Что такое хорошая школа, как ее найти и помогут ли в этом рейтинги

Владимир Погодин, учитель информатики и образовательный философ, придумал независимый рейтинг столичных школ. Чем он отличается от официального? И в чем секрет реально хорошей школы? Об этом и не только Владимир рассказал в эфире «Радиошколы» — публикуем его главные тезисы.
Зачем нужны рейтинги школ и что они показывают
В 2016 году Департамент образования Москвы стал выкладывать в открытый доступ данные о результатах ОГЭ, ЕГЭ и олимпиад столичных школьников. Еще раньше появились официальные рейтинги школ, которые ежегодно обновляют. Они помогают родителям выбрать достойное учебное заведение для детей и понять, куда отдавать ребенка: в школу по месту прописки или в ту, что находится в нескольких километрах от дома, но у которой побольше баллов.
После масштабной кампании по реорганизации (объединения школ разного уровня и присоединения к ним детских садов) в официальных рейтингах учебные заведения стали несильно отличаться друг от друга. Механизм был такой: если одна из школ относилась к категории «ну так себе», а другая — к «ох, какая классная», после их слияния мы получали «ничего такую».
Казалось бы, родителям больше не стоит переживать о том, что школа в другом районе лучше, чем у них, но нам ведь всегда интересно знать, кто занимает первое место и почему. Чем школы отличаются друг от друга? Как они живут? Сколько там учеников и ступеней образования? Нам все-таки нужны рейтинги, основанные не только на данных о независимых диагностиках — ОГЭ, ЕГЭ и олимпиадах, — но и на информации о том, какие условия созданы в школах для детей и родителей.
К тому же в 2025 году в официальный рейтинг добавили параметр гарантированного массового результата, который покажет, к каким баллам за экзамены можно прийти, обучаясь в конкретной школе. Мы почему-то возвращаемся к формированию мнения на основании данных о средних баллах учеников. А зачем нам это, если для рейтингов нужны объективные показатели, а не внутренние оценки детей? Родители ведь часто сталкиваются с тем, что в одной школе их ребенок получал тройки и четверки, а после перехода в другую внезапно стал получать пятерки. Это зависит от требований учителей, от сложности программ, от психологического климата. И всё это — факторы внутренние, а нам нужны внешние.
Что такое независимый «Рейтинг Погодина»
Я решил создать свой рейтинг столичных школ и уйти от абсолютного характера официального списка. Он проявляется в том, что если, например, в одной школе 1000 учеников, среди которых 50 — победители олимпиад, а в другой — 300 детей и столько же победителей олимпиад, то в официальном рейтинге они ничем не отличаются. В списке они будут на равных позициях. И если во второй школе станет 49 олимпиадников, она займет место ниже. Но это нечестно и не так уж объективно.
Восемь лет я сидел ночами и составлял свои рейтинговые таблички частных и государственных школ, которые сейчас помогают директорам и учителям понять, что в их учебных заведениях можно улучшить и где их показатели проседают. Я опирался на открытые данные о:
- результатах ОГЭ и доле 12-балльников от общего количества выпускников 9-го класса;
- результатах ЕГЭ и доле 220-балльников от общего количества выпускников 11-го класса;
- результатах всероссийских и московских олимпиад школьников среди 7–11-х классов;
- количестве учеников в школах;
- условиях школы, которые показывали, сколько там ступеней образования, есть ли дошкольное отделение, сколько детей в классах и есть ли возможность перевести ребенка на семейное обучение;
- динамике результатов экзаменов за последние два года.
Рейтинг государственных школ:

Рейтинг частных школ:

