«Конвейер по производству невротиков». Почему атмосфера в современной школе более чем токсична

Три месяца осени, а значит, и учебы позади. И большинство детей всё тяжелее встают по утрам и всё неохотнее плетутся в школу. Блогер «Мела», правозащитник и общественный деятель Ульяна Захарова уверена, что дело здесь не только в унылом ноябре, а в той атмосфере, что царит в современной школе.
Первый триместр закончился. Это возможность выдохнуть и осознать, в какой атмосфере стресса и страха наши дети существуют девять месяцев в году.
Первые каникулы — передышка для детской психики. Летом мой подросток был другим: спокойным, улыбчивым, с горящими глазами. Но стоило прозвенеть первому сентябрьскому звонку, как начались бесконечный стресс, тревожность, нежелание идти в школу.
Сын — ученик 8-го класса одного из лучших лицеев города — недавно заявил, что прыщи у него — прямое следствие школьного стресса. Детский организм сигнализирует о перегрузке через кожу — это физиология, кричащая о проблемах с организмом. И это не шутка. Летом действительно с кожей было всё в порядке. Подростковый возраст — непростое время само по себе, а вместо опоры и понимания дети зачастую получают от учителей лишь обесценивание, равнодушие и прессинг.
Система, которая должна давать знания и растить человека-творца, сегодня работает как конвейер по производству невротиков. И я точно знаю: мы не одни такие.
Рейтинг vs ребенок: чем «круче» школа, тем сильнее прессинг
Современная гонка за статусами и баллами превратила школы в поле битвы. И самые ожесточенные бои идут как раз в топовых заведениях.
- Натаскивание вместо знаний. ВПР, ОГЭ, ЕГЭ, ВСОШ — эти аббревиатуры уже стали кошмаром. Весь учебный процесс свелся к подготовке к очередному тесту. Нет времени на глубокое понимание и осмысление, на творчество, на простое человеческое общение. Профессия «по призванию» постепенно вымирает, уступая место функции контроля. Даже моя девятилетняя дочь уже боится ВПР, которая предстоит ей лишь через полтора года.
- Конвейер для гениев. Профильные классы в таких школах созданы не для развития, а для отбора. Они предназначены лишь для уникумов. Остальные же вынуждены заниматься с репетиторами с утра до вечера, просто чтобы не вылететь. Это не учеба, это борьба за выживание.
- Запугивание как мотивация: В ход идут «страшилки» про колледж, комиссию по делам несовершеннолетних и незавидное будущее. Детей с малых лет приучают жить в состоянии постоянной угрозы и стресса.
Больная атмосфера: учителя в стрессе, дети под прицелом
Атмосфера в школе стала токсичной.
- Учителя в роли надсмотрщиков. Их мучают бесконечными проверками, отчетностью, экспериментами, нововведениями, опросами. Реформы образования не прекращаются с 90-х. Педагоги сами живут в состоянии цейтнота и страха. У них не остается ни сил, ни желания на главное — видеть в ребенке личность.
- Трансляция лицемерия и двойных стандартов. Детям говорят о доброте и справедливости, а сами обесценивают при всем классе. Учат честности, но в то же время «натягивают» баллы за ВПР ради рейтинга. Школа становится местом, где дети на практике учатся лжи и цинизму.
- Психическая нестабильность как норма. Тревожность, вспышки агрессии, апатия — сегодня это есть практически у каждого второго школьника. А на фоне общей неблагоприятной обстановки в мире школьный стресс становится последней каплей, переполняющей чашу детской психики.
В сухом остатке мы получаем поколение невротиков. Вымотанных, беспокойных, тревожных молодых людей, которые разучились радоваться, не верят в себя и светлое будущее. Они отлично усвоили, что их ценность измеряется баллами, а ошибка карается позором и неуспехом.
Но важно понять главное: учитель — не профессия, учитель — призвание. Не каждому человеку, не каждому педагогу удается стать тем, кого полюбят дети, кого будут слушать с предельным вниманием, сидя за школьной партой, и вспоминать с уважением и благодарностью спустя годы.
И сейчас, как никогда, важно понимать, что от труда педагогов, от их способности быть опорой, а не источником давления во многом зависит будущее России. Когда учитель забывает о своем призвании, система начинает работать против ребенка.
Каникулы — как короткое затишье, чтобы очнуться и понять: пора остановить этот конвейер, пока он не перемолол последние остатки детского психического здоровья.
А вы замечали, как школа меняет вашего ребенка?
Вы находитесь в разделе «Блоги». Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.
Фото: © Nicoleta Ionescu / Shutterstock / Fotodom
Популярные комментарии
Сергей ГлушковО-о-о-ха-ха-ха-ха… Тщеславие, гордыня и глупость, — вот итог 11-летнего обучения в Российской школе! Разницы в науках МГУ и периферийного вуза нет, бла-бла-бла журналистика одинакова и в Москве, и в Папуа Новой Гвинеи. И дальнейшая судьба зависит от корочки диплома на 0,1℅.
«Проходной балл — 303 из 300»: итоги приемной кампании в вузах и прогноз для абитуриентов-2027
ОльгаС Чеховым согласна. Еще Бунин и Куприн для изучения отлично подойдут. Пушкин — вполне неплохо. Гоголь — но не то, что изучают. Салтыков-Щедрин тяжеловат, но необходим и очень современен, к сожалению. Достоевского, Толстого и Тургенева оставила бы для изучения во взрослом возрасте, после школы. Кто захочет — прочитает. В школьной же программе оставила бы для изучения Булгакова, Зощенко и обязательно кого-то из современной литературы. Это все можно изучать, начиная с 7 класса. А до этого надо просто прививать детям любовь к чтению. Не вызвать стойкую неприязнь, когда они в 5 классе читают Му-му или Слово о полку Игореве, а в 6-м — Дубровского. Есть прекрасная литература для детей. Которая также учит хорошему и доброму. Но это именно литература для детей. А наши классики, уж простите, но писали ДЛЯ ВЗРОСЛЫХ читателей. У Толстого были рассказики именно для детей. У Чехова тоже есть подходящая литература, у Куприна. Их — пожалуйста. Но не Бежин луг и не Му-му
«Дети читают классику как записки о жизни инопланетян»: писатель Дмитрий Данилов — о любимых книгах и школьной программе
Юлия ЛанговаяНекоторые общественные деятели абсолютно не разбираются в уровне сложности олимпиад, которые засчитываются за БВИ, если предлагают их комбинировать с ЕГЭ (ЕГЭ + Олимпиада). Более того они даже не представляют, как организована подготовка Олимпиадников к таким Олимпиадам. Вот поинтересовались бы, посетили сборы, в которых участвуют эти одаренные дети.
Что может измениться в правилах поступления в вузы к 2027 году и при чем здесь скандалы приемной кампании – 2026










