасного стиля привязанности. Дети, у которых была налажена эмоциональная близость с родителями, демонстрировали меньше избегающего поведения и легче шли на контакт с другими людьми, в то время как малыши, чьи родители в жизни были эмоционально недоступными, быстро закрывались и уходили в себя при виде «каменного лица». Те, кто сталкивался с «каменным лицом» повторно спустя две недели, испытывали стресс и почти сразу закрывались и отворачивались от родителей.
Более поздние исследования показали, что во время столкновения с «каменным лицом» у детей учащалось сердцебиение, дыхание, потоотделение, а также рос уровень кортизола в крови (гормон стресса). Так ученые доказали, что отсутствие заботы о детях наносит ущерб не только тому, как функционирует мозг ребенка, но и может изменять саму структуру мозга, затрудняя мышление, контроль эмоций и импульсов и препятствуя формированию здоровых социальных отношений.
Эдвард Троник заметил, что чаще всего эмоционально холодные люди сами в детстве подвергались жестокому обращению или испытывали равнодушие со стороны родителей. Таким образом, взрослые повторяли паттерн и избегали близости со своими детьми. Последние годы ученый вместе с коллегами работает над обучением специалистов и разработкой терапии для родителей, которые не ощущали в детстве эмоциональной близости со значимыми взрослыми.
Периодическая невосприимчивость
Эксперимент Троника получил широкий резонанс, и его повторили во множестве разных стран. О нем писали не только в научных изданиях, но и в обычных журналах и газетах, читатели которых начали переживать, что, если они в какой-то момент не могут уделить ребенку достаточно внимания и времени, это нарушит их связь и превратит малыша в замкнутого и недоверчивого. Однако доктор Троник поспешил утешить родителей и сказал, что между постоянной эмоциональной холодностью и периодической невосприимчивостью, когда человек говорит по телефону, готовит ужин или занимается какой-то рабочей задачей, есть большая разница.
Каждый ребенок время от времени сталкивается с «каменным лицом» родителя и учится справляться с небольшой фрустрацией, когда не может сиюминутно получить желаемое. То, что дети адаптируются к «каменным лицам», подтвердил эксперимент 2008 года, который также курировал Эдвард Троник. На этот раз ученые решили посмотреть, как будут вести себя в такой же ситуации дети в возрасте 2,5 лет, и пригласили 70 пар матерей с детьми. Как и предполагалось, все дети чувствовали дискомфорт, но, в отличие от младенцев, уже могли успокоить себя каким-то понятным объяснением. Многие думали, что мама просто по какой-то причине их не слышит, и начинали говорить громче, некоторые предполагали, что мама устала или чем-то расстроена, спит с открытыми глазами или о чем-то думает. Они активнее вовлекали родителя во взаимодействие, показывали игрушки, рассказывали истории, задавали вопросы и в целом дольше пытались привлечь внимание.
Эксперимент со взрослыми
В эксперименте «Каменное лицо» участвовали не только дети. Несколько лет назад Эдвард Троник и его коллега Сью Джонсон решили поставить в заданные условия семейные пары. Одного из партнеров попросили поделиться чем-то, а второго — не реагировать и быть отстраненным. Далее ученые наблюдали за тем, как первый супруг пытался добиться внимания.
Оказалось, что взрослые используют те же методы воздействия: поначалу люди были настороженными и задавали партнеру вопросы, но, не получив ответа, проявляли раздражение, агрессию, обиду, могли начать повышать голос и даже плакать. Помимо прочего, взрослые, как и дети, быстро возвращались в спокойное состояние, когда партнер извинялся и возвращался к диалогу.
Таким образом, ученые подтвердили теорию о том, что навыки социального взаимодействия формируются в самом раннем возрасте и влияют на нашу способность устанавливать крепкие связи, доверять людям и испытывать близость.
Фото: Abstractor, Villi-Vonki, Zdorov Kirill Vladimirovich / Shutterstock / Fotodom
Популярные комментарии
Сергей ГлушковО-о-о-ха-ха-ха-ха… Тщеславие, гордыня и глупость, — вот итог 11-летнего обучения в Российской школе! Разницы в науках МГУ и периферийного вуза нет, бла-бла-бла журналистика одинакова и в Москве, и в Папуа Новой Гвинеи. И дальнейшая судьба зависит от корочки диплома на 0,1℅.
«Проходной балл — 303 из 300»: итоги приемной кампании в вузах и прогноз для абитуриентов-2027
ОльгаС Чеховым согласна. Еще Бунин и Куприн для изучения отлично подойдут. Пушкин — вполне неплохо. Гоголь — но не то, что изучают. Салтыков-Щедрин тяжеловат, но необходим и очень современен, к сожалению. Достоевского, Толстого и Тургенева оставила бы для изучения во взрослом возрасте, после школы. Кто захочет — прочитает. В школьной же программе оставила бы для изучения Булгакова, Зощенко и обязательно кого-то из современной литературы. Это все можно изучать, начиная с 7 класса. А до этого надо просто прививать детям любовь к чтению. Не вызвать стойкую неприязнь, когда они в 5 классе читают Му-му или Слово о полку Игореве, а в 6-м — Дубровского. Есть прекрасная литература для детей. Которая также учит хорошему и доброму. Но это именно литература для детей. А наши классики, уж простите, но писали ДЛЯ ВЗРОСЛЫХ читателей. У Толстого были рассказики именно для детей. У Чехова тоже есть подходящая литература, у Куприна. Их — пожалуйста. Но не Бежин луг и не Му-му
«Дети читают классику как записки о жизни инопланетян»: писатель Дмитрий Данилов — о любимых книгах и школьной программе
Юлия ЛанговаяНекоторые общественные деятели абсолютно не разбираются в уровне сложности олимпиад, которые засчитываются за БВИ, если предлагают их комбинировать с ЕГЭ (ЕГЭ + Олимпиада). Более того они даже не представляют, как организована подготовка Олимпиадников к таким Олимпиадам. Вот поинтересовались бы, посетили сборы, в которых участвуют эти одаренные дети.
Что может измениться в правилах поступления в вузы к 2027 году и при чем здесь скандалы приемной кампании – 2026







