В американской частной школе 40 лет скрывали случаи насилия над учениками
В то время как в российских СМИ и соцсетях обсуждается скандал вокруг учителя истории, 16 лет крутившего романы с ученицами, в США стали известны факты о престижной школе St. Georgeʼs, в которой насилие над учениками систематически происходило с 1970-х годов. Расследование преступлений против школьников завершилось в августе 2016 года. Историю многолетнего сокрытия нарушений прав несовершеннолетних в стенах школы опубликовало издание Vanity Fair.
Школа Святого Георгия в Ньюпорте, штат Род-Айленд — это одна из самых престижных частных школ в США, основанная в 1896 году, стоимость обучения в которой составляет до 58 тысяч долларов в год. Она относится к закрытым частным школам Новой Англии, которые создавались для детей «белой американской элиты»: школьникам должны были не только давать знания, но и воспитывать в них нравственность и моральные принципы. «В 2016 году, — пишет Vanity Fair, — оказалось, что все это — очень дорогостоящее лицемерие».
Первые случаи насилия над учениками, о которых стало известно в результате расследования газеты The Boston Globe в декабре 2015 года, произошли в 1970-х годах. Учителя физкультуры Эла Гиббса, о наклонностях которого, со слов учеников, «знали все», уволили в 1980 году «по состоянию здоровья». В 1988 году родители изнасилованной Гиббсом школьницы Анны Скотт подали в суд на школу и потребовали компенсации в 10 миллионов долларов. Адвокаты школы назвали претензии безоснавательными и заставили семью отказаться от иска, угрожая обнародовать имя Анны. Девушке также пришлось подписать бумагу о неразглашении. Известно, что после каждого нового вопиющего случая руководство St. Georgeʼs исправно (пусть мягко) увольняло провинившихся преподавателей, но неизменно отказывалось признать публично, что в школе происходит что-то не то.
Публикация The Boston Globe спровоцировала появление большого количества сообщений о случаях насилия над детьми в школе Святого Георгия. В домогательствах обвинили ещё троих преподавателей, жертвами которых стали около 30 школьников. Их семьи, объединившись, наняли юриста, который добился от администрации школы начала внутреннего расследования.
Часть выпускников возмущались многолетними попытками школы скрыть преступления, другие защищали репутацию St. Georgeʼs, опасаясь, что судебный процесс разрушит действующую школу, которая, по их мнению, не должна отвечать за преступления прошлого.
Позже пережившие насилие ученики пояснили, что хотят не разрушить школу, а начать открытую дискуссию. «Наше общество должно наконец начать разговаривать об этих вещах, — заявила Vanity Fair Анна Скотт, которая в результате процесса 2015 года получила право открыто говорить о своём опыте. — Ведь как можно понять то, что табуировано? И разве можно ожидать, что, не поняв, люди будут действовать правильно?».
Летом 2016 года конфликт школы и бывших учеников завершился компромиссом: попечители школы договорились провести независимое расследование всех преступлений, устроить для руководства занятия о влиянии сексуальных домогательств на детскую психику и рассмотреть обвинения в адрес действующего директора Эрика Питерсона. 30 бывшим ученикам-жертвам преступлений выплатят компенсации.
В июне 2016 года The Boston Globe опубликовало расследование, посвященное сексуальным преступлениям в частных школах. Согласно расследованию, только в Новой Англии — северо-восточном регионе США — жертвами домогательств стали более 200 детей в 67 учебных заведениях.
Скандал вокруг московской 57-й школы начался после поста в фейсбуке журналистки Екатерины Кронгауз. 29 августа она рассказала об учителе, который в течение 16 лет заводил романы с ученицами. После этого в фейсбуке стали появляться рассказанные от первого лица истории жертв насилия в школе № 57. На данный момент известно о двух учителях, у которых были сексуальные отношения с учениками — это учитель истории Борис Меерсон, о котором писала Кронгауз, и заместитель директора Борис Давидович, которого обвинил в домогательствах выпускник Даня Пиунов.
В то же время многие выпускники и родители учеников высказываются в поддержку школы, участвуя во флешмобе #спасибо57. С этим хэштегом в сети размещают публикации со словами благодарности школе и учителям.
Популярные комментарии
Евгения СамотохинаТо что отрицательные оценки нужны — я согласна, но здесь должен быть ряд факторов: 1) как по мне текущая система оценки (пятибалльная, а по факту четырехбальная) — не то чтобы объективная. Особенно чувствуется на объемных заданиях в старших классах, когда в тексте на 2 страницы допустил 2-3 ошибки и пооучаешь тройку. Как по мне система должна иметь разбивку хотя бы в 10 баллов. 2) Часто каждый учитель сам определяет как оценивать ученика. Если с точными науками и каким-нибудь диктантом ещё более-менее понятно, то с более творческими заданиями, пересказами вообще непонятно — у одного учителя ты получаешь 5 у другого за пересказ того же качества — 3.
«Двойка должна жить». Учитель — о том, почему плохие оценки нужны детям
Анастасия ПавловнаДа уж… Уважительное общение не включено в общеобразовательные стандарты и экзаменационные вопросы. Можно иметь аттестат и даже не один диплом, но при этом оставаться полнейшим хамом. Системный кризис.
«Короче, училка, варежку свою закрой». Топ-20 цитат из переписок родителей с учителями, от которых волосы встают дыбом
Виктория ИльинаА может, пора честно посмотреть на проблему не только глазами учителя? Учитель жалуется: слишком много часов, слишком много отчётности, слишком много требований сверху. И с этим трудно спорить. Но есть один неудобный вопрос: а не является ли сама школа частью проблемы, которую она годами создаёт? Попробуйте хотя бы на минуту посмотреть на ситуацию глазами ученика. Этот ребёнок, которого сегодня заставляют заучивать километры информации «для галочки», завтра станет взрослым человеком. Возможно, чиновником, руководителем, тем самым человеком, который будет писать новые стандарты, программы и инструкции для школ. Не удивительно ли, что система воспроизводит сама себя? Главная ошибка многих педагогов — не в любви к знаниям. Знания нужны. Ошибка в другом: в убеждении, что ребёнку обязательно нужно загрузить весь огромный школьный багаж, не задумываясь, что из этого действительно пригодится именно ему. И когда обществу годами пытаются доказать ценность каждого килограмма ненужной информации, неудивительно, что эта работа перестаёт восприниматься как источник реальной пользы. Может быть, выход проще? Не превращать каждый предмет в борьбу за выживание. Не ломать детей и не выгорать самим. Если ребёнку ваш предмет объективно мешает сосредоточиться на тех знаниях, которые нужны ему для будущего, — поставьте законную тройку и дайте ему возможность развиваться дальше. Иногда настоящая педагогика — это не заставить выучить всё. А понять, что именно действительно стоит учить.
«Мы согласились со своим бесправием». Учительница – о том, почему ее коллеги терпят унижения







