Что делать, если вы узнали, что ваш ребёнок — булли. Да, бьёт и унижает других
Инструкция в 7 вопросах (и ответах)

Кажется, нет родителей, которые были бы готовы к такому — узнать, что их ребёнок участвует в травле или даже один из зачинщиков. Для родителей такая новость может стать настоящей травмой. Психолог Ирина Катин-Ярцева составила инструкцию, что делать в таких случаях и как помочь и ребёнку, и себе.
В этот момент мы переживаем крушение привычных представлений о себе как о мудрых и хороших взрослых и о сыне или дочери как хорошем и добром ребёнке. Первое, что хочется сказать: «Нет, этого не может быть, это какая-то ошибка. Мой ребёнок не мог так поступить. Да какая там травля, просто конфликт, поссорились, бывает». Тем более, что не всегда на виду настоящий организатор буллинга. Любой ребёнок в ситуации травли может быть «захвачен» коллективом и назначен «палачом», чтобы исполнить волю группы.
Главная задача — постараться, сохраняя спокойствие и вежливость, выяснить, что произошло. Желательно у нескольких свидетелей событий.

1. Чем же травля отличается от конфликта и неприязни? Как понять, что это и правда травля?
Главное отличие травли и её суть — согласованное и систематическое насилие, намеренное причинение вреда. Ребёнка могут бить, толкать, щипать, дразнить, доводить до слёз, унижать, обзывать, подчёркнуто игнорировать. Ему могут угрожать, отбирать, портить или прятать вещи. Всё это в отношениях неравенства — сильные атакуют слабого.
Если ошибки нет, неприятные известия подтвердились, самая естественная реакция — злость и желание наказать виновного. Злость на собственного ребёнка, учителя, который допустил травлю, на жертву («ну не просто же так именно его стали травить») или её родителей, на себя, в конце концов.
Важно сдержаться и в этом состоянии никому не навредить. Обычно родителям сложно вынести подобные эмоции в одиночку, поэтому если есть возможность поделиться с близкими, стоит это сделать.
2. Почему это случилось?
Для большинства детей важно чувствовать себя частью группы, объединяться вокруг эмоционально значимой деятельности. Если такой деятельности нет, то часто она возникает стихийно — дети могут объединиться против кого-то.
Особенно быстро это происходит в обществе, наполненном агрессией и ксенофобией. Группу охватывает азарт охоты, упоение, эйфория. Они чувствуют себя хорошими и правильными. Особенно активны в травле дети, неуверенные в себе, зависимые от оценки окружающих или даже сами пережившие опыт насилия.
Если взрослые, ответственные за работу с детским коллективом (например, учителя), не обращают внимания на происходящее или даже вольно-невольно подливают масла в огонь, ситуация усугубляется. Без помощи взрослых дети справиться с ней уже не в состоянии. Поэтому не стоит ждать, что всё наладится само.

3. И что теперь делать?
Первая и главная задача взрослых — постараться прекратить травлю. Безусловно, всем детям, включенным в буллинг, нужна помощь, причём каждому своя. Но сама травля — явление из области социальных процессов, болезнь группы, поэтому чтобы бороться с ней, нужно работать со всей группой детей. Индивидуальной работы и разговоров с ребёнком тут недостаточно.
Помимо очевидного вреда для жертвы и наблюдателей, травля плохо влияет на продуктивность группы и каждого её участника (она оттягивает на себя все эмоциональные и интеллектуальные ресурсы). Опыт безнаказанности, иллюзия своей силы и правоты вредят и самому булли. У него могут сформироваться асоциальные черты личности, а ещё быть проблемы в близких отношениях.
4. Как не надо говорить с ребёнком о травле?
Ругать, кричать, бить. Так вы подкрепляете у ребёнка уверенность в том, что мир состоит из сильных и слабых. И сильный проявляет агрессию к слабому.
Стыдить, вызывать чувство вины. Стыд и страх стыда, вина — одно из уязвимых мест булли, которые и толкают их на самоутверждение за счёт жертвы.
Давить на жалость описанием чувств, страданий жертвы. Это лишь усиливает презрение к её беспомощности.

5. А как правильно говорить об этом?
Чётко назовите то, что происходит: «То, что вы делаете — это насилие». Чаще всего дети не осознают, что происходит, для них всё может выглядеть безобидной игрой или проявлением личной неприязни. Они не видят ситуацию системно.
Попросите поставить себя на место жертвы, описывая конкретные действия: «Вот представь, ты приходишь в класс, никто с тобой не здоровается, а только хихикают между собой, глядя на тебя. Твои вещи как бы случайно роняют на пол, на контрольной тебя тычут ручкой в спину, а когда ты оборачиваешься, твои соседи громко жалуются учителю, что ты списываешь. На перемене тебя толкают и запирают в туалете, а потом прячут твой портфель, выбросив в мусорную корзину всё его содержимое».
Обозначьте отношение к происходящему: «Это серьёзная проблема, причём не только твоя, а всей группы (класса, компании). Есть проблемы, болезни, которыми болеют не люди, а коллективы. Так у вас и произошло. Нужно срочно принимать меры, вам нужна помощь».
Можно посмотреть вместе фильм о травле («Чучело», «Повелитель мух»). Посочувствуйте переживаниям ребёнка, который представил себя жертвой. Покажите пример того, как с этим обходиться — «да, это было бы тяжело».
6. Как говорить с родителями пострадавшего ребёнка?
Не перебивая и не оправдываясь, выслушайте всё, что говорят родители пострадавшего. У них сейчас много страха, возмущения и обиды за своего ребёнка. Покажите, что вы понимаете серьёзность происходящего и готовы участвовать в решении проблемы.
Расскажите о том, что вы уже предприняли (разговор с ребёнком, изучение материалов о травле и как её прекратить) и что собираетесь предпринять: найти того, кто может провести работу с группой. Это могут быть школьный психолог, директор, классный руководитель, приглашённый специалист, который умеет работать с такой проблемой. Можно сформировать группу родителей, которые возьмут на себя этот труд.

