Минимум запретов и вера во врождённую доброту: как воспитывают детей в Японии
Философия воспитания от японских родителей

Говорят, самые вредные малыши мира растут в Японии. Но уже к концу 1 класса они становятся самыми дисциплинированными учениками в мире. Как происходит это перевоплощение и что знают японцы в воспитании такого, чего не знаем мы, — рассказывает Светлана Белецкая, которая почти год провела в Японии.
XVI век. Европа, а точнее, Франция. Непредсказуемый Мишель Монтень дал парадоксальную формулировку учителю: «Хороший учитель тот, кто умеет очень мило прикрывать глаза на отдельные детские прегрешения». Через тысячи километров от Франции, небольшой народ с японских островов показал всему миру, как это возможно на практике «очень мило прикрывать глаза на отдельные детские прегрешения». Около года я изучала этот вариант «прикрытых глаз» (проводила исследование в самом древнем женском университете Японии, Ochanomizu University) и вот что выяснила.
Взрослые в Японии верят, что ребёнок рождается с сильным призывом любить и быть любимым. Согласно взглядам древних японцев, до семи лет малыши чисты и непорочны, они наиболее близко стоят к Богу и не знают греха. Они добрые и хорошие, другими они быть просто не могут. Именно так звучит базовая идея всей воспитательной философии японского подхода к ребенку. Благодаря ей стенания наших мам «он делает мне назло» японцам не ведомы. На массовом уровне японцы верили и верят в «хорошесть» каждого малыша.
Веря во врожденную доброту ребёнка, японцы в воспитании стремятся к гармонии, а не к послушанию. И в этом они великолепны. Западных людей всегда озадачивало отношение японцев к детям. Впервые возгласы удивления прозвучали в XVII столетии из уст Франкос Кэрон (Francoys Caron) (1645), который писал:
«Они воспитывают своих детей внимательно и мягко. Они полагают, что дети ещё недостаточно выросли, чтобы понимать, поэтому детей необходимо просто терпеливо направлять»
Все последующие поколения наблюдателей продолжают удивляться. Наш современник, Дэвид Макконел (David McConnell), в конце ХХ столетия, вторит своим предшественникам: «Все те правила, к которым мы привыкли во время нашего детства, — не есть в комнате, не прыгать на диване, не перекусывать перед едой, ложиться спать в определенное время, — все они кажутся чересчур строгими в контексте японских стандартов, как если бы мы пытались сделать из наших детей взрослых до того, как они к этому будут готовы».

Когда читаешь все эти высказывания, мимо воли возникает желание разобраться, так ли это, нет ли тут преувеличения. На основе своих исследований могу сделать уточнения: отношение к дисциплине в японской истории менялось и были периоды, например, эпоха Мейдзи (1868–1926 годы), когда правила контроля в японских семьях были достаточно суровы. У японцев всегда были правила и ограничения для детей, они просто делают другие акценты, не совсем привычные для западного человека.
Философия японского воспитания
1. Ребёнок априори не способен к дурным поступкам. Японцы верят в то, что ребёнок может себя вести плохо из-за отсутствия информации и своего незнания. И только! Я была свидетелем следующей сценки: воспитатель забрал у четырёхлетнего малыша камень, который тот собирался бросить в друга. Взрослый показал и объяснил, что камень может попасть в кого-то. После этого он спокойно вернул увесистый булыжник в ладошку шалуна.
2. Маленькие дети ограничены в своей способности следовать предписаниям других. Другими словами, до шести-семи лет ребёнок просто не может воспринимать ваши правила, запреты, он не может понять связь между его проступком и вашим наказанием.
3. Ограничения в детстве приводят к тому, что ребёнок станет «несчастным взрослым». Поэтому японские малыши не просто свободно перемещаются по всему детскому саду (как в помещении, так и на прилегающей детской площадке), они буквально «летают» по помещениям. Невообразимый шум, постоянный атрибут любого детского учреждения, просто ошеломляет. Нам с вами это сложно даже представить. Интересно, что воспитатели не только не утихомиривают своих подопечных, а наоборот, стимулируют их быть «энергичными». Например, на одном из собраний первого класса, на котором подводились итоги дня, я услышала очень непривычный для нашего менталитета диалог. Тобан (руководитель дня) задал вопрос: «поднимите руки, кто сегодня выполнил нашу цель «играй на улице энергично». Все подняли руки. На следующий день один из учеников просигналил о своем не выполнении этой цели. В ответ он услышал: «Завтра постарайся сильнее»! Вы представляете себе такую ситуацию у нас? Я нет, к сожалению.
Объясняется такая тактика философской позицией японских воспитателей, которые рассматривают шум и гиперактивность как естественное проявление детской природы. Многие педагоги начальной школы Ochanomizu University говорили мне о том, что «детям важно иметь возможность вести себя в соответствии со своим возрастом, чувствовать себя детьми». Японские мамы следуют этой же философии: они никогда не будут ругать малыша за беготню и шум, так как «на то это и дети, чтобы играть и двигаться».
Как японцы дисциплинируют своих детей
Японские мамы намного меньше, чем мамы Запада, обращаются не только к угрозам и наказаниям, но и к более «мягкой» вербализации — к уговорам и убеждениям.
Японки чаще обращаются к эмоциям, они упор делают на вопросы и «рассуждения вслух», акцентируют внимание ребёнка на последствиях его поступка (например, они говорят: «Ты бы не хотел, чтобы тебя так ударили кубиком, как ты это сделал», «Овощи помогают тебе вырасти сильным и здоровым», «Владелец магазина работает очень много, чтобы содержать эти полки аккуратными»).
Что касается физических наказаний, в Японии отношения «мама — ребенок» меняются в сторону «ужесточения» когда малыш достигает пяти-шести лет
Считается, что в этом возрасте ребёнок уже способен понимать семейные правила и стандарты, он может действовать более ответственно. Чаще всего физические наказания применяют в ситуациях, когда дети демонстрируют неуважение к старшим (например, случаи лжи).
Нельзя утверждать, что японские малыши совсем не знают физических наказаний. Шлепки присутствуют в жизни маленького островитянина, хотя они сталкиваются с ними значительно реже, чем в свое время их родители.

