«Выделяют 25 тысяч рублей на дрова». Молодая учительница — о жизни и работе в деревне на Севере
«Выделяют 25 тысяч рублей на дрова». Молодая учительница — о жизни и работе в деревне на Севере
«Выделяют 25 тысяч рублей на дрова». Молодая учительница — о жизни и работе в деревне на Севере

«Выделяют 25 тысяч рублей на дрова». Молодая учительница — о жизни и работе в деревне на Севере

Кристина Кольцова

3

10.05.2024

Софье Подшиваловой 26 лет, она биолог, выпускница крупного российского вуза. Но карьере ученого Софья предпочла работу в маленькой сельской школе в Архангельской области. И рассказала нам, почему сделала такой выбор.

Из города в деревню на Севере

Я всегда хотела стать биологом, окончила Томский государственный университет по специальности «биология», в студенческие годы подрабатывала экскурсоводом в ботаническом саду. Мне это очень нравилось, и уже после учебы я решила поехать поработать в заповедник побольше — выбрала Кенозерский национальный парк в Архангельской области. Жилье мне предложили в местной деревне Морщихинская, я поселилась в парковой гостинице — там были все условия. Впрочем, я там почти не появлялась — работы было очень много.

Работа «специалиста по просвещению», как меня называли в парке, оказалась мне очень близка. Но со временем появилось много задач, никак не связанных с моим делом, все силы уходили на поддержание потока туристов, а не на просвещение. К тому же вскоре я вышла замуж, и теперь мне хотелось чаще бывать дома. В общем, я начала думать о смене работы. Но уезжать из деревни при этом не планировала — природа и культура Русского Севера мне очень понравились.

Для женщин в деревне есть два варианта трудоустройства: так называемая сфера услуг (мыть полы, стоять за прилавком магазина) или же работа в национальном парке. Еще в деревне есть школа и детский сад, но туда, конечно, берут не всех.

Меня с моим биологическим образованием в школу звали давно. И в какой-то момент я поняла, что мне самой этого хочется. Пришла, устроилась, даже получила статус молодого специалиста и единовременную выплату от Архангельской области — 100 тысяч рублей. Теперь я обязана отработать тут учителем три года, иначе придется возвращать всю сумму обратно. Знаю, могла бы получить значительно больше, если бы пошла по программе «Земский учитель», но там не было открытой вакансии учителя биологии, а работа мне нужна была здесь и сейчас.

Сельская школа: 6 детей в классе и свой кочегар

Моя школа — это деревянное двухэтажное здание без центрального отопления. Но тут есть свой котел — зимой его топят дровами и таким образом обогревают школу. Для этого у нас даже есть свой кочегар. Впрочем, пару раз, в самые морозные зимние дни, в классах на первом этаже и учителя, и дети сидели в верхней одежде.

В школе всего 34 ребенка: есть только началка и средние классы. Старшая школа находится в соседнем селе, после 9-го класса дети ходят туда, но там учеников тоже немного.

У меня самый большой класс — шесть детей, в остальных — от двух до четырех учеников. Учителей на всю школу девять человек, поэтому кроме биологии и хотя бы как-то смежной с ней химии я веду еще литературу. Я совсем не чувствую себя хорошим словесником, но учителей-предметников у нас просто нет. Так что я, не большой любитель книг, ради учеников старательно изучаю программу, читаю классику, ищу способы рассказать об этом интересно.

Даже в такой маленькой школе, как наша, есть свои радости и успехи, например, некоторые наши классы в этом году хорошо написали ВПР, чем может похвастаться не каждый.

Как и чему здесь учить детей?

Никто в школе не относится ко мне хуже только потому, что я молодая девочка из города. И с детьми, и с коллегами отношения нормальные, со многими — хорошие и доверительные.

Как и в любой другой школе, наши дети шалят, показывают свои подростковые характеры, могут любить или не любить какие-то предметы. Но особенность деревенских детей в том, что мало кто из них хочет получить высшее образование. А те, кто всё же идет в вуз, выбирают не науку, а менеджмент в сфере туризма, так как рядом есть национальный парк и там можно найти работу. Поэтому мне, как биологу, а не учителю, в первое время было сложно понять, что требовать от этих детей, как их заинтересовать, как разглядеть их способности.