7. Как работать со всем коллективом? И кто это должен делать?
Есть опробованные и эффективные пошаговые методики работы с коллективом детей, пострадавшим от буллинга. Лучше, если с коллективом будет работать профессионал, компетентный именно в этой области, который точно не навредит своими советами (запретом на жалобы, нотациями или обвинением жертвы). Например, кто-то из команды Травлинет.
Если такого профессионала в доступе нет, то нужно найти того, кто готов взять на себя ответственность за помощь классу, изучить инструкции по работе с травлей и провести несколько бесед. Тема очень серьёзная, поэтому одной встречей с классом ограничиться не получится. А в промежутках надо тщательно следить за развитием ситуации.
Работа с классом начинается с тех же шагов, что и ваш разговор с ребёнком: назвать явление, попросить представить себя на месте жертвы, сказать, что это недопустимо. Потом идут такие этапы:
- предложить каждому ребёнку оценить в баллах своё участие в травле;
- вместе обсудить и принять новые правила группы, записать их и повесить на видном месте;
- вести ежедневный учёт (график, счётчик) позитивных изменений в группе;
- организовывать мероприятия, жизнь группы таким образом, чтобы каждый её участник мог проявить свои таланты, быть в чём-то полезным и ценным для группы.
Иллюстрации: Shutterstock (Daniela Barreto)
Популярные комментарии
Василиса ВиникОшибка в том, что у него минимальные требования по з/п 70 тыс. Можно поработать за копейки, чтобы потом всё больше и больше получать. Работа за копейки может дать опыт и/или связи, а связи могут породить рекомендации. Да, идти таким путём — это риск того, что ты долгие годы будешь мало зарабатывать. Но хорошая работа часто ищется и находится по рекомендации. Рекомендации дают человеку, который показал, что у него есть навыки и желание работать в определенной сфере. Я говорю на основе личного опыта. И помните, что работа нужна не только для денег, но и для чувства самореализованности. Допустим, у человека призвание — быть актером или редактором (любую профессию подставьте). Призвание — это как для кошки охота. Кошке нужно охотиться (или хотя бы играть в охоту), а человеку — работать по призванию. Ну что, ты не пойдешь работать по призванию просто потому, что там мало платят? А как же твоя самореализация? Если не находится работа по призванию, значит, смотрим на смежные области, где нужно делать такие действия, к которым у тебя склонности.
«Я для этого учился в МГУ — чтобы в итоге стать официантом?» История выпускника, который полтора года не может найти работу
Елена КузнецоваМы тоже проходили этот путь. С черновиками и чистовиками. И тоже бабушка. Сын здоровьем слабоват, сил мало, а нам казалось он ленится. И уроки по 4 часа это ж треш. Эмоции, крики, довели ребенка до астмы. Я маме говорю, что же мы творим, посмотри как ему плохо! Ты не даешь ему ошибаться, не даешь самому думать! Учительнице не нужна его идеальная тетрадь. Ей нужно видеть, что думает и исправляет ошибки. И мы от него отстали. Стали поддерживать. И потихоньку он выправился, естественно не по всем предметам. Потом ходил на доп занятия в центр, где работали студенты, они отлично находили общий язык со школьникам. И он неплохо сдал огэ и ЕГЭ, русский (на 73 балла!) Профиль математика, информатика, физика, химия. Сам выбрал.
Дочь на каждой контрольной впадает в истерику. Как ей помочь?
АлексейНиколаевич ПоповО вкусах не спорят, но есть понятие дресс-код. Школа это не армейская служба, но и без соблюдения дисциплины школа становится балаганом. Если внешний вид это выпендрёж, и ничем другим самовыражаться у ученика не получается, то это характеризует его не лучшим образом. В общем из внешнего вида и поведения до определенных пределов не следует устраивать холивар, но и оставлять без внимания маргинальные отклонения тоже будет показателем учительской бесхребетности. Здесь надо владеть искусством мягкой силы. Чтобы не скатываться до уровня базарной разборки, но и аккуратно демонстрировать свою позицию, то есть проявлять свои качества как воспитателя.
«Собранный хвост — признак неблагополучной семьи»: почему детей все еще выгоняют с уроков за внешний вид













