«Всё. Я туда больше не пойду». Молодая учительница — о слезах и победах в первый год работы в школе

Алина Мальцева из города Гусев Калининградской области после школы уехала в Питер — учиться в педагогическом вузе. А после вуза снова вернулась в родной город: решила пойти в свою школу учителем и попытаться что-то в ней изменить. Мы записали монолог Алины, в котором она рассказала, что у нее получилось за год работы, а что нет.

Чтобы просто не остаться без работы

Если честно, учителя, особенно женщины, очень медленно стареют. Я всегда шутила: это потому, что они подпитываются молодостью детей. Конечно, когда ты питаешься юной энергетикой, то и ты становишься моложе. Где находишься, того и набираешься. Я вот всегда хочу быть молодой, красивой и весёлой, поэтому я и работаю в школе.

Когда я была маленькой, у меня была мечта стать врачом, домохозяйкой и любящей матерью. А когда пришло время выбирать профессию — в десятом классе, — я подумала, что учителя нужны всегда. И вот, чтобы просто не остаться без работы и быть нужной, я решила стать учителем истории.

Но на тот момент мне история казалась очень простым предметом для сдачи экзамена, потому что точные науки — это не мой конёк. Но когда я поняла, что очень сильно ошиблась и что история вовсе не так проста, как кажется, деваться было уже некуда — пришлось идти поступать.

С моими баллами в калининградские университеты я не прошла, но поступила в ЛГУ имени Пушкина в Санкт-Петербурге. Меня как иногороднюю привлёк ЛГУ просто потому, что общежития там находятся прямо в здании университета. Я страдаю топографическим кретинизмом и ужасно боялась потеряться в трёх домах в чужом городе. И я решила, что лучше первые полгода посижу в университете, чем буду теряться на дорогах по пути в вуз. Вот такой смешной фактор, как общежитие, сыграл ключевую роль.

Учиться было не скучно, но очень тяжело. Ни о какой подработке речи не шло, плюс у нас была вторая смена, и режим сбивался окончательно. В какой-то день пары начинались в четыре часа дня, а заканчивались поздно вечером, в другой день в вуз нужно было приходить к 9 утра. Иногда я приходила домой, ложилась спать в 9 вечера, просыпалась в 2–3 часа ночи, занималась учёбой, потом опять ложилась и к часу дня вставала. Это очень сильно давило на психику, и случались непродолжительные депрессии, особенно зимой.

Но все равно у меня много теплых воспоминаний об учебе. На первом курсе мы проходили практику на археологических раскопках, на втором курсе — в школе, еще стажировались в архиве, в музеях, работали в детских лагерях. Это было просто замечательно.

Не хотелось разговаривать со стулом

Почему я уехала обратно в провинцию, а не осталась в городе-миллионнике? Хотелось вкладываться в свой маленький город, помочь моей родной школе, чтобы у них было на одного дипломированного преподавателя больше. Когда у меня была практика на втором курсе, я её проходила в своей школе, и меня искренне там ждали, спрашивали, точно ли я вернусь. Конечно, причина тому — не какие-то мои заслуги, а утечка молодых специалистов. Поэтому они нервничали: а вдруг я останусь в Питере? Но я не осталась.

В Санкт-Петербурге у меня нет родственников, родители ко мне не приезжали. И мне бы не хотелось после работы в таком большом сером городе приходить домой и в одиночестве разговаривать со стулом о своих проблемах. Мне ведь тоже нужно выливать куда-то и негатив, а тут я могу поделиться наболевшим хотя бы с мамой, с моими старыми друзьями.

Так что я приехала, встретилась с директором школы и, так как он меня уже знал, просто отдала ему ксерокопию своего диплома, медицинскую книжку — и всё. Никакого собеседования не было, во мне не сомневались при приёме. Да к тому же сейчас дефицит сотрудников образования, так что директора боятся спугнуть молодых учителей.