Всего в рейтинге 200 частных и 500 государственных московских школ, и главная цель этих списков — в информировании. Мы наконец понимаем, сколько детей в классах, есть ли у них началка и детский сад или только старшее отделение. Это важно, ведь если родители будут знать, что в их школе есть все образовательные ступени, они отдадут туда ребенка и не будут париться. А если там только старшие классы, это осложнит жизнь: нужно будет найти начальную и среднюю школу и, возможно, пройти вступительные испытания для зачисления в старшую.
Я доволен своей системой ранжирования, но мне очень хотелось бы, чтобы частные и государственные школы стали более открытыми и делились другими данными об условиях учебы в них. Например, что у них с безопасностью — как ее обеспечивают? Хорошо ли школа оснащена? Есть ли в туалетах кабинки с дверьми, наконец?
А если отвлечься от списков, я просто посоветую помнить, что хорошая школа может не занимать лидирующих позиций в рейтингах. Всё гораздо проще. Хорошая школа — та, где ребенок захочет учиться и ему будет комфортно. Это школа, с которой случится «мэтч».
Полную запись интервью с Владимиром Погодиным слушайте здесь. Разговор прошел в эфире «Радиошколы» — проекта «Мела» и радиостанции «Говорит Москва» о проблемах образования и воспитания. Гости студии — педагоги, психологи и другие эксперты. Программа выходит по воскресеньям в 16:00 на радио «Говорит Москва».
Обложка: Roman Samborskyi / Shutterstock / Fotodom
Популярные комментарии
Евгения СамотохинаТо что отрицательные оценки нужны — я согласна, но здесь должен быть ряд факторов: 1) как по мне текущая система оценки (пятибалльная, а по факту четырехбальная) — не то чтобы объективная. Особенно чувствуется на объемных заданиях в старших классах, когда в тексте на 2 страницы допустил 2-3 ошибки и пооучаешь тройку. Как по мне система должна иметь разбивку хотя бы в 10 баллов. 2) Часто каждый учитель сам определяет как оценивать ученика. Если с точными науками и каким-нибудь диктантом ещё более-менее понятно, то с более творческими заданиями, пересказами вообще непонятно — у одного учителя ты получаешь 5 у другого за пересказ того же качества — 3.
«Двойка должна жить». Учитель — о том, почему плохие оценки нужны детям
АнастасияДа уж… Уважительное общение не включено в общеобразовательные стандарты и экзаменационные вопросы. Можно иметь аттестат и даже не один диплом, но при этом оставаться полнейшим хамом. Системный кризис.
«Короче, училка, варежку свою закрой». Топ-20 цитат из переписок родителей с учителями, от которых волосы встают дыбом
Виктория ИльинаА может, пора честно посмотреть на проблему не только глазами учителя? Учитель жалуется: слишком много часов, слишком много отчётности, слишком много требований сверху. И с этим трудно спорить. Но есть один неудобный вопрос: а не является ли сама школа частью проблемы, которую она годами создаёт? Попробуйте хотя бы на минуту посмотреть на ситуацию глазами ученика. Этот ребёнок, которого сегодня заставляют заучивать километры информации «для галочки», завтра станет взрослым человеком. Возможно, чиновником, руководителем, тем самым человеком, который будет писать новые стандарты, программы и инструкции для школ. Не удивительно ли, что система воспроизводит сама себя? Главная ошибка многих педагогов — не в любви к знаниям. Знания нужны. Ошибка в другом: в убеждении, что ребёнку обязательно нужно загрузить весь огромный школьный багаж, не задумываясь, что из этого действительно пригодится именно ему. И когда обществу годами пытаются доказать ценность каждого килограмма ненужной информации, неудивительно, что эта работа перестаёт восприниматься как источник реальной пользы. Может быть, выход проще? Не превращать каждый предмет в борьбу за выживание. Не ломать детей и не выгорать самим. Если ребёнку ваш предмет объективно мешает сосредоточиться на тех знаниях, которые нужны ему для будущего, — поставьте законную тройку и дайте ему возможность развиваться дальше. Иногда настоящая педагогика — это не заставить выучить всё. А понять, что именно действительно стоит учить.
«Мы согласились со своим бесправием». Учительница – о том, почему ее коллеги терпят унижения











