Во всем виноват ЕГЭ? Почему физика теряет популярность в школе и не только

Два года назад мы рассказывали о серьезном недоборе в технических вузах. Ситуация с тех пор не сильно поменялась: химия, физика, профильная математика остаются непопулярными предметами по выбору на ЕГЭ, а абитуриенты всё еще не стремятся выбирать инженерные и технические направления. Но почему? Рассуждает об этом наш блогер, ректор РосНОУ Владимир Зернов.

Количество детей, которые хотят сдавать ЕГЭ по физике, уменьшается с каждым годом. За последние 5 лет таких школьников стало вдвое меньше. Хотя несколько лет назад в стране был взят курс на подготовку инженерных кадров для высокотехнологичных отраслей экономики, запущен федеральный проект Минобрнауки России «Передовые инженерные школы». А ведь без физики получить качественного инженера или специалиста IT-отрасли невозможно.

Пора наконец задуматься о том, как повысить мотивацию учащихся к изучению физики. И почему она так сильно упала.

Я сам окончил физтех. Причем поступил в вуз, пройдя очень жесткий отбор — порядка 20 человек на место. Хотя в сельской школе, где я учился, не было даже электричества. Это не помешало мне и моим одноклассникам заинтересоваться предметами, которые нам преподавали. Мы все были увлечены науками, знали по именам всех ведущих физиков СССР, в классах у нас висели их портреты. А главное — были цели, к которым наше поколение стремилось: космический проект, атомный проект, освоение просторов нашей страны.

Успехи советской науки в те годы ошеломляли. Каждый житель страны гордился тем, что нашим ученым первым в мире удалось запустить искусственный спутник, вывести на орбиту космический корабль с человеком на борту, заставить атом работать на благо человечества.

Но надо понимать и другое: интерес к физике (а также химии, биологии, географии) у советских детей формировался не только и не столько на уроках, но и после занятий — на всевозможных кружках и секциях в Домах творчества, Дворцах пионеров, летних лагерях. Выпускались журналы: «Техника — молодёжи», «Юный техник», «Квант», «Наука и жизнь», «Химия и жизнь», которыми дети зачитывались. В книжные и библиотеки регулярно поступала научно-популярная литература, которая знакомила ребят с последними достижениями прогресса, причем делала это в доступной и занимательной форме.

А еще же у нас была передача «Очевидное — невероятное», которую вел мой хороший друг и преподаватель РосНОУ Сергей Петрович Капица. Вы не поверите, но в те времена, когда он появлялся на экранах, движение на улицах существенно замедлялось — как при просмотре фильма «Семнадцать мгновений весны». То есть люди старались успеть к телевизору, чтобы посмотреть и послушать его беседы с известными людьми, способными говорить о сложных вещах простым языком.

Физика может быть предметом легким и доступным, если с самого начала грамотно преподнести ее детям, а потом помочь с ее изучением не только на уроках, но и вне школьных стен. У физики есть такая особенность: если школьник будет плохо учиться в 5–6-х классах, в 8–9-х он уже никогда не сможет освоить этот предмет, как ни старайся. Поэтому надо сделать так, чтобы школьники с раннего детства стремились изучать естественно-научные дисциплины — и не только в ограниченном объеме школьного курса.

Конечно же, роль учителя в этом огромна. Однако обвинять учителей в том, что школьники теперь менее охотно сдают ЕГЭ по физике, — это ошибка. Проблему решать нужно системно. А педагог — только часть системы. Я вот, к примеру, считаю, что ЕГЭ вообще надо отменить.

Единый госэкзамен сыграл с нами злую шутку, подменив истинную мотивацию ложной

Вместо того чтобы стремиться к познанию мира, вместо желания заглянуть вглубь, понять суть явлений и природу вещей, ребенок учится, чтобы сдать экзамен, набрать побольше баллов и поступить в престижный вуз.

Примерно о том же в свое время писал выдающийся популяризатор физики, нобелевский лауреат Ричард Фейнман: «…Приехав в Бразилию, я был поражен, как много в книжных магазинах младших школьников, покупающих книги по физике. В Бразилии очень много детей занимаются физикой, причем начинают гораздо раньше, чем дети в Соединенных Штатах. Поэтому удивительно, что мы не видим в Бразилии большого числа физиков. Отчего? Столько детей трудится изо всех сил, но всё впустую».

Хотя если человек не будет знать элементарных вещей, жизнь его наполнится чудесами, а за каждым явлением или процессом будут стоять сверхъестественные силы. Появилась радуга на небе — чудо! Покрылся водоем льдом — злые чары! Обрушился мост — чье-то проклятие! Полагаю, кому-то такой сценарий тоже понравится. Вот только поможет ли это сделать нашу страну сильной? Сомневаюсь.

И еще: часто уповают на то, что, дескать, современные информационные технологии сделают всех нас умнее, компьютер заменит годы обучения в вузе и горы прочитанных книг. Но вот, к примеру, у меня в кабинете висит портрет, на котором изображены два величайших ученых нашего времени — Борис Викторович Раушенбах и Борис Евсеевич Черток. Безо всяких суперкомпьютеров, с одной лишь логарифмической линейкой, они создали технологии, которые до сих пор считаются лучшими в мире. Потому что не просто знали физику, но и понимали суть вещей, умели создавать новые знания на основе громадных массивов уже известной информации. И к этому надо стремиться нам всем, на это нужно ориентировать наших школьников и студентов.

Сегодня во многих технических вузах на первом курсе введены полугодовые или даже годовые курсы физики в объеме средней школы. Потому что дети в рамках школьной программы освоили этот предмет формально. А теперь они же не в состоянии освоить программу вуза. И это грустно.

Иллюстрация: Teslusion Studio / Shutterstock / Fotodom