Идеи закончились, а урок нет

Когда я пришла на работу, у меня была цель «Я не буду как все, я хочу изменить школьную систему!». Но спустя год я поняла, что это очень сложно сделать, потому что в каждой школе существуют свои негласные правила. А когда ты идёшь против системы, ты будешь неугоден. Я ещё не бросаю свою идею и хочу показать ученикам, что всё может быть по-другому: без повышенного тона, без оскорблений, без обвинений, всегда можно договориться с преподавателем. Детей нужно учить сотрудничеству.

Первый серьёзный урок был для меня очень непонятным. Большая проблема в том, что в университетах дают очень мало времени на практические занятия, у будущих педагогов нет возможности попробовать себя в деле. В основном это всё теория, но когда попадаешь к реальным детям на реальный урок, то начинаешь теряться. Тогда я успела пройти материал с детьми за 20 минут. Мы сделали всё: прорешали все задания, прошли материал, почитали цепочкой. И вот до конца урока еще столько же — а я стою и жду, когда он подойдет к концу. Идеи закончились, а время нет.

Урок у нас был про первобытных людей. И чтобы скоротать время, я предложила детям поставить сценку, по которой мы должны были бы понять, какой тип человека стоит сейчас перед нами. И вот пока они выписали критерии, разделили роли и поставили сценку, а я оценила их находчивость, звонок и прозвенел.

Однажды мой 7-й класс в том году сказал: «Алина Алексеевна, когда уже закончится ваш креатив?»

Я сказала, что он никогда не закончится и отсидеться на уроках не получится. Я постоянно хочу чего-то нового, неизведанного, но из-за того, что раньше такого на уроках не было, дети испытывают напряжение.

Иногда наши уроки проходят с использованием телефонов. Сейчас очень много платформ для квестов, мне нравится ими пользоваться. Или же я даю задание выложить что-то в сторис, например свою фотографию со стилизацией на тему истории. Ещё я печатала на прошлое 14 февраля валентинки с историческими мемасами, дети оценили. Я вообще стараюсь не делать лекционных уроков — вы пришли, отсидели, ушли. Это что-то такое новое, интересное, дети удивляются: как так, можно сфоткаться на уроке истории? Поэтому я не против телефонов, если они по делу.

И что — будете плакать каждый раз?

Была ситуация, когда я расплакалась, потому что урок был сорван. Конечно, не при детях, а в своей каморке. Сейчас это, конечно, смешно всё звучит. Но когда я поняла, что все встали на уши, меня никто не слышит, а работа провалена, я просто молча вышла из кабинета, пришла к завучу и сказала: «Всё. Я туда больше не пойду». Это был последний урок в учебном дне, и я к нему готовилась всю ночь.

Но сейчас я живу с установкой «Даже во время урока ты не центр Вселенной». Сначала дети все очень послушные и покладистые, но потом они начинают тебя изучать и щупать. И тут главное — не надломиться и выдержать. Если вы кому-то покажете свою мимолётную слабость: детям, родителям, коллегам, — они мгновенно начнут ею пользоваться. По первому впечатлению люди будут составлять дальнейшие. И неважно, по какой причине вы расплакались. Эту причину никто не запомнит, а вот ваши слезы и слабость — да. Нужно держать себя твёрдо, но справедливо, тогда дети поймут, что с вами играть и пререкаться не стоит.

Если хотите, идите после трудного дня в туалет, запритесь там и расплачьтесь — это можно!

Но ни в коем случае не при коллегах или детях. У меня у знакомой была такая ситуация: она начала давить на жалость, расплакалась при всём классе. Дети извинились, но этого хватило на пару уроков. И что — вы будете плакать каждый раз?

Просто нужно ввести свои правила, ставить ультиматумы. Мы в нашем классе повесили плакат, на котором каждый мог написать правила, которые считает важными. Это такие законы: каждый день говорить «доброе утро», поднимать за собой стулья и так далее. Делали список добрых дел в классе: мыть доску, не мусорить, не драться, не отвлекать соседа. Нужно давать детям самим сформулировать важные установки.

