«Тяжелейший, но важный опыт». Юзефович, Горалик, Архангельский — о том, как и зачем они преподают в вузах
«Тяжелейший, но важный опыт». Юзефович, Горалик, Архангельский — о том, как и зачем они преподают в вузах
«Тяжелейший, но важный опыт». Юзефович, Горалик, Архангельский — о том, как и зачем они преподают в вузах

«Тяжелейший, но важный опыт». Юзефович, Горалик, Архангельский — о том, как и зачем они преподают в вузах

Екатерина Красоткина

2

19.11.2021

Теперь свой праздник есть не только у учителей: 19 ноября в России отмечают День преподавателя высшей школы. Линор Горалик, Александр Архангельский и Галина Юзефович рассказали, почему им нравится преподавать и чему они учатся у своих студентов.

Александр Архангельский

Журналист, писатель. Преподаёт медиаграмотность, журналистику, методы гуманитарных наук и трансмедийный сторителлинг в Высшей школе экономики

Я литератор. Я занимаюсь тем, что связано со словами: это и литература, и визуальные образы, связанные со словом, и преподавание, с помощью которого я транслирую другим свои мысли и опыт. Отделить всё это друг от друга невозможно. В самом начале перестройки я стал преподавать историю русской литературы в Ленинском пединституте. Это был тяжелейший, но важный опыт. Кампусы института были разбросаны по всей Москве. Лекции начинались в 08:30, а заканчивались в 9 вечера. И главная моя задача тогда была — согласовывать глаголы в предложении правильно, так, чтобы закончить фразу. Настолько я уставал.

В 1992 году меня позвали читать лекции об истории русской цивилизации в Женевский университет. А швейцарской системе образования присуща вариативность: в одной школе учитель мог рассказать всё про Гейне и ничего — про Гёте, в другой школе — наоборот. И потому знания теперешних студентов могли сильно разниться. В такой аудитории нужно угадывать, где может быть общее поле, или создавать его с нуля. Это невероятно сложно, но позже этот опыт пригодился мне и в России. У студентов, которые приходят сегодня в университет, тоже достаточно разный багаж. Их нужно приводить к общему знаменателю.

С 2006 года я стал работать в НИУ ВШЭ, на направлении деловой политической журналистики в рамках факультета политологии. Потом в вузе выделился факультет журналистики, из него вырос факультет медиакоммуникаций, а затем — факультет коммуникаций, медиа и дизайна. То есть поле компетенций постоянно расширяется, и преподаватель осваивает его вместе со студентами, стараясь на полшага их обогнать.

Преподаватель идёт как по болоту, нащупывая с помощью шеста, есть ли впереди кочка или трясина

Он ведёт студентов за собой, а если они его вдруг обгоняют — это счастье. Например, когда мы начинали, было ещё неочевидно, что телевидение потихоньку перестаёт занимать место, которое оно занимало в сознании людей раньше. Мы не знали, что технология визуализации распространится так широко, что каждый человек вскоре будет уметь монтировать, делать комиксы. Те компетенции, которые мы давали в 2006 году, становились бессмысленными к 2012-му.

Научить воевать на примере прошедшей войны невозможно. Но можно научить принимать решения в непредсказуемых обстоятельствах. Я всегда начинаю лекцию со слов: «Всё, что я вам расскажу, вы забудете. Но кейсы, которые мы изучим, останутся с вами, потому что вам придётся принимать решения в неожиданных обстоятельствах завтрашнего дня». А вот этому учить можно — и неважно, на каком материале.

Я наблюдал за траекториями своих студентов и видел, что они обгоняют меня. Учиться у своих бывших учеников — самое приятное, что есть на свете. Это провоцирует твой собственный рост.


Линор Горалик

Поэт, писатель, маркетинговый консультант. Преподаёт маркетинг в Стокгольмской школе экономики, теорию моды в Институте гуманитарных историко-теоретических исследований НИУ ВШЭ и теорию костюма в Шанинке

Преподавание даёт мне эгоистическую возможность систематизировать, углублять и упорядочивать собственные знания по той или иной теме, по тому или иному предмету.

Когда я готовлю курс, волей-неволей вынуждена серьёзно разбираться в вещах, о которых до того знала что-то только благодаря книгам, опыту или собственной интуиции. Каждый раз я очень много читаю, а потом не просто привожу знания к системному виду, а ещё додумываю до конца то, что давно пора было додумать, и разрабатываю на стратегическом и тактическом уровнях то, что давно пора было разработать.