Японцы практикуют косвенное воздействие на ребёнка (не прямое указание «делай так или не так», а воздействие через ситуацию). Они акцентируют своё внимание на эмоциональной близости с малышом, физические наказания у них не так распространены, как в славянских странах.
Нельзя не отметить специфику японской ситуации: отношения «родитель — ребёнок» очень сильно зависят от возраста ребёнка, воспитательная философия в отношении тинейджеров совершенно другая, чем с детьми младшего школьного возраста. Несмотря на это, японские авторы любят сравнивать свою систему воспитания с работой умелого садовника, который понимает, что ребёнок, как и растение, имеет природные задатки к росту и в этом процессе весьма самостоятелен. Западную систему воспитания они сравнивают с обучением животных из-за элементов дрессировки.
В чем японцы особенно хороши? Они умеют чувствовать мир детства. Они умеют «не замечать» те поступки ребёнка, которые считаются естественным проявлением детства.
При этом их система воспитания далека от попустительства и вседозволенности. Я согласна, что японский Baby Boss имеет больше свободы, чем наши дети. Вместе с тем ограничения и правила тоже присутствуют в жизни ребёнка. Они постепенно входят в детский «рацион», в результате чего ребёнок учится нести ответственность за свои действия. В этом и есть сила японского подхода.
Популярные комментарии
Евгения СамотохинаТо что отрицательные оценки нужны — я согласна, но здесь должен быть ряд факторов: 1) как по мне текущая система оценки (пятибалльная, а по факту четырехбальная) — не то чтобы объективная. Особенно чувствуется на объемных заданиях в старших классах, когда в тексте на 2 страницы допустил 2-3 ошибки и пооучаешь тройку. Как по мне система должна иметь разбивку хотя бы в 10 баллов. 2) Часто каждый учитель сам определяет как оценивать ученика. Если с точными науками и каким-нибудь диктантом ещё более-менее понятно, то с более творческими заданиями, пересказами вообще непонятно — у одного учителя ты получаешь 5 у другого за пересказ того же качества — 3.
«Двойка должна жить». Учитель — о том, почему плохие оценки нужны детям
АнастасияДа уж… Уважительное общение не включено в общеобразовательные стандарты и экзаменационные вопросы. Можно иметь аттестат и даже не один диплом, но при этом оставаться полнейшим хамом. Системный кризис.
«Короче, училка, варежку свою закрой». Топ-20 цитат из переписок родителей с учителями, от которых волосы встают дыбом
Виктория ИльинаА может, пора честно посмотреть на проблему не только глазами учителя? Учитель жалуется: слишком много часов, слишком много отчётности, слишком много требований сверху. И с этим трудно спорить. Но есть один неудобный вопрос: а не является ли сама школа частью проблемы, которую она годами создаёт? Попробуйте хотя бы на минуту посмотреть на ситуацию глазами ученика. Этот ребёнок, которого сегодня заставляют заучивать километры информации «для галочки», завтра станет взрослым человеком. Возможно, чиновником, руководителем, тем самым человеком, который будет писать новые стандарты, программы и инструкции для школ. Не удивительно ли, что система воспроизводит сама себя? Главная ошибка многих педагогов — не в любви к знаниям. Знания нужны. Ошибка в другом: в убеждении, что ребёнку обязательно нужно загрузить весь огромный школьный багаж, не задумываясь, что из этого действительно пригодится именно ему. И когда обществу годами пытаются доказать ценность каждого килограмма ненужной информации, неудивительно, что эта работа перестаёт восприниматься как источник реальной пользы. Может быть, выход проще? Не превращать каждый предмет в борьбу за выживание. Не ломать детей и не выгорать самим. Если ребёнку ваш предмет объективно мешает сосредоточиться на тех знаниях, которые нужны ему для будущего, — поставьте законную тройку и дайте ему возможность развиваться дальше. Иногда настоящая педагогика — это не заставить выучить всё. А понять, что именно действительно стоит учить.
«Мы согласились со своим бесправием». Учительница – о том, почему ее коллеги терпят унижения