Лечила выгорание просмотром тупых сериалов

У меня с самого начала было 10 классов, классное руководство и 28 часов в неделю при пятидневке. Но я старалась… Просто когда-то мой классный руководитель не делал всего того, что нам хотелось, и вот у меня появилась возможность это реализовать. Мы ходили и в музеи, и в кино, на каток зимой, на празднование окончания года пошли на скалодром. Самое главное — чтобы ты не стоял рядом, а принимал в этом активное участие. Чтобы дети смотрели на тебя и понимали: ты такой заводной, молодой. Тогда у них глаза просто горят!

Тут главное — сохранить этот настрой. Не выгорать. Я себя отвлекала от этого выгорания просмотром тупых сериалов. Приходила домой, выключала телефон, включала по ТВ-3 сериал «Кости», там 20 сезонов по 40 серий. И просто старалась ни о чём не думать, потому что, если бы я начала анализировать, что я не так сказала, что я не так сделала, я бы просто закопалась в себе, поняла, что я безнадёжна и это не моя специальность. Нет, ни в коем случае! Я просто отключала свой мозг дома, и это мне очень помогло, потому что к Новому году я поняла, что мне легко.

Может быть, я разлюблю эту работу, когда мне станет скучно, ведь эти классы повторяются, повторяются, повторяются… Но с учительским выгоранием можно бороться. Иметь чёткий график. Не брать работу домой (я как-то раз брала пакет тетрадей, пришла поздно вечером, поставила в коридоре, пошла спать, утром понесла обратно). Искать себе интересы, не связанные с работой. Если ты будешь полностью поглощён работой, будешь делать её дома или на выходных, то нервных клеток не останется.

Не обсуждать с коллегами детей

В первую очередь молодых специалистов любят дети, и, конечно же, лучше спрашивать мнение об учителе у детей, а не у коллег. Потому что у всех совершенно разные методы: кто-то просит сидеть ровно, руки сложить и внимать речам учителя, кто-то предпочитает более неформальную обстановку.

Я никогда не слышала от коллег негатив про себя. Иногда, конечно, перегибают палку, но это больше от воспитания человека зависит. Пытаются вторгнуться в твои методики преподавания, навязывают свою точку зрения. Я противник этого, я же ни к кому не прихожу и никакие требования не выставляю. Почему вы так делаете?

Если кто-то считает меня некомпетентной, есть школьная администрация, туда можно обратиться, мои уроки послушают и проверят, и эксперты смогут вынести вердикт.

Важно также с педагогами не обсуждать детей. Зачем жаловаться?

Я вспоминаю свои учебные годы, когда постоянно краем уха слышишь: «Вот этот Петров, вечно он не готов, и семья у него плохая, и сам он плохой!» Ты, наоборот, должен понять, в чём проблема, почему он не готов. Если семья малообеспеченная, родители работают или нет рабочего места, это рабочее место может предоставить школа. Либо самой позаниматься с ним. Но приходить и сплетничать, что ребенок плохой?.. Потому что забыл или потому что не было возможности подготовиться? Ну нет.

И еще парочка «не»

Главный совет для молодых педагогов — четко разграничивать рабочее и личное время. И не делать того, что не входит в ваши должностные обязанности. Мне звонили вечером родители, просили найти какие-то потерянные детьми вещи, вернуть ребёнку тысячу, которую у него кто-то занял (ну то есть выбить эти деньги). У меня тогда был вопрос: откуда вообще такие деньги у ребёнка? А потом мы удивляемся, почему они покупают электронные сигареты… Я тогда сказала, что они не по адресу. Первое, чему надо научиться начинающим педагогам, — четко говорить «нет».

Также я просила взрослых не обсуждать учителей при детях. Потому что, когда дети приходят домой и начинается перемывание костей, они не понимают, о чем идёт речь, но говорят об этом в классе. Когда пытаешься спросить, как они пришли к таким выводам, они не знают, что ответить, потому что это не их мнение, а родителей.

Считаю также, что не стоит убеждать детей в чём-то, если их мнение не совпадает с твоим. Мы как современные педагоги должны просто координировать или даже выслушивать и сочувствовать. Я думаю, сейчас дети всё чаще сталкиваются с недопониманием, когда в школе всё плохо, дома всё плохо и даже некому выслушать. Им нужен тот, кто может их понять и не будет надзирателем, а будет скорее товарищем.