Мне кажется, чтение лекций и курсов делает меня гораздо лучшим практиком

У меня нет миссии просвещать и растить специалистов, но чувство востребованности знания мне дорого и важно. Преподавание даёт мне ощущение, что накопленный мной корпус знаний небесполезен. Нет ни одного рабочего проекта, где можно было бы применить их во всей полноте: любой проект задействует только часть того, что мы умеем. Курсы же — это возможность передавать знания в большом объеме и надеяться, что каждый кусочек пригодится кому-то, что неспроста он был приобретён ценой довольно тяжелой работы.

Я учусь у своих студентов. Какой бы курс, какую бы лекцию я ни читала, студенты всегда пополняют мои знания: и тем, что рассказывают о своем опыте и своих идеях, и тем, что пишут в домашних заданиях, и даже тем, какие вопросы задают и над чем заставляют задумываться. Я очень благодарна им за это.


Галина Юзефович

Литературовед, критик. Преподаёт историю современной литературы и литературное мастерство в НИУ ВШЭ

Начинала я свою профессиональную карьеру в РГГУ, в котором сама училась. Там я преподавала филологам латинский язык.

В 2013 году мой давний друг Константин Сонин позвал меня преподавать в совместный бакалавриат ВШЭ и РЭШ, основателем которого он был. Он хотел создать фактически факультет Liberal Arts, но с уклоном в экономику и математику. Гуманитарная составляющая там, правда, тоже важна: выпускники должны не только уметь решать задачки по экономике, но и писать и человеческим языком объяснять то, что они делают. Все это показалось мне очень увлекательным и привлекательным. Я сразу согласилась и до сих пор очень люблю этот проект.

В Совместном бакалавриате ВШЭ-РЭШ у меня есть обязательный курс по академическому письму: мы с коллегой и подругой Татьяной Трофимовой ведем его уже очень много лет. Ценность курса для меня в следующем: на входе у нас есть очень умные ребята, но многие из них и двух слов связать не могут. А оканчивают курс все те же очень умные ребята, только теперь они умеют отлично излагать свои мысли на бумаге. Когда я вижу, как этот цветочек прорастает за полгода-год, я чувствую огромную педагогическую радость и полное удовлетворение.

Ещё я читаю бакалаврам-экономистам курс «Современная литература: опыт институциональной истории». Я рассказываю в его рамках историю современной литературы, но не так, как ее рассказывают филологу: мы изучаем предмет, отталкиваясь не от самого текста, а от каких-то связанных с ним культурных институций. Обсуждаем заметные литературные премии, говорим об эволюции жанров и положения писателя в мире, о развитии новых направлений в литературе, о её публичной презентации.

На семинарской части курса мы читаем совсем новые книги. У меня практически каждый год обновляется список литературы, я добавляю в него что-то свеженькое, актуальное, чтобы студенты читали книги буквально с пылу с жару.

Но сейчас для меня важнее всего моя позиция в магистратуре по литературному мастерству. Я очень люблю своих бакалавров-экономистов. Но, отучившись у меня, они уходят заниматься экономикой. А выпускники магистратуры по литмастерству остаются где-то неподалеку от меня.

И я надеюсь начать растить себе и коллегам профессиональную смену

Со следующего года мы открываем новый трек — «Литературная критика». Впервые в жизни у меня будет официальная возможность набрать и поучить, как-то вывести в большую жизнь людей моей профессии. Конечно, это очень волнующий для меня проект, очень амбициозный, и я связываю с ним много надежд.

Учить тому, что ты делаешь много лет, что у тебя на кончиках пальцев, не то, чтобы просто, но проще и интересней. Можно сразу переходить к практике — не рассказывать и не объяснять теоретически, а показывать на живых, настоящих примерах. В моем случае — вовлекать студентов в реальную критическую работу, обеспечивать им возможность публиковаться. Всё это я умею. И совершенно точно буду делать.

А пока я учу писателей, которым полезно быть не только писателями, но и читателями. Наши студенты — совершенно потрясающие ребята. Мне кажется, они такие умные и классные, что и наша русская литература ими прирастёт в ближайшие годы и мы все от этого останемся в огромном выигрыше.

Мне очень нравится формат общения «учитель — ученик». Я любила быть в позиции ученика — и до сих пор люблю, когда мне случается чему-нибудь поучиться, встретиться с людьми, у которых мне есть что перенять. Мне нравится быть в позиции преподавателя тоже: мне кажется, это самый продуктивный вид обмена знаниями со времен Сократа и Платона. Ничего лучшего люди не придумали.

Благодарим за помощь в подготовке материала стажёра Анастасию Широкову.

Комментарии(2)
Я обратил внимание на отношения «учитель — ученик», все они не только обучают, а ещё и обучаются у своих студентов. Многие студенты хотели бы попасть к таким преподавателям.
Захотелось к ним к каждому на лекции