Родители школьников Питера решают сами — дистант или очное обучение. Первые итоги эксперимента

В школах Санкт-Петербурга внедрили принципиально новую схему организации уроков — смешанное обучение. Родители могут сами решить, будут ли их дети ходить в школу или перейдут на дистант. Насколько эффективным оказался петербургский эксперимент, «Мелу» рассказала вице-губернатор Санкт-Петербурга Ирина Потехина.

Сейчас мы уверены, что выбрали правильный путь, хотя два месяца назад для всех нас это был довольно смелый эксперимент. Еще до его реализации я спросила на своей странице во «ВКонтакте» у педагогов и родителей, чего они ждут от школы в период ограничений и какой формат обучения в сегодняшних непростых условиях кажется им оптимальным. В опросе приняли участие более 120 тысяч человек, а всего у этого поста оказалось рекордное количество просмотров — почти 600 тысяч.

26% родителей проголосовали за дистант. Это гигантская доля

Мы не предполагали, что она окажется такой большой, поскольку весенний опыт был для большинства и родителей, и педагогов крайне сложным. Но понимали, что запрос на дистанционный формат точно есть: уже в начале учебного года в Петербурге было почти 2 тысячи детей, родители которых написали заявления о переводе на домашнее обучение. Понятно, что в первую очередь такое решение принималось либо для ослабленных детей, либо в семьях, где есть родственники из групп риска. Но результаты опроса показали, что людей, которым нужна альтернатива очному обучению, очень много.

Конечно, единый подход — самый простой путь: или все переходят на дистанционный формат, или опять же все учатся офлайн. Но в таком случае за бортом — в смысле учёта потребностей — обязательно окажется существенная часть семей. Поэтому мы собрали рабочую группу из ведущих педагогов, методистов и управленцев — из университета Герцена, Академии постдипломного педагогического образования, городского Комитета по образованию — и стали думать, что мы можем предложить родителям и детям.

В октябре, когда было принято решение о применении смешанного формата, мы еще не очень понимали, насколько будет трудно. Реализация идеи оказалась гораздо сложнее, чем мы изначально предполагали. Сейчас, отработав целую четверть, мы видим основные проблемы, понимаем, что можно поправить и улучшить.

Чем смешанный формат принципиально отличается от семейного обучения? Он оставляет ребенка в школе — рядом с учителем, классным руководителем.

Школа не снимает с себя ответственность за то, как дети усваивают программу, не устраняется от процесса — это было главным условием смешанного формата

Но именно с этой частью проекта и возникли самые большие трудности — чтобы каждая школа это условие приняла и нашла возможность сопровождать детей, выбравших смешанный формат.

Цифры во второй четверти такие: 22 тысячи школьников ушли на смешанный формат, а в Петербурге всего чуть больше 20 тысяч классов. То есть в среднем один ребенок на класс, а на самом деле где-то два, а где-то ни одного. В третьей четверти смешанное обучение продолжено, мы планируем сохранить этот формат до конца учебного года, даже если количество выбирающих его семей существенно уменьшится.

Портал, мини-уроки и «продлёнка на удалёнке»

Смешанный формат состоит из трех основных частей. Первая — портал дистанционного образования Петербурга, архив образовательных продуктов. Пока он не очень удобен в использовании, мы это знаем и работаем над его усовершенствованием. Вторая — мини-уроки, которые мы создаём в соответствии с программой здесь и сейчас вместе с Академией педагогического образования. Третья — «продленка на удаленке», которую нам помогает организовать Педагогический университет. Это практически самостоятельный проект тьюторского сопровождения: от физкультминуток для малышей начальной школы до взаимодействия в онлайне с наставниками (их роль сейчас выполняют больше тысячи студентов), с которыми можно дополнительно разобрать тему, посоветоваться по домашним заданиям.

Читайте также

Они сбежали от пандемии в деревню — всем классом. Учительница — о том, как обмануть дистант

Какова в этом процессе роль школы? Основная — проверка школьным педагогом домашних заданий, которые ребёнок на удаленке получает на портале дистанционного образования. Конечно, эти задания немного отличаются от тех, что получают через электронный дневник ребята из очного класса. И хотя эти отличия совсем небольшие, учителю нужно было к этой работе приноровиться. А им, конечно, в этом учебном году и так нелегко — в условиях соблюдения новых санитарных требований, гибкого расписания и других коронавирусных нововведений.

Новые форматы итоговой аттестации

Следующий важный вопрос, который надо было решить: итоговая аттестация — как ее проводить, онлайн или очно? Конечно, тот, кто выбрал смешанное обучение, и аттестацию предпочёл бы проходить дистанционно. Но некоторые педагоги сомневаются в объективных возможностях онлайна как формы проверки знаний и поэтому настаивают на очной аттестации. На странице во «ВКонтакте» я получаю много вопросов от родителей: «В чем тогда смысл нашего ухода?»

Но при этом большинство педагогов смогли найти для аттестации уместный формат. Например, провести вместо письменной работы собеседование. Так учитель может быстро понять, разобрался ребенок с темой или нет.

«Вы принесли учителей в жертву»

Да, такие упреки раздавались и в СМИ, и в соцсетях. Я читаю все сообщения, которые приходят ко мне на страницу во «ВКонтакте», и слежу за всеми обращениями в системе «Инцидент». Но цифры показывают: школа сегодня — самое безопасное из всех общественных мест.

В школах приняты максимальные меры защиты, ежедневно мониторится статистика заболевших. Недавно один из директоров сказал: «Мы, наоборот, считаем, что школа — это точка стабильности. Педагогу даже психологически комфортнее находиться на рабочем месте, где все привычно, где он востребован, где рядом единомышленники».

Читайте также

«Нам очень не хватает живого общения»: московские педагоги — об итогах 2020 года

Конечно, педагоги болеют — как и любые другие люди. Но количество заболевших не отличается от средних цифр по городу. Мы дали возможность уйти на удаленный формат будущим мамам и учителям 65+. Но воспользоваться этой возможностью захотели не многие.

Полезные «побочные эффекты»

За вторую четверть мы записали почти 1000 мини-уроков в новом формате. Над ними работали более 200 педагогов. Скажу честно, набирали мы их аврально: брали не специально подготовленных, а смелых и готовых к эксперименту.

Но что мы получили, помимо самих мини-уроков? Полное переосмысление дидактики, в том числе на уровне самих учителей; начали пересобирать весь учебный процесс. И сейчас учителя уже говорят: «О, я возьму этот урок и сделаю перевернутый класс. Лекцию отдам в качестве домашнего задания, а завтра дети придут в школу, и мы с ними начнем на базе этого урока решать задачи».

Так мы поняли, что «побочные эффекты» смешанного формата могут оказаться стратегически важнее, чем изначальная короткая цель ухода на дистант

В третьей четверти к подготовке уроков подключились ещё 100 новых добровольцев. Интерес к формату со стороны учителей растёт: химики внимательно наблюдают за химиками, математики — за математиками. Это оказалась очень увлекательная новая форма повышения квалификации.

Один кружок — один класс

Дополнительное образование — наша боль. Петербург — чемпион по допобразованию в стране: общий охват детей — 88% (за счет того, что у нас в большинстве школ есть качественное, хорошее дополнительное образование). Сейчас эти школьные кружки и секции продолжают работать, просто соблюдается принцип «один кружок — один класс». Таким образом удалось сохранить возможность заниматься дополнительно для половины детей.

А вот самостоятельные учреждения — наши знаменитые Дворец творчества юных, Академия талантов, цифровая академия и другие яркие площадки — сейчас работают только в дистанционном режиме. И дети уже не могут дождаться окончания ограничений.

Объединение по московской системе

С одной стороны, петербургские школы очень трепетно хранят традиции, а с другой — не боятся перемен. В нашем городе есть и знаменитые на всю страну передовые школы, есть гимназии и лицеи с авторскими программами, а есть и самые обычные образовательные организации. Крупные комплексы при этом формируются как вокруг лидерских школ, так и на базе просто хороших образовательных учреждений. Будем ли мы проводить реформы, подобные московским? Бывают реорганизации, которые идут сверху, а бывают те, которые возникают снизу, откликаясь на запрос. Вот у нас как раз второй вариант. Общая логика такова: если в конкретном микрорайоне есть необходимость в укрупнении и это укрупнение не грозит потерей уникальности школы, то да. Если нужно поднять уровень слабой школы, присоединив ее к сильной, — тоже да. Но массово внедрять московский опыт не планируем.