Американские лингвисты не нашли логику в грамматике английского языка
Лингвисты и биологи Пенсильванского университета проверили, прослеживаются ли закономерности за изменениями в английском языке. В качестве примера они использовали три грамматических явления и применили на них методы популяционной генетики. Ученые выяснили, что многие грамматические новшества возникают случайно и не связаны с лингвистическими законами, пишет издание N+1.
В результатах исследованиях, опубликованных в журнале Nature, говорится, что языки, как и живые организмы, постоянно эволюционируют. Их новые формы сначала становятся вариантом нормы, а потом могут вытеснить прежние. Например, если большая часть носителей начинает говорить «обеспече́ние безопасности» (вместо «обеспе́чение») или «я скучаю по вам» (вместо «по вас»), можно констатировать, что в русском языке появилась новая форма, и заносить ее в словарь. При этом не всегда находится объяснение, почему победила новая форма.
Чтобы выяснить, можно ли ряд изменения в английской грамматике списать на случайности, лингвисты воспользовались моделью Фишера — Райта, которую они позаимствовали из инструментария популяционной генетики. Она описывает динамику соотношения двух вариантов одного гена в популяции с конечной численностью особей без учета мутаций, миграций и естественного отбора. То есть, изменения частоты генов в популяции по случайным причинам, не связанным с приспособлением к среде.
Этот метод можно использовать для проверки различных теорий возникновения новшеств в языках. Он дает возможность сформулировать нулевую гипотезу, которая сводит изменения к случайным колебаниям. Если удается ее опровергнуть, имеет смысл искать в языке логику.

Американские лингвисты опробовали метод на трех языковых явлениях. Одно из них — неправильные глаголы. По мнению психологов, то, что в английском до сих пор остались нерегулярные формы (to build — built, а не builded, хотя в конце XIX века и этот вариант был распространен), связано со склонностью людей неосознанно «зарифмовывать» форму прошедшего времени с распространенными неправильными глаголами. В результате на фоне других глаголов со сходным звучанием повышается частотность глагола-рифмы, например to quit — quit (не quitted). То есть наличие одних неправильных форм консервирует другие, не давая всем глаголам стать правильными.
Для проверки теории ученые использовали корпус, в который вошли тексты на 400 миллионов слов, написанные на американском варианте английского языка с 1810 по 2009 год. Лингвисты сопоставили динамику употребления 36 неправильных глаголов и зарифмованных с ними форм. Оказалось, что в ряде случаев изменения вполне могут быть вызваны случайными колебаниями, зато для шести глаголов (в том числе to light — lit, to dive — dove) принятое объяснение не только статистически подтверждается (p < 0,05), но и уточняется. Так, выяснилось, что форма dove (вместо dived) обрела вторую жизнь на фоне резкого роста популярности созвучного глагола to drive — drove («водить») после изобретения автомобиля, а глагол «венчаться», to wed — wed (вместо wedded) вопреки прогнозам становится все более неправильным (p = 0,08).
Авторы также исследовали структуру английских отрицаний, которые в XII веке они строились так же, как современные русские (Ic ne secge, то есть дословно: «Я не говорю», а в XIV веке отрицательная частица в обязательном порядке дублировалась (I ne seye not, как если бы мы сказали по-русски: «Я не говорю ничего»). Это явление объяснялось тем, что двойное отрицание делает высказывание более веским, но со временем носители начинают использовать его без повода и две отрицательные частицы становятся нормой.
Третье языковое явление, которое проанализировали исследователи — использование вспомогательного глагола do в настоящем времени. В структуре отрицания вспомогательный глагол отсутствовал, и лингвисты проверили, могло ли его появление в отрицательных и других типах предложений быть вызвано случайностью.
Нулевая гипотеза была отвергнута в случае отрицаний и «повелений» — I do not say и Do not say, — но не вопросов. По мнению авторов, сначала случайные колебания способствовали закреплению do в вопросах, а затем по новой схеме были адаптированы отрицания и повеления.
С одной стороны, исследование показывает недооцененность роли случайных процессов в возникновении новых слов и грамматических структур. С другой стороны, предложенный метод показавает, что некоторые направленные изменения в языке едва ли могли произойти сами собой. И здесь имеют смысл рассуждения, почему язык адаптировался под нужды носителей тем или иным образом.
О том, какие пять мифов о грамматике мешают учить английский и почему большой объём правил никак не поможет начать говорить на языке, читайте в материале на «Меле».
Ещё больше интересного и полезного про образование и воспитание — в нашем телеграм-канале. Подписывайтесь, чтобы ничего не пропустить.
Популярные комментарии
Вероника РассказоваЯ очень сочувствую пострадавшим девочкам! Думаю, возможно были и мальчики. Но! Некоторых эпизодов, возможно, можно было избежать. В частности, если бы девушка Ульяна не поехала на дачу! Хотя, она возможно и не знала, что будет там наедине с ним. Танцоры-тренеры, конечно, уроды конченных! И тень падает на всё сообщество.
Сразу нескольких известных танцоров обвиняют в растлении девочек-подростков: что известно о ситуации
АнастасияОчень хорошо понимаю автора. Тоже отпустила сына во взрослую жизнь. Получил образование. Но есть бытовые особенности, особенности самочувствия и здоровья, сопутствующие основному диагнозу трудности, от которых «не отмахнешься». И это все объективно влияет на качество жизни, самостоятельность, принятие решений. И я как мама также оглядываюсь вокруг себя и понимаю, что в прошлом все что могла сделала, и соломку где могла стелила, но будущее открыто. Задумалась, сейчас мне хорошо, когда сын проявляет радость, состояние счастья, говорит о своей любви.
«Наверное, я планирую жить вечно»: мама 26-летней девушки с ОВЗ — о будущем, которое пугает
ОльгаС Чеховым согласна. Еще Бунин и Куприн для изучения отлично подойдут. Пушкин — вполне неплохо. Гоголь — но не то, что изучают. Салтыков-Щедрин тяжеловат, но необходим и очень современен, к сожалению. Достоевского, Толстого и Тургенева оставила бы для изучения во взрослом возрасте, после школы. Кто захочет — прочитает. В школьной же программе оставила бы для изучения Булгакова, Зощенко и обязательно кого-то из современной литературы. Это все можно изучать, начиная с 7 класса. А до этого надо просто прививать детям любовь к чтению. Не вызвать стойкую неприязнь, когда они в 5 классе читают Му-му или Слово о полку Игореве, а в 6-м — Дубровского. Есть прекрасная литература для детей. Которая также учит хорошему и доброму. Но это именно литература для детей. А наши классики, уж простите, но писали ДЛЯ ВЗРОСЛЫХ читателей. У Толстого были рассказики именно для детей. У Чехова тоже есть подходящая литература, у Куприна. Их — пожалуйста. Но не Бежин луг и не Му-му
«Дети читают классику как записки о жизни инопланетян»: писатель Дмитрий Данилов — о любимых книгах и школьной программе