Я понимаю, что школьникам нужны хорошие и компетентные учителя, которые учились всем этим нюансам в педагогических вузах. Но обстоятельства сложились так, что пока у этих детей есть только я, человек без соответствующего образования. Двигаться дальше и не опускать руки помогает то, что часто я вижу, как после уроков биологии у моих учеников наконец складывается понимание закономерностей природы, хотя до этого они не знали даже основ.

Вообще говоря, работать в школу меня привела именно любовь к биологии. И я очень стараюсь передавать эту любовь детям, учить их естественно-научному мышлению, открывать для них красоту науки. Я хочу донести до них, что в природе всё взаимосвязано, очень красиво и не случайно. И что естественно-научные знания принадлежат всем, кто способен их взять, — сделать открытие может любой и где угодно.

Наверное, не мне судить о качестве современного образования, я учитель по случайности, но, по-моему, детям в школе очень тяжело сидеть в кабинете и никуда не выходить в течение дня. Их заключают в стены и в этих стенах пытаются рассказать про внешний мир. А я вижу свою задачу в том, чтобы вывести учеников за пределы этих стен — и показать чуточку больше.

Быт в деревне: дрова, продукты в долг и стереотипы про хтонь

Учителям в нашей школе компенсируют затраты на дрова и электричество — отопление тут и в жилых домах только печное. От региона каждому педагогу выделяют примерно 25 тысяч рублей на дрова для зимы. Столько как раз стоит самосвал дров, которые потом надо наколоть, высушить, уложить на зиму — нам с мужем пришлось освоить массу этих нюансов.

Электричества в деревне тоже тратится немало. Мы с мужем сейчас живем в простом деревенском доме, и, несмотря на печку, зимой мы не выключаем обогреватель, даже уходя на работу, потому что иначе в доме будет десять градусов. А мы стараемся прогревать его хотя бы до пятнадцати. Это, безусловно, небезопасно — особенно с учетом того, что дома у нас деревянные, а проводка не новая. Но во время окон между уроками или в обеденный перерыв я могу прибежать и проверить, всё ли нормально, не загорелось ли чего.

У нас в деревне два продуктовых магазина. Один из них частный, другой государственный. Если денег на продукты не хватает (а такое нередко случается с учителями), можно взять что-то в долг — тебя запишут в специальную долговую книжечку. Правда, продается тут всё самое базовое: хлеб, молоко, чай, картошка, крупы. За фруктами, овощами, чем-то вкусным и необычным мы выбираемся в город.

Я знаю, что у многих есть негативный стереотип, что, мол, деревня — это мрак и хтонь, что здесь все пьют, а адекватных людей нет. Но на самом деле тут очень много интересных традиций и своего фольклора, очень красиво и живописно, есть огромный и ценный национальный парк. А еще я верю в то, что места, где мы живем, должны нас чему-то учить, давать какой-то опыт, и это не всегда должно быть просто.

Фото из личного архива Софьи Подшиваловой

Комментарии(3)
А в подмосковье, в Талдоме, мне, сельскому учителю, в дровах отказали, жаба администрацию задушила!!! Весь год топил печь на свои деньги, а директор школы устроила скандал, когда узнала, что я голову мою в школе, где администрация деревни всё же горячую воду давала. Вот такие у нас, деревенские, зимой — снега не допросишься!!!
РАБОТА вообще ЗЛО…так что пора людям думать о том и жить так чтобы все МЕНЬШЕ РАБОТАЛИ…и тогда любые дрова будут как увлекательное мероприятие
Красота, так и надо жить. Надолго ли хватит? Тоже самое, столичной жизни предпочёл деревню, после работы в транс национальных компаниях стал сельским учителем. Хватило на 3 года, не смог смирится с трудовым произволом системы образования и истериками завучих. Нестоличный учитель России — это бесправным нищеброд. Кстати, льготы и дрова не получал тк «у Вас же столичная прописка».
Больше